Единое окно доступа к образовательным ресурсам

Музейные фонды и экспозиции в научно-образовательном процессе: Материалы Всероссийской научной конференции

Голосов: 19

Издание представляет материалы Всероссийской научной конференции, которая состоялась при поддержки Межрегионального института общественных наук Томского госуниверситета и Российского гуманитарного научного фонда и была посвящена 80-летия Томского областного краеведческого музея. На конференции обсуждались проблемы роли и места музеев в научно-образовательном процессе, изучения, хранения и использования музейных фондов, внедрения современных информационных технологий в музейную деятельность.

Приведенный ниже текст получен путем автоматического извлечения из оригинального PDF-документа и предназначен для предварительного просмотра.
Изображения (картинки, формулы, графики) отсутствуют.
    ские войска наглядно продемонстрировали умение выходить из позици-
онного тупика.
   С началом Февральской революции 1917 г. войска Северного фронта,
стоявшие ближе всех к Петрограду, в наибольшей степени испытали на
себе негативные последствия революционной пропаганды. Особенно на-
глядно потеря боеспособности вследствие "демократизации" и политиза-
ции армии проявилась в августе 1917 г., когда войска 12-й армии, защи-
щавшие Ригу, были разгромлены, а частично прогнаны с рижского плац-
дарма. Войска "…хлынули беспорядочной толпой через Ригу на север без
всякого давления противника. Разложившиеся части отступали за Двину,
неразложившиеся прикрыли, как могли, это бегство всей армии"8.
   К сожалению, сибирские части, в том числе и сформированный в
Томске 54-й Сибирский стрелковый полк, не остались в стороне от про-
цессов, охвативших русскую армию в 1917 г. В. 1918 г., в связи с новой
политической обстановкой, полк, как и большинство частей русской
армии, был расформирован. Думается, что нам нужно помнить о наших
земляках, сражавшихся на полях Первой мировой войны так же, как мы
чтим память о солдатах Великой Отечественной.
   Экспонаты, относящиеся к периоду Первой мировой войны, в фон-
дах томского областного краеведческого музея немногочисленны. Это
не удивительно, если учесть, что долгое время тема Первой мировой
войны была предана забвению. В Томском краеведческом музее, как и
во многих других, событиям Первой мировой войны уделялось внима-
ние лишь в рамках экспозиций по военной тематике, как правило, не
более одной витрины.
   Но даже те немногочисленные экспонаты, которые имеются в фондах
музея, могут рассказать о многом. Наиболее ценным экспонатом являются
знаменные ленты 42-го Сибирского стрелкового полка, переформирован-
ного в 1910 г. из 8-го Томского пехотного полка, который в свою очередь
был развернут из Томского гарнизонного батальона. Ленты поступили в
музей в 1920-х гг. при первом директоре − М.Б. Шатилове. На учет по но-
вой книге поступлений поставлены 9 ноября 1964 г. Подобные ленты вру-
чались частям российской армии, существующим более 100 лет. Первая
лента была вручена Томскому гарнизонному батальону в 1838 г. указом
императора Николая I. Вторую ленту получил 42-й Сибирский стрелковый
полк в 1911 г. На лентах канителью (золотой металлической нитью) выши-
ты основные вехи истории части.
   Из других экспонатов, отображающих события данного периода,
можно отметить шелковый платок с изображением лидеров стран "Ан-
танты" по углам.

