Единое окно доступа к образовательным ресурсам

Исчезающая красота: проблемы сохранения ценностей культуры в современной России: Материалы Всероссийской научной конференции

Голосов: 6

Научное издание содержит материалы Всероссийской научной конференции, посвященной проблемам сохранения ценностей культуры в современной России. Данное издание осуществлено в рамках программы "Межрегиональные исследования в общественных науках" Российской благотворительной организации "ИНО-Центр (Информация. Наука. Образование.)".

Приведенный ниже текст получен путем автоматического извлечения из оригинального PDF-документа и предназначен для предварительного просмотра.
Изображения (картинки, формулы, графики) отсутствуют.
                                                                               11


         Список иллюстраций
Ил. 1     Переулок с новой застройкой на Славне.
Ил. 2     Дом (со щипцами) на Славне
Ил. 3     Вид на Новгород от Нередицы
Ил. 4     Улица новая в Кожевниках
Ил. 5     Вид от Антонова на Кожевники, Николу Белого и Зверин – старый.
Ил. 5а    Церковь Петра и Павла в Кожевниках (XV в.)
Ил. 6     Вид на Торговую сторону от Кремля – старый.
Ил. 7     Вид на пешеходный мост и Кремль




     Т. И. АНИСИМОВА, А. Н. ТРИФОНОВА (Великий Новгород)

     ВТОРАЯ ЖИЗНЬ ВОЛОТОВСКИХ ФРЕСОК©


     До второй мировой войны Новгород был городом-музеем. Город-
ская застройка ХVIII – начала ХХ века окружала многочисленные па-
мятники глубокой старины – крепостные сооружения, культовые зда-
ния. Окрестности Новгорода изобиловали историческими ландшафта-
ми, частью которых были силуэты пригородных монастырей и усадеб.
Во время войны – впервые за свою тысячестолетнюю историю – Нов-
город был полностью разрушен. На его пепелище вырос современный
город, в котором восстановленные памятники выглядят одинокими
островами древности.
     Особую боль вызывала гибель в военный период средневековых
храмов, украшенных настенной живописью: церквей Спаса на Нереди-
це, Успения на Волотовом поле, Спаса на Ковалеве, Михаила Архан-
гела Сковородского монастыря. В их руинах оказались погребенными
всемирно известные новгородские фрески – осыпавшиеся со стен,
разбитые на множество мелких кусков. Однако реставрационная прак-
тика послевоенных десятилетий показала, что и такие, казалось бы,
безвозвратно утраченные памятники подлежат реставрации. Харак-
терный пример – живопись церкви Спаса Преображения на Ковалеве,
около 200 кв. м которой собрано А.П. и В.Б. Грековыми и их помощни-
ками из фрагментов. Опираясь на опыт своих предшественников, нов-
городские художники-реставраторы под руководством Т.И.Анисимовой
приступили в 1993 г. к реставрации руинированных фресок церкви Ус-
пения на Волотовом поле. Несмотря на то, что на протяжении несколь-
ких лет государственное финансирование реставрации волотовской
живописи было минимальным, работа шла без перерывов, в отдель-


© Т. И. Анисимова, А. И. Трифонова, 2002.


12

ные годы фактически за счет самих реставраторов, которые хорошо
понимали, с памятником какого уровня они имеют дело.
      В Успенской церкви, сооруженной в 1352 г., находился уникаль-
ный по качеству и полноте ансамбль монументальной живописи 1363 г.
С момента его «открытия» полтора столетия назад он неизменно вы-
зывал восхищение ценителей искусства и огромный научный интерес.
«Фрески церкви Успения на Волотовом поле принадлежат к числу вы-
дающихся памятников древнерусского творчества, как “Слово о полку
Игореве”, церковь Покрова на Нерли, “Троица” Рублева и храм Васи-
лия Блаженного», – писал академик М.В.Алпатов. Определяя место
волотовской живописи в истории мировой культуры, он заметил, что
«картина европейского искусства ХIV века будет более бедной, если
рядом с падуанским циклом Джотто не поставить волотовский цикл» 1.
Академик Д.С.Лихачев, обращаясь в мае 1998 г. к Министру культуры
России с письменной просьбой о финансировании работ по реставра-
ции фресок церкви Успения, назвал их «ключевыми для понимания
русского искусства ХIV века». В октябре 2000 г. Новгород посетил Ми-
нистр культуры России и правительственная делегация Федеративной
Республики Германии, которые ознакомились с результатами и пер-
спективами реставрации волотовских фресок. 5 июня следующего года
Министрами культуры России и ФРГ было подписано Соглашение об
оказании безвозмездной помощи (содействия) в реставрации церкви
Успения на Волотовом поле в 2001–2003 гг.
      Для того, чтобы представить характер и объем реставрационных
работ в памятнике, обратимся к документам. В Акте осмотра церкви
Успения, составленном 20 апреля 1944 г. при участии архитектора
А.П.Удаленкова, автора проекта реставрации волотовского храма
1939–1941 гг., его состояние охарактеризовано следующим образом:
«…в результате военных действий со стороны немецко-фашистских
захватчиков, здание памятника, с находившимися в нем фресковыми
стенописями ХIV века и иконостасом с иконами, полностью разрушено.
На месте храма обнаружена груда камня и кирпича, из-под которой
местами видны незначительные остатки стен: нижней части апсиды
(на высоту до низа окон), юго-восточного угла храма (на ту же высоту),
юго-западного угла притвора и северо-западного угла храма на высоту
около 1/3. Комиссия установила, что здание церкви Успения в Волото-
ве, с находящейся в ней фресковой стенописью и древним иконоста-
сом, как историко-художественный памятник русского искусства погиб



1
    Алпатов М.В. Фрески церкви Успения на Волотовом поле. М., 1977. С. 62.


                                                                             13

полностью»1. К такому же заключению приходят и другие специалисты,
хорошо знавшие памятник до его разрушения2.
       Но вскоре эта, по сути дела, трагическая ситуация стала рас-
сматриваться под иным углом зрения. Ученый-реставратор Централь-
ных государственных реставрационных мастерских Е.А.Домбровская,
принимавшая участие в реставрации волотовских фресок в 1931–1936
гг., пишет в январе 1946 г. в плане работ по монументальной живописи
Новгорода: «Успение в Волотове. Разборка завала и укрепление
фресок в случае, если таковые найдутся. Квалифицированный рес-
тавратор – 1. Реставраторы – 2. Рабочие – 10. Дней – 15. Примечание:
Каждый найденный фрагмент Волотовских фресок представляет ог-
ромную ценность для потомства, но ввиду малого вероятия нахожде-
ния таковых и ограниченного количества времени и рабочей силы, эта
работа поставлена во вторую очередь»3.
       В тот год эти планы оказались нереализованными. По словам
реставратора, «…для раскопа Нередицы, ни Волотова не было пре-
доставлено никаких возможностей, да и не было возможностей, пото-
му что работы реставрационных мастерских сопровождались больши-
ми трудностями по отысканию людей, способа передвижения мате-
риалов и т. д.»4. Сейчас можно сказать, что это было к лучшему. На
своем опыте мы убедились, что судьба руинированных фресок во мно-
гом зависит от того, насколько грамотно и тщательно проводится раз-
борка завала.
       Е.А.Домбровская одной из первых обследовала завал с фраг-
ментами фресок в руинах церкви Успения. 6 декабря 1946 г. на засе-
дании Ученого Совета Главного Управления охраны памятников архи-
тектуры она делилась своими впечатлениями: «Нам удалось посетить
Волотово. Мы сделали маленькую пробу, там имеется стена апсиды,
на довольно высоком уровне. Завал идет к краю, и когда этот завал
без всяких инструментов отпал, мы увидели фрески, и вот несколько
кусочков. Тут видно такое изображение: вот глаз, часть бороды, а
здесь палец и часть свитка, все это отваливается от стены, они ото-
прели. Эти фрески доказывают то, что в Волотове эти фрески есть и
если там произвести осторожные раскопки, то можно получить до-