                                   323


    Особое место в музейных экспозициях по военной тематике занимают
оружие и боевые награды. В Томском областном краеведческом музее
оружие представлено несколькими револьверами различной сохранности
и очень интересной винтовкой "Винчестер" под русский патрон. Не-
сколько сотен тысяч таких винтовок были поставлены из США в Россию
в годы войны, в каталогах оружия они названы "Русский Винчестер"9.
Имеется также бомбомет − система для навесного артиллерийского огня,
состоявшая на вооружении до конца 1920-х гг. Деревянные лафет и коле-
са, короткий массивный ствол словно возвращают нас в эпоху начала
XX в. Из холодного оружия в фондах музея имеются отечественные ар-
тиллерийские тесаки и кавалерийские палаши английского производства.
Эти палаши фирмы "Вилькильсон" были поставлены войскам адмирала
Колчака в 1918-1919 гг. как принадлежность к парадной форме кавале-
рийских офицеров.
    Говоря об оружии, следует отметить, что ряд образцов оружия, тра-
диционно выставлявшихся на выставках, посвященных Великой Отече-
ственной войне, можно демонстрировать и в экспозиции по периоду
Первой мировой войны. Речь идет об образцах, состоявших на воору-
жении русской и советской армии более полувека, это пулемет "Мак-
сим" на станке образца 1910 г., трехлинейная винтовка Мосина образца
1891−1930 гг. Данные образцы, принятые на вооружение в конце XIX–
начале XX в., с минимальными, не имеющими принципиального значе-
ния изменениями использовались и в годы Второй мировой войны.
    Из наград в фондах музея имеются солдатские Георгиевские кресты
и медали 4-й степени без колодок. Следует иметь в виду, что в 1914-
1917 гг. было произведено более миллиона награждений Георгиевскими
крестами и столько же Георгиевскими медалями, т.е. это были довольно
распространенные награды в отличие, например, от офицерских орде-
нов Святого Георгия.
    В фонде письменных источников имеется пригласительный билет на
празднование 200-летия 42-го Сибирского стрелкового полка, которое в
июне−июле 1911 г. было широко отмечено общественностью города10.
Билет государственного выигрышного "Займа Свободы", выпушенный
Временным правительством в 1917 г., записная книжка фронтовика,
уроженца Томской губернии Е. Ануфриева за 1915 г. также относятся к
периоду Первой мировой войны. Из личных фондов можно выделить
книгу "Вторая Отечественная война по рассказам ее героев" из личного
фонда Мартемьянова.
    В фотофонде музея имеется фотография проводов 42-го Сибирского
стрелкового полка на фронт, снимок кадрового состава 708-й пешей
дружины Государственного ополчения (в основном унтер-офицеры –
                                    324


ветераны русско-японской войны). Хорошо отображены в фотодоку-
ментах события 1917 г. в Томске, а поскольку войска принимали актив-
ное участие в революционных событиях, то получила отображение и
жизнь томского гарнизона в 1917 г.
   Характеризуя фонды краеведческого музея, относящиеся к периоду
Первой мировой войны, можно сказать, что они малочисленны по срав-
нению, например, с такими периодами, как гражданская или Великая
Отечественная война. Учитывая важность событий Первой мировой
войны для России и для Томска в частности, в музее можно создать экс-
позицию по участию в ней томичей. То, что данная тема должна обяза-
тельно найти отражение в экспозиции планируемого музея Ратной сла-
вы, является само собой разумеющимся.
   1
        Российский государственный военно-исторический архив (РГВИА). Ф.
3388. Оп. 1. Д. 12. Л. 1.
    2
       РГВИА. Ф. 3376, Оп. 1. Д. 57. Л.1-2.
    3
       РГВИА. Ф. 3388. Оп. 1. Д. 12. Л. 166,169.
    4
        Керсновский А.А. История русской армии. М., 1994. Т. 3. С. 247;
А.М. Зайончковский. Первая мировая война СПб., 2000. С. 302.
    5
       Керсновский А.А. Указ. Соч. С. 288.
    6
       Там же. Т. 4. С. 69.
    7
       Там же. С. 118-119.
    8
      . Там же; А.М. Зайончковский. Указ. соч. С. 674-677.
    9
      . Жук А.Б. Винтовки и автоматы. М., 1988. С. 75.
    10
        Сибирская жизнь. Томск. 1911. 28, 30 июня; РГИВИА. Ф. 3376. Оп. 1. Д. 5.
Л. 35, 37, 42.