1
  ГАНО. Ф. Р–4137. Оп. 1. Д. 2. Акты комиссии по установлению ущерба, причинен-
  ного немецко-фашистскими захватчиками историческим зданиям – памятникам,
  состоящим под государственной охраной и находящимся в г. Новгороде. 1944 г.
  Л. 54–54 об.
2
  См.: НГОМЗ. ОПИ. Ф. Р 12. Оп. 1. Д. 73; Каргер М.К. Дневник Новгородской экс-
  педиции Всесоюзной Академии художеств. 14 сентября 1944 г.; Лазарев В.Н. Ис-
  кусство Новгорода. М.–Л., 1947. С. 79–84; Памятники искусства, разрушенные
  немецкими захватчиками в СССР // Сборник статей под ред. И. Грабаря. М.–Л.,
  1948. С. 63, 103–148.
3
  ГАНО. Ф. Р-4137. Оп. 1. Д. 26. Материалы о работах по укреплению и расчистке
  фресковой росписи в памятниках архитектуры г. Новгорода. 1946 г. Л. 3 об.
4
  Там же. Л. 134.


14

вольно большой фрагмент фресок. Если так оставить, то через неко-
торое время нечего будет собрать. Этот вопрос нужно решить в бли-
жайшее время»1.
     По всей видимости, уже тогда в среде реставраторов и музейных
работников Новгорода появилась уверенность в том, что разрушенные
памятники с монументальной живописью в какой-то степени подлежат
восстановлению. Активно собирается документальный и изобрази-
тельный материал по этим памятникам. В 1946 г. по заказу Новгород-
ского музея делаются копии обмерных чертежей и разрезов со схема-
ми росписей, исполненных в период между 1895 и 1908 гг. архитекто-
ром    В.В.Сусловым      (его  материалы     хранятся   в   Научно-
исследовательском музее Академии художеств). В том же году музей
приобрел коллекцию произведений живописи и графики на новгород-
скую тематику ленинградского художника А.А.Громова. В коллекции
оказались виды церкви Успения на Волотовом поле, авторство кото-
рых принадлежит не только ему, но и А.Ф.Громовой. Ею подписан чу-
десный карандашный рисунок с изображением южного фасада церкви
Успения, который датирован 1919 г. Исполненные маслом и темперой
интерьерные виды храма, зарисовки и копии волотовской росписи с
подписью А.А.Громова датируются годом позднее. В музее хранится
также папка с черновыми материалами (кроками, зарисовками, запи-
сями) к обмерным чертежам волотовского храма, которые были вы-
полнены Громовыми в 1920–1921 гг. Папка была передана в дар Новго-
родскому музею в 1967 году их наследницей. Возможно, коллекция жи-
вописи и графики Громовых была приобретена Новгородским музеем
при содействии Л.М.Шуляк. Ученица и ближайшая сподвижница
К.К.Романова, заведующего Разрядом древнерусского зодчества Акаде-
мии истории материальной культуры, она в 1920–1930-х гг. была науч-
ным сотрудником Академии. Л.М.Шуляк могла лично знать Громовых, так
как в начале 1920-х гг. приезжала вместе с К.К.Романовым в Новгород
на обследование памятников. С 1946 г. Любовь Митрофановна работала
архитектором в Специальной проектно-реставрационной мастерской по
Новгороду. В 1949 г. она обследовала завал с фрагментами фресок в
руинах церкви Успения и выполнила схемы. На них зафиксирован уро-
вень завала и участки стен с фресковой росписью, которые были обна-
ружены на высоте 3–2,5 м от пола 2.
     Через шесть лет Новгородская реставрационная мастерская про-
вела консервацию руин памятника по проекту архитектора
Л.Е.Красноречьего. Церковь снаружи была полностью освобождена от
завалов грунта и строительного мусора. Северный придел был расчи-
щен и внутри. При раскопках, которыми руководил Н.А.Чернышев, ве-
1
    Там же. Л. 138–138 об.
2
    Трифонова А. Церковь Успения на Волотовом поле под Новгородом: история
    изучения и реставрации (до 1944 г.) // Новгородский архивный вестник. Вып. 3.
    Великий Новгород, 2002.