        НЕКОТОРЫЕ ВОПРОСЫ ВЗАИМОСВЯЗИ МУЗЕЕВ
              И АРХИВОВ СИБИРИ В 1920-е гг.

                              Л.В. Муравьева
   Известно, что музейное строительство в России берет свое начало с
Кунсткамеры, открытой Петром I в 1714 г. Понадобились десятилетия и
века, прежде чем во всей России были открыты музеи как научные и
культурно-просветительские учреждения, изучающие и экспонирующие
памятники, документы и материалы, характеризующие историческое
развитие и современное состояние природы и человеческого общества1.
   Вопрос об открытии музея в Томске неоднократно поднимался ме-
стной властью и интеллигенцией. Так, 2 мая 1884 г. на заседании Том-
ской городской думы по заявлению Б.-А. П. Шостаковича2 рассматри-
вался вопрос о необходимости открытия в Томске Сибирского музея.
                                       325


Перед этим была создана специальная комиссия по подготовке этого
вопроса. Комиссия полагала, что создание музея нельзя откладывать,
так как предполагалось до открытия в Томске Императорского универ-
ситета в 1888 г. собрать материалы, а в день открытия − торжественно
передать их ему. В этих целях комиссия планировала:
   1. Принять пожертвования на это благое дело.
   2. Изыскать средства для устройства музея.
   3. Привести в надлежащий вид все, что будет пожертвовано музею.
   4. Отчитаться перед думой о проделанной работе.
   Комиссия отмечала, что у многих коллекционеров есть различные мате-
риалы, ценные для науки: кости древних вымерших животных, бронзовые и
каменные изделия, горные породы, рукописи, книги. У других сохранились
старинные стрелы, рыболовецкое снаряжение, образцы кустарной и фабричной
промышленной продукции. У третьих – чучела животных и птиц и т.д.
   Комиссия полагала, что из подобных экспонатов можно было бы
создать целые коллекции. Она рассчитывала на помощь и поддержку не
только думы, но и соседних городов Сибири.
   Комиссией был предложен примерный план по собиранию и экспо-
нированию предметов по истории, и географии, археологии и этногра-
фии, зоологии, ботанике, минералогии, геологии, почвоведению. В со-
став этой комиссии входили городской голова П. Михайлов, а также
П.И. Макушин, Б-А.П. Шостакович, Г. Тюменцев3.
   Эти предложения не были реализованы несмотря на то, что в других
городах Сибири открывались музеи: в 1886 г. – Енисейский музей (ос-
нователь А.И. Кытманов), в 1889 г., − Красноярский музей. Еще в
1877 г. был открыт музей в Минусинске4.
   Проблемы музеев тесно переплетались с проблемами архивов, по-
скольку те и другие были призваны хранить и использовать историче-
ские памятники, как вещественные, так и документальные.
   В истории Сибири известны факты, когда, опасаясь ревизии, местные
власти избавлялись от документальных свидетельств. Так было перед
приездом Ф.И. Миллера, когда в Томи затопили ценнейшие документы
Воеводской канцелярии. Примерно то же самое было в Барнауле и в дру-
гих городах. "Они многократно страдали от пожаров, расхищались люби-
телями старины, распродавались за гроши на обертку в мелочные лавки,
поедались крысами, гнили и прели в старых подвалах", − писал один из
руководителей архивного строительства в Енисейской губернии5.
   В период Февральской революции 1917 г., по воспоминаниям
А.В. Шотман, документы томской охранки были перевезены в Дом сво-
боды (бывший губернаторский дом, ныне – Дом ученых).