                                                                  15

лась выборка фрагментов фресок (они были переданы в Новгородский
музей). Внутри основного объема и в западном притворе раскопки не
велись. Уцелевшие остатки стен высотой от одного до четырех метров
были надстроены до одного уровня. Объемы здания были перекрыты
вальмовыми крышами с верхом из оцинкованного железа.
      Консервация памятника была его спасением. И все же фрески
постепенно разрушались от пребывания во влажном грунте, гибли во
время хищнических раскопок. Было ясно: чем скорее извлечь из руин
фрески, тем больше надежд восстановить их в будущем. К концу 2001
г. разборка завала в церкви Успения была завершена новгородскими
реставраторами. При разборке завала за основу была принята мето-
дика А.П.Грекова: деление площади на участки в соответствии с архи-
тектурным членением здания, расположением живописных композиций
и с учетом мест возможного падения основной массы фрагментов од-
ной или нескольких композиций.
      Высота завала в основном объеме церкви Успения составляла
около 4 м, в западном притворе – около 2,5 м. С самого начала мы
предполагали (и это предположение оказалось верным), что основная
масса фрагментов лежит в нижних слоях завала, где они перемешаны
с грунтом и строительным мусором. Во время работы с верхним слоем
завала грунт выбирался на поддон флейцем, а затем просеивался на
«грохоте» (большом решете, подвешенном на столбах). После срезки
верхнего слоя массив завала разбирался по участкам. Разборка ве-
лась мягкими кистями и флейцами или просто руками. Вся масса про-
сматривалась на планшетах, а затем просеивалась через небольшие
сита для выявления случайно пропущенных фрагментов. В завале на-
ходилось большое количество кладочных камней ракушечника и кир-
пичей. На некоторых кирпичах уцелела штукатурка с живописью. Из-
влекаемые фрагменты укладывались в один слой (красочной поверх-
ностью вверх) на фанерные планшеты, на которых они и хранятся в
реставрационной мастерской.
      Уже в притворе мы убедились, что основной рабочий материал
составляют мелкие фрагменты (1–2 кв. см), так как левкас фресок не-
обычайно тонкий и хрупкий (не более 5–7 мм), гораздо тоньше, чем в
других новгородских стенописях ХIV века. Второй причиной преобла-
дания мелких фрагментов волотовской живописи является то, что зда-
ние Успенской церкви было сильно разрушено. Из-за сотрясения зда-
ния при взрывах сохранившаяся кладка местами превратилась в ме-
сиво. Так, оказалась деструктированной кладка юго-западного столба,
который уцелел практически на полную высоту, западного отрезка юж-
ной стены, юго-восточного угла жертвенника (в 2002 г. аварийные уча-
стки кладки были разобраны и переложены заново). Понятно, почему
большие фрагменты с живописью встречались в завале нечасто. В
большинстве случаев фрагменты так малы, что не дают представле-
ние о том, частью какого изображения они являются. Только при со-


16

единении и склейке нескольких стыкующихся фрагментов появляется
возможность установить их принадлежность к изображению лика, оде-
жды или атрибута персонажа, к архитектурному или пейзажному фону.
      Подборка фрагментов в живописные композиции ведется с само-
го начала параллельно другим реставрационным процессам. Мы убе-
дились, что непременным условием собирания фрагментов живописи
в композиции является связь каждого отдельного фрагмента с его
планшетом, то есть с теми фрагментами, которые были найдены с ним
одновременно и в одном месте. Поэтому в первую очередь работа
идет в пределах одного планшета, что дает возможность собрать мак-
симальное число мелких фрагментов. Только исчерпав все возможно-
сти работы с планшетом, реставратор переходит к подборке фрагмен-
тов в пределах композиции.
      При подборке фрагментов живописи церкви Успения используют-
ся схемы живописных композиций, изготовленные в их натуральную
величину на основе опубликованных графических и фотоматериалов
по состоянию живописи церкви Успения до ее разрушения в период
второй мировой войны. Наиболее полно эти материалы представлены
в своде Г.И.Вздорнова «Волотово. Фрески церкви Успения на Волото-
вом поле близ Новгорода» (М., 1989). Современные технические сред-
ства (компьютерное оборудование и множительная техника) позволя-
ют работать с живописью, графикой и фотоснимками церкви Успения в
том виде, в каком они изданы в своде, однако в схемах, полученных
таким образом, все-таки полностью не исключены пропорциональные
искажения. В связи с этим в настоящее время мы ведем переговоры с
Государственным Русским музеем на предмет копирования подлинных
калек волотовской живописи, исполненных в 1894–1895 гг. художником
Ф.М.Фоминым под наблюдением В.В.Суслова. Они наиболее точно пе-
редают рисунок волотовских фресок.
      Во время разборки завала постепенно открывалась живопись на
стенах и столбах церкви. На северной стене слева от входа была об-
наружена композиция «Зосима, причащающий Марию Египетскую»,
сохранившаяся на две трети, на южной пилястре предапсидной арки –
изображение «Диакона Филиппа» – одно из лучших в церкви Успения
по состоянию красочного слоя. Живопись сохранилась на западной и
южной стенах, на восточных и юго-западном столбах.
      Изображение «Службы святых отцов» в апсиде частично осыпа-
лось по сравнению с тем состоянием, которое было зафиксировано
Е.А.Домбровской в 1946 г. С ее слов можно сделать вывод, что в то
время фрагменты живописи находились на уровне ликов святителей.
Мы обнаружили композицию, которая сохранилась на половине своей
площади. На уцелевших участках алтарной росписи хорошо видны
границы между слоями живописи 1352 и 1363 гг. В завале алтаря еще
в самом начале работы были обнаружены фрагменты с изображением
руки и крыла ангела, руки и свитка Иоанна Златоуста. В нижних слоях