                                   326


   В марте 1918 г. ученые Томского университета предлагали открыть
при библиотеке этого вуза архивное отделение для концентрации в нем
особо ценных документов по истории Сибири.
   В мае 1918 г. Томский губернский совет рабочих, солдатских и кре-
стьянских депутатов рассмотрел вопрос об архивах и решил перевезти
все материалы из Дома Свободы в помещение Западно-Сибирского об-
ластного музея, создав в нем архивохранилище на положении отдела.
Но история распорядилась иначе – вскоре начался контрреволюцион-
ный мятеж, и это решение не было исполнено.
   В первые годы советской власти было принято 5 декретов правительства по
архивному строительству6. В эти годы на работу в архивы пришли маститые
ученые, преподаватели, а также студенты и красноармейцы. Архивисты уста-
навливали связи с учреждениями, организациями, обществами, и в первую
очередь – с музеями, библиотеками, обществом изучения Урала, Сибири и
Дальнего Востока. Работа архивов и музеев была очень схожа. Те и другие
занимались поиском, сбором, изучением и использованием вещественных и
документальных источников по различным вопросам истории Сибири.
   Известно, что к этому времени в музее Н.М. Мартемьянова храни-
лось более 18 фондов, среди них – 10 единиц хранения Томской воевод-
ской канцелярии, 129 единиц хранения Минусинского жандармского
управления7 и т.д.
   Музей Приенисейского края в своей структуре имел отдел историче-
ского архива. Именно он позднее стал ядром Енисейского губернского
архива. Сюда поступили доклады Енисейской духовной консистории,
губернского правления, Туруханского монастыря и т.д. Весной 1920 г.
сюда передавались документы ликвидированных учреждений.
   Томский губернский архив передал музею керамику, каменные стрелы,
различные черепки8, что были обнаружены на правом берегу Томи.
   Осенью 1921 г. в Москве, на совещании архивистов широко обсуж-
дался вопрос о взаимосвязях музеев, архивов и библиотек. В ноябре
1922 г. декретом ВЦИК было утверждено временное положение о губар-
хивах, где в п. 10 говорилось о возможности созыва и работы временных
и постоянных совещаний сотрудников музеев, архивов и библиотек. Ар-
хивисты входили в состав Советов музеев, и наоборот. Так, например,
Н.Н. Бакай, зав. Губархивом, считался преданнейшим другом музея. Ру-
ководители архивов Н.Н. Бакай и Б.Т. Кубанов (Иркутск) читали лекции,
проводили беседы, собирали и публиковали материалы о Сибири.
   В марте 1925 г. при Центрархиве в Москве была создана комиссия,
которая обязывалась разработать положение о ликвидации отделов по
архивному делу при музеях9. На I съезде архивистов много говорилось о
взаимоотношениях архивов и музеев, оказании помощи друг другу, об-
                                    327


мене опытом работы. К двадцатой годовщине Революции 1905–1907 гг.
в городах Сибири побывали представители Музея Революции, что дало
возможность проконсультироваться и обменяться опытом. Музейные и
архивные работники ставили вопросы о переименовании улиц, переул-
ков, площадей, разрабатывали циклы лекций о декабристах. Нередко
музеи и архивы заносили в свои планы совместные мероприятия.
   Разыскивая документы о декабристах, томичи побывали в Ялуторов-
ске, наладили переписку с Иркутском и Калугой.
   Содружество музеев и архивов продолжается и в наши дни.
    1
      Энциклопедический словарь: В 3 т. М.: Изд. БЭС, 1954. Т. 2. С.439.
    2
      Болеслав-Артур Петрович Шостакович – дед всемирно известного композитора Д.Д.
Шостаковича. В Томск выслан за организацию побега Я. Домбровского из московской
тюрьмы.
    3
      Научная библиотека ТГУ, № 118769.
    4
      Смирнов В.А. Введение в изучение Приенисейского края. Красноярск, 1926. С. 14.
    5
      Государственный архив Красноярского края (ГАКК), ф. 1836, оп. 1, д.29, л. 62.
    6
      Собрание узаконений и распоряжений Рабоче-Крестьянского правительства РСФСР.
1918. №40, с. 514; 1919. №14. С. 148–155; 1919. № 28. С. 313; 1919 № 38. С. 374; Сборник
руководящих материалов по архивному делу, 1917 – июнь 1941 гг. С. 11-17.
    7
      Государственный архив Томской области (ГАТО), ф. 502, оп. 1, д. 34, л. 1.
    8
      Архивное дело. 1927. Вып. 13. С. 79.
    9
      Бюллетень Центрархива РСФСР. 1925. № 13. С. 2.

К ИСТОРИИ СОЗДАНИЯ ХУДОЖЕСТВЕННЫХ КОЛЛЕКЦИЙ В
                    ТОМСКЕ

                               Л.И. Овчинникова
   Томский краевой музей начинался с нескольких коллекций, в числе
которых была художественная. Предшествующие опыты создания ху-
дожественного собрания в городе не были успешными, но сыграли важ-
ную подготовительную роль, и история каждого из них имеет самостоя-
тельное значение.
   До начала ХХ в. в Томске, как и в Сибири в целом, наблюдались
только отдельные проявления художественной жизни. К их числу мож-
но отнести выставку произведений П.М. Кошарова в 1860 г., которая
была первой в истории региона. До этого деятельность профессиональ-
ных художников имела результаты (например, в 1805 г. А.Е. Мартынов
рисовал видовые пейзажи города, в 1830-е – И.В. Флек, последний на их
основе позднее создал серию гравюр), но их пребывание носило эпизо-
дический характер и не оставило заметного следа. Кошаров был пер-
вым, который неустанно работал в Томске более 40 лет, заполняя пус-
тующие ниши, как художник, педагог и общественный деятель.
                                           328


   В 1880-е гг. выставки становятся заметным явлением в культурной
жизни города. Небольшие экспозиции работ Кошарова были организо-
ваны в Алексеевском реальном училище (1882 и 1887), также дважды
(1886/87 и 1887) показал свои произведения А.Э. Мако, второй значи-
тельный художник, появившийся в городе. В 1887 г. творения обоих
были включены в городскую этнографическую выставку, проведенную
Обществом попечения о начальном образовании.
   Созданию художественной среды способствовали также учениче-
ские выставки в Алексеевском училище, где преподавал Кошаров. Они
неизменно привлекали большое количество посетителей, особенно мо-
лодежи, освещались прессой, интерес к ним усиливался тем, что неко-
торые из работ учеников, посланные в Петербургскую академию худо-
жеств, получили одобрение.
   В реальных училищах, в гимназии урокам рисования уделялось
большое внимание, там преподавали, как правило, выпускники столич-
ных художественных заведений, обеспечивая достаточно высокий уро-
вень. Они пробуждали творческое начало, и молодежь в свободное вре-
мя охотно занималась в классе художественно-технического рисования,
в специальных воскресных классах, организованных Обществом попе-
чения о начальном образовании. Кроме этого, работали студии, кото-
рыми руководили П. Кошаров, А. Мако, М. Черепанова, заложившие
прочные традиции студийного обучения. Впоследствии все значитель-
ные художники, работавшие в Томске, создавали свои студии: А. Ка-
пустина, Л. Базанова, Н. Смолин, З. Рокачевский, К. Зеленевский, в со-
ветское время – В. Мизеров.
   Особенностью культурного развития Сибири было ограниченное ко-
личество произведений искусства в регионе, что долгое время останавли-
вало формирование коллекций, в том числе музейных. Между тем про-
шедшие выставки показывали, что определенные ценности созданы за
последние десятилетия усилиями художников, работавших в Томске, и
лучшие из них достойны внимания, но для создания публичного собрания
этого было явно недостаточно. Крупных частных коллекций в городе не
было. Следы упоминавшихся ранее художественных ценностей, собран-
ных золотопромышленником З.М. Цибульским, были утеряны, и о них до
сих пор ничего неизвестно. Отдельные произведения были в домах со-
стоятельных граждан и некоторых организациях, но серьезно рассчиты-
вать на них не приходилось. Об имеющихся в городе художественных
ценностях можно судить по выставке 1899 г., на которой 13 томских вла-
дельцев показали 85 работ, чем сведения о ней и ограничиваются. Воз-
можно, частично ее состав повторила вторая выставка из частных кол-