                                                                            17

завала содержалось большое число крупных фрагментов, что вселяет
надежду на дальнейшую подборку живописи.
     Таким образом, в результате разборки завала в церкви Успения
было извлечено около 1,5 млн. фрагментов фресок и обнаружено 40
кв. м живописи на стенах и столбах храма. Около 4,5 кв. м живописи
нам пришлось снять со стен по причине аварийного состояния отдель-
ных участков кладки здания. В настоящее время в рамках Соглашения
от 5 июня 2001 г. ведется архитектурная реставрация церкви Успения
по проекту и под научным руководством архитектора Н.Н.Кузьминой. В
связи с этим необходимо решить вопрос о том, где будет храниться
волотовская живопись после реставрации – в реконструированном па-
мятнике или в условиях музейной экспозиции и хранения. Однако уже
сейчас ясно, что в любом случае фрагменты, подобранные в живопис-
ные композиции, необходимо монтировать на реставрационное осно-
вание.

         Список иллюстраций

Ил. 8      Церковь Успения на Волотовом поле под Новгородом. Завал с фрагмен-
           тами фресок. Фото А.Ф.Махаевой. 1994 г.
Ил. 9      Церковь Успения на Волотовом поле под Новгородом. Выборка фраг-
           ментов фресок из завала. Фото А.Ф.Махаевой. 1994 г.
Ил. 10     Церковь Успения на Волотовом поле под Новгородом. Южная сторона
           предапсидной арки. Композиция «Диакон Филипп» 1363 г., открывающая-
           ся при разборке завала. Фото А.Ф.Махаевой. 1994 г.
Ил. 11     Церковь Успения на Волотовом поле под Новгородом. Интерьер.
           Фото Т.И.Анисимовой. 2001 г.




         И. В. АНТИПОВ (Санкт-Петербург),
         В. А. БУЛКИН (Санкт-Петербург),
         Б. Г. ВАСИЛЬЕВ (Старая Ладога),
         А. М. САЛИМОВ (Тверь)

         НОВЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ ПАМЯТНИКОВ НОВГОРОДСКОЙ
         АРХИТЕКТУРЫ И МОНУМЕНТАЛЬНОЙ ЖИВОПИСИ XV ВЕКА©


     Новгородский отряд Архитектурно-археологической экспедиции
СПбГУ в 2001 г. проводил исследования двух памятников архитектуры
XV века – Никольской церкви Мостищского монастыря 1448 г. в пос.
Панковка Новгородского района Новгородской области и Никольской
церкви Гостинопольского монастыря в Волховском районе Ленинград-

© И. В. Антипов, В. А. Булкин, Б. Г. Васильев, А. М. Салимов, 2002.


18

ской области. В Гостинополье архитектурно-археологические исследо-
вания были тесно связаны с работами по сбору фрагментов утрачен-
ных фресок Никольского храма.
      Исследования Никольской церкви Мостищского монастыря
начаты нами в 2000 г. – в двух разведочных траншеях и зондаже были
зафиксированы остатки небольшого каменного храма, по своим типо-
логическим и технико-технологическим характеристикам относящегося
к середине XV в., что согласуется с имеющейся летописной датой па-
мятника – 1448 г. 1.
      В 2001 г. памятник был раскрыт целиком. Полное раскрытие па-
мятника средневековой архитектуры – достаточно редкое явление в
современной архитектурной археологии. В данном случае, полное рас-
крытие храма было вызвано характером дальнейшего использования
территории – фундаменты церкви предполагалось музеефицировать
путем надкладки, выполнения своего рода муляжа плана памятника,
что, вполне естественно, привело бы к консервации кладок, невозмож-
ности их изучения в ближайшем будущем.
      Для изучения памятника в сквере перед зданием ПМК-1, в 25 м к
востоку от крыльца был заложен Раскоп 1 общей площадью 141,5 кв.
м. Степень сохранности нижних частей кладок памятника хорошая, ут-
раченной в ходе хозяйственной деятельности оказалась лишь цен-
тральная часть апсиды. Частично разрушены западные столбы церкви,
а также западная стена, через которую прошла траншея кабельной ка-
нализации. На заключительном этапе исследований к западу от раско-
па были заложены шурфы 1–2 с целью проследить габариты запад-
ного притвора храма.
      Полученный в ходе раскопок 2000–2001 гг. материал позволяет
предпринять попытку реконструкции истории строительства и функ-
ционирования храмовых построек на территории Мостищского мона-
стыря.
      В 1412 г. в Мостищах, на малообжитом месте был построен де-
ревянный храм и основан монастырь. Через несколько десятилетий
(вероятно, в 40-е гг. XV в.) церковь гибнет в огне пожара. В 1448 г. в
монастыре начинается строительство каменной церкви. В процессе
строительства в ходе откопки фундаментных рвов вынутая глина ис-
пользуется как для связывания камней фундамента, так и для устрой-
ства подсыпки на территории церкви и вблизи нее (вероятно, перво-
начальный рельеф местности был достаточно неровным). Подсыпка
выполняется в несколько этапов, последний из которых связан с уст-
ройством плитяного пола в храме. В ходе строительства церкви про-
изошли один или два пожара (возможно, каких-то строительных кон-
струкций – лесов, настилов и т. д.), отразившиеся в горелых прослой-

1
    Антипов И.В., Бирюков Ю.Б., Булкин Вал. А. Археологическое изучение некото-
    рых памятников новгородской архитектуры XV века // Новгород и Новгородская
    земля. История и археология. Вып. 15. Новгород, 2001. С. 20–24.


                                                                   19

ках, зафиксированных внутри церкви. В XVI – начале XVII вв. церковь
не подвергалась серьезным перестройкам. Далее храм был разрушен,
этапы разрушения фиксируются в виде различных слоев известняко-
вого и кирпичного боя. Деревянная церковь, устроенная в XVII столе-
тии вместо каменного храма, находилась, вероятнее, южнее церкви
1448 г. След от нее в виде мощного слоя кладбища фиксируется с юж-
ной стороны каменного храма (никаких видимых следов конструкций
позднего деревянного храма в ходе археологических работ не зафик-
сировано). Последние планировочные работы в сквере, проведенные в
1999 г., окончательно разрушили слои, относящиеся ко времени функ-
ционирования каменного храма и к периоду после его разрушения в
XVII в.
      Проведенные работы позволили достаточно объективно судить о
характерных особенностях каменного храма 1448 г. Никольская церковь
– это небольшой четырехстолпный одноапсидный храм, по типу сход-
ный со многими монастырскими храмами середины и второй половины
XV в., таким, как церкви 12 апостолов в Новгороде 1455 г. или Симеона
Богоприимца Зверина монастыря 1467 г. Размеры храма невелики – 8 х
8 м по наружным стенам без апсиды, внутреннее пространство, затес-
ненное четырьмя столбами, было совсем небольшим – 5,6 х 5,5 м, раз-
меры сторон подкупольного квадрата – менее 200 см.
      К сожалению, имеющихся данных явно недостаточно для того,
чтобы объективно судить о том, было или нет у Никольского храма
подцерковье. С одной стороны, найденный в ходе раскопок лекальный
кирпич, явно происходящий из кладки круглого или скругленного стол-
ба, говорит о том, что храм мог иметь верхний этаж, где и находились
столбы такой конфигурации (раскопанные столбы имеют прямоуголь-
ную форму, правда, на уровне цокольного ряда.) В то же время, в ходе
раскопок у северной, южной и западной сторон церкви не было выяв-
лено следов оснований древних крылец, это позволяет предполагать,
что храм мог быть одноэтажным, подобно церкви 12 апостолов 1455 г.
      Фасады Никольской церкви были разделены на три прясла ло-
патками, выполненными из кирпича, остатки нескольких из них зафик-
сированы в ходе раскопок. В стены Никольского храма, как и во многих
других новгородских церквях этого времени, были вмурованы камен-
ные закладные кресты. Фрагменты трех средневековых крестов были
найдены в ходе работ 2001 г. На двух крестах зафиксированы следы
известково-песчаного раствора, это указывает на то, что кресты были
заложены в стены храма. С западной стороны церковь имела широкий
притвор, большое количество боя плиты, кирпича и раствора вблизи
траншеи от выборки стен притвора говорит в пользу того, что притвор
был каменный, однако не исключено, что он мог быть и деревянным,
как в некоторых других памятниках XV в.
      Храм был сложен из тесанной известняковой плиты, ракушечника
и кирпича на известково-песчаном растворе. Кирпич, характерного для
середины XV в. типа и формата (проведенные обмеры позволили вы-