                                  329


лекций, которая прошла в 1916 г. и включала 80 работ, в основном карти-
ны европейских мастеров, в том числе старых, копии и гравюры.
   По мнению Г.Н. Потанина, вопрос о создании музея в городе любого
типа долго не ставился потому, что основные силы общества были на-
правлены на открытие университета, а возникшие там музеи в какой-то
мере взяли на себя функцию сбора ценностей, в том числе и художест-
венных. С открытием университета существенно изменилась культур-
ная жизнь, заметно пополнились ряды художников. А. Капустина,
Л. Базанова, приехавшие с мужьями, занявшими университетские ка-
федры, внесли в художественную жизнь новые идеи, влияние которых
перешагнуло границы Томска.
   В начале ХХ в. с открытием технологического и учительского ин-
ститутов за городом закрепилась роль регионального образовательного
центра, появились новые кадры художников (З. Рокачевский, В. Лукин),
заметно активизируется выставочная деятельность. В течение первого
десятилетия экспозиции следуют одна за другой: в 1901, 1906, 1908 гг. −
В. Вучичевича, в 1902-м – Л. Базановой, в 1903-м – первая передвижная
художественная выставка для Сибири, организованная М. Педашенко-
Третьяковой, в 1904-м – передвижная выставка французской живописи,
на рубеже 1907-1908, в 1910 г. – Г. Гуркина, на рубеже 1908-1909 − пер-
вая передвижная выставка томских художников, положившая начало
регулярным экспозициям, в 1909 г. – А. Никулина, а также
Е. Вучичевича. Выставки готовили благоприятную среду для создания
публичной художественной коллекции.
   Первые реальные шаги по созданию общедоступной художествен-
ной коллекции были сделаны Томским обществом любителей худо-
жеств, одним из первых творческих объединений в Сибири, основан-
ном в 1909 г. Его устав предполагал "устройство, по мере развития
общества, художественно-промышленного музея"1. Материалов о со-
ставе коллекции общества практически не сохранилось, поэтому важ-
ны фрагментарные сведения, оставшиеся на страницах газеты "Сибир-
ская жизнь" и в отчетах.
   Основным способом формирования коллекции становились поступ-
ления от новых членов-художников (по составу общество делилось на
действительных членов, почетных членов и художников). Претенденты
представляли комиссии свое произведение, которое при положительном
решении передавалось в музей. Таким путем в коллекции оказалось по
две картины Г. Гуркина и О. Виноградовой, по одной – А. Капустиной и
А. Никулина (названия неизвестны), "Портрет дамы в зимнем наряде"
М. Костылева2. При отъезде из города в 1913 г. подарила свою работу
"Крючники" Л. Базанова3. Только о последней из них можно с уверен-
                                   330


ностью сказать, что, разделив судьбу всех следующих городских кол-
лекций, она в результате оказалась в собрании художественного музея.
   Общество не могло уделять много внимания устройству музея, так
как постоянно испытывало финансовые трудности, не имело собствен-
ного помещения, с переменным успехом обеспечивало работу органи-
зованных классов живописи и рисования. Сохранились сведения о том,
что в феврале 1911 г. была предпринята попытка привлечь городские
средства для устройства картинной галереи. С предложением выделить
200 рублей из сметы для приобретения лучших картин с выставок в
Томске выступили пять гласных думы, но оно по результатам голосова-
ния принято не было4.
   Не откликнулся город на просьбу Общества увеличить площадь для
классов живописи и рисования и предоставить полностью верхний этаж
Гоголевского дома, где планировался зал с галереей (40 кв.м).
   Отсутствие помещения плохо сказывалось на сохранности собранных
произведений, в 1916 г. его можно назвать катастрофическим. Некоторые
картины были свалены в кучу в классах рисования и пострадали5.
   Постепенно идея формирования картинной галереи перестает быть
актуальной, упоминаний о ней почти не встречается, что можно объяс-
нить не только отсутствием поддержки со стороны города, но и отъез-
дом нескольких активных членов.
   Между тем возникла еще одна отдаленная перспектива появления
художественной коллекции, на этот раз благодаря инициативе Томской
городской думы. В 1911 г. был учрежден Комитет по созданию Сибир-
ского научно-художественного музея, но сначала из его названия исчез-
ло слово "художественный", а затем в связи с войной и последующими
политическими событиями был снят сам вопрос о его необходимости.
   Следующий опыт, несмотря на кратковременность, можно считать
удавшимся. Это стало возможно на волне революционных событий,
когда начались грандиозные преобразования во всех областях, включая
культуру. Картинная галерея была создана при Сибирской народной
художественной академии и открыта одновременно с ней 1 Мая 1918 г.,
что стало ярким событием культурной жизни региона. В ее истории по-
следовательно отразилась цепь политических событий.
   По представлению отдела народного образования 16 апреля 1918 г.
Томский губернский исполнительный комитет рабочих, крестьянских и
солдатских депутатов постановил: " 1) образовать картинную галерею и
при ней художественную библиотеку, поручив создание ее художест-
венному отделу; 2) обратиться ко всем гражданам г. Томска и др. горо-
дов с предложением о пожертвовании картин для 1 Сибирской художе-

                                  331


ственной галереи; 3) для указанной цели конфисковать дом, принадле-
жащий гр. Смирнову по Духовской улице"6.
   При художественном отделе была создана комиссия, в состав кото-
рой вошли А.Т. Петропавловская, В.Е. Каменев, Я.И. Спачил, М.Ф. Бах-
метьева, С.П. Гомелля, А.А. Ногин. Из-за краткости сроков решено бы-
ло открыть галерею выставкой, и члены комиссии обратились к худож-
никам Томска с просьбой прислать свои работы. Это не встретило ши-
рокого отклика. Несмотря на отсутствие поддержки со стороны части
художников, хранителей ценностей и общественных деятелей, а иногда
и враждебность, выставку начали готовить и одновременно создавать
коллекцию.
   Атмосферу времени передают обращения к владельцам ценностей. В
частности, автор открытого письма "Томским коллекционерам художе-
ственных ценностей", член художественной комиссии, опирается на
положение о том, что искусство принадлежит народу, настаивает на его
общедоступности и сожалеет, что в случае непонимания "приходится
прибегать к некрасивым действиям"7.
   Как вспоминала позднее М. Бахметьева, в выявлении и конфискации
ценностей участвовали учащиеся Сибирской народной художественной
академии8.
   Некоторые коллекционеры откликнулись на призыв. Н.Л. Раден для
экспонирования на выставке предоставил картины "Корона Катуни"
(ныне ТОХМ) и "Катунь в жаркий день" Г. Гуркина, а также "Вечереет"
И. Волкова, А.Н. Молчанов дал согласие показать на выставке работы
"Иоанн Грозный. Этюд" С. Прохорова (ныне ТОХМ), "Наймычку" неиз-
вестного русского художника и жанровую композицию неизвестного
испанского художника, из коллекции А. Королева были взяты пейзаж
голландской школы и две жанровые сцены9.
   В экспозицию входила картина Л. Базановой "Крючники" (ныне
ТОХМ), и это позволяет предполагать, что в нее могли быть включены
и другие работы, принадлежавшие Обществу.
   С большой долей уверенности можно утверждать, что "Даму в ка-
чалке" (ныне ТОХМ) и ряд других произведений К. Зеленевского также
видели посетители выставки. Не исключено, что входил в экспозицию и
"Портрет матери" В. Зырянова.
   Сначала были предоставлены для участия, а затем приобретены для
галереи три этюда М. Полякова 10. Это были первые закупки работ ху-
дожников для галереи, которые предполагалось продолжить.
   Кроме того, сохранились сведения, что в числе экспонатов выставки
были работы А. Никулина, А. Капустиной, возможно, из фондов обще-
ства, и Н. Ткаченко.
                                 332



    
Яндекс цитирования Яндекс.Метрика