20

делить два формата кирпичей: 27,5–29 х 13,5–14,5 х 5–5,5 см – основ-
ной и 23–24 х 11–12,5 х 5–5,5 см - дополнительный), применялся, в ос-
новном, в кладке лопаток, а также, вероятно, в кладке арок, сводов и
завершений окон.
      Мастеров архиепископа Евфимия II, работавших в 1430-е гг., по-
стоянно преследовали неудачи – то одна, то другая церковь падала
вскоре после окончания строительства. Именно это обстоятельство,
вероятно, побудило зодчих, строивших Никольский храм в Мостищах,
придать дополнительный запас прочности этому сооружению. Так, на-
пример, церковь имеет толстые стены – их толщина достигает 120 см
(в уровне цоколя), что при столь небольших размерах храма является
явно излишним. Помимо этого, под юго-восточным столбом храма бы-
ла обнаружена свайно-лежневая конструкция – в материк были забиты
сваи, поверх которых положены сосновые плахи-лежни. Крупные
бревна зафиксированы и под фундаментом апсиды. Следует отметить,
что подобные приемы при устройстве фундаментов представляются
на первый взгляд совершенно излишними, так как фундаменты церкви
заложены в очень плотный материковый грунт – красную глину. Мощ-
ность фундамента (110–130 см), наличие деревянных субструкций в
основании, толщина стен свидетельствуют о том, что при строительст-
ве монастырского храма в Мостищах мастера решили «подстраховать-
ся», создав солидный запас прочности.
      Полученный материал дает возможность осуществить консерва-
цию и музеефикацию остатков Никольской Мостищской церкви – единст-
венного исследованного памятника новгородской архитектуры второй
половины 40-х гг. XV в.
      В ходе раскопок были обнаружены и интересные индивидуальные
находки – анонимная печать новгородского владычного наместника, да-
тируемая XIV в. с изображением на одной стороне Богоматери Великой
Панагии (Знамение), а на другой – многоконечного голгофского креста и
ливонский артиг XVI в.
      В 2001 г. Новгородский отряд ААЭ СПбГУ приступил к изучению
руин Никольской церкви бывшего Гостинопольского монастыря в
Волховском районе Ленинградской области.
      Никольский храм построен в XV в., вероятно, в конце 1460-х–
начале 1470-х гг. Вскоре после освящения церковь была расписана.
Позднее росписи неоднократно поновлялись, последний раз в 1850 г.
Первое научное описание монументальных росписей Гостинопольской
церкви было сделано Н.И.Репниковым в начале XX в. Тогда же храм
был обмерен архитектором Н.Г.Буниатовым, архитектуру и живопись
церкви исследовали Л.А.Мацулевич, К.К.Романов и А.И.Анисимов. В
1942 г. памятник был взорван, после войны остатки церкви не были
законсервированы и продолжали разрушаться. Территорию монастыря
в сер. XX в. обследовал С.Н.Орлов, в 1999 г. шурф к северу от церкви
заложил С.В.Бельский. В настоящий момент руины храма представ-
ляют собой холм высотою около 2 м над поверхностью земли, отчет-



    
Яндекс цитирования Яндекс.Метрика