Единое окно доступа к образовательным ресурсам

Архаическая топонимия Новгородской земли (Древнеславянские деантропонимные образования): Монография

Голосов: 17

Монография представляет собой первую часть научной трилогии, посвященной топонимическим древностям центральных районов средневековой Новгородской земли. В книге всесторонне трактуется большое количество топонимов, появившихся на основе древнеславянских и отчасти христианских личных имен; исследуются происхождение, эволюция и словообразовательная типология географических названий, оставленных славянским населением центральных районов Новгородской земли в период политической независимости Новгорода. Анализ новгородских топонимических древностей дан на широком общеславянском фоне. Книга будет интересна не только специалистам-филологам, но и историкам, археологам, географам, краеведам и всем тем, кто не безразличен к прошлому Новгородской земли. Данное издание осуществлено в рамках программы "Межрегиональные исследования в общественных науках" Российской благотворительной организации "ИНО-Центр (Информация. Наука. Образование.)".

Приведенный ниже текст получен путем автоматического извлечения из оригинального PDF-документа и предназначен для предварительного просмотра.
Изображения (картинки, формулы, графики) отсутствуют.
    нов-Борисоглебском у. [Vasm. RGN V 3, 571]; сюда же следует отнести
геогр. Μικρογούζι в Греции близ гор. Салоники (греч. Μικρο- «народно-
этимологически» заменило слав. Miro-) [Rospond 1983, 94], см. еще
материалы: [Arumaa 1960, 159; Мор. СИ, 126; ЭССЯ 19, 54]. Топони-
мический ареал раскрывает преимущественно восточнославянскую
принадлежность исходного личн. *Мирогость.
    Тождественную или по крайней мере фонетически «пересекающую-
ся» антропонимическую базу обнаруживает геогр. Мерогоща руч., лев.
пр. Змейки, лев. пр. Веронды близ деревень Богданово, Кшентицы, Ви-
догощь Новг. р-на. Название восходит если не к личн. *Мирогость, то к
личн. *Мѣрогость, которое генетически связано с прасл. *měr- ‘слав-
ный’ (: герм. mar-) или с *měra – ‘мера’. Компонент -мѣр-, как уже гово-
рилось, трудно отличить от -мир-, однако он тоже явным образом при-
сутствует не только в постпозиции, но и в препозиции. Ср. хотя бы
польск. личн. Mierosłаw, в котором видят *měr- [Rospond 1983, 92],
или новг. геогр. Меребужской, Меренеж, Мереножка дер. Дер. пят.,
соотносимые с вероятными личн. *Мѣробудъ, *Мѣронѣгъ и др. (см.).
    Нежгостицы (вар. Нежговицы) – дер. и ус. на р. Быстрице южнее
гор. Луга Петерб. губ. [СНМРИ 37, № 2167, 2168], которые отождеств-
ляются с дер. Нежгостищи в Петровском пог. Шел. пят. 1501 г. [НПК
V, 341], по книге Шел. пят. 1581–1582 гг. – Негостицы [Неволин 1853,
79 прил.], по материалам Ген. меж. конца XVIII в. – дер. Нежгостицы
[Андрияшев 1914, 164]. К личн. *Нѣж(и)гость с основой прасл.
*něžiti, др.-рус. нѣжити ‘содержать в неге’. Композитные имена с
-нѣж-/-нег- были очень популярны в древненовгородской среде; ср.
др.-новг. личн. Нѣжебудъ в бер. гр. № 16 из Старой Руссы 1-й пол. XII
в. (основа Нѣже- в этом имени, вероятно, отражает компаратив [За-
лизняк 2004, 333]), Нѣгорадъ, Нѣговитъ, Нѣгосѣмъ, Нѣгожиръ (с ос-
новой сущ. нѣга), не считая многочисленных гипокористик; см. мате-
риалы словоуказателя в [Зализняк 2004, 767–768].
    Негоша рч., пр. пр. Веряжки, пр. пр. Веряжи, к юго-западу от Нов-
города, по спискам селений нач. ХХ в. [СНМНГ I, 65, 67] – рч. Него-
ща; рядом в том же источнике (с. 65) дано геогр. Ниговщина руч., про-
изводное от Негоща. Гидроним многократно фиксируется отписными
и оброчными книгами пригородных пожен Новгородского дворца
1535–1540 гг. в виде Негоща, реже Ногоща и даже Гоща [ПКНЗ 1, 322,
325, 340–342, 352, 353, 362]: «пожня за Веряжею на речке на Негоще»
(с. 322); «пожня за Негощею» (с. 326); «пожня за Веряжею жар под
Ногощею Головинская» (с. 352); «пожня Головинская в жару под Го-
щею» (с. 353), – последний вариант обусловлен случайным пропуском

                                  131


на письме легко вычленяемой частицы не-. Кроме того, под 1498 г.
писцовые документы упоминают смежную с отмеченным водоемом
дер. Ногоща в Паозерье в Васильевском пог. Шел. пят. [НПК IV, 9; V,
292, 296, 319], с которой идентифицируется Негоща (Воробейка) ж. д.
ст. Ракомской вол. нач. ХХ в. [СНМНГ I, 66], = совр. Воробейка дер.
Григоровск. Новг. Перед нами ситуация переноса по смежности, век-
тор которого не вполне ясен: ойконим → гидроним или наоборот?
    Вблизи Новгорода название не единично: известны еще Негоща ж.
д. ст. севернее Новгорода, в Подберезской вол. нач. ХХ в. [СНМНГ 1,
52–53] и Негоща дер. восточнее Новгорода, в Бронницкой вол. Со-
гласно [СНМНГ I, 16–17], последняя стояла на руч. Безымянном, кото-
рый, однако, в [Шан. РЛЛО, 216] обозначен как руч. Негоша пр. Мсты.
Что касается р. Нугоща, указанной А.М.Микляевым в качестве лев. пр.
Веренды [Микляев 1984, 35], то, по-видимому, здесь вкралась ошибка,
поскольку все крупномасштабные карты и письменные источники по
этому району знают только Негоща (Ногоща) рч. басс. Веряжи. Следу-
ет указать, что на периферии Новгородской земли – в Михайловском
погосте в Тросных Беж. пят. – в XVI в. зафиксирована еще одна р. Не-
гоша басс. Мологи [ПКНЗ 3, 116, 122].
    Колебание исторических вариантов Негоща / Ногоща требует поиска
исходной формы. Р.А.Агеева, учитывая вар. Ногоща, рассматривает
возможность балтийской основы с префиксом nuo- и балто-славянским
корнем *gost- (типа Nuo-gastis), не исключает и привлечения лит.
Negгsčius р. [Агеева 1989, 180]; последнее, впрочем, считается неясным
по происхождению и словообразованию [Vanagas 1981, 226]. На наш
взгляд, вар. Ногоша вторичен: он отражает лишь орфографическую ре-
акцию на великорусский переход е > о и ударение на первом слоге,
т. е. Ногоща = [Н’огоща], показательно здесь и современное произно-
шение гидронима – Нёгоша. Ср. появление в берестяных грамотах на-
писаний «межу нобомъ и землею», «к ному» (гр. № 10), «от ного» (гр.
№ 370) [Зализняк 2004, 617, 558], где слог [н’о-] передан буквосочетани-
ем «но». Подобные примеры нестабильности орфографии легко умно-
жить. Исходная же форма гидронима – Негоща – древнеславянская,
восходящая, по всей вероятности, к зафиксированному личн. Негость,
ср. др.-польск. Niegost, данное в словаре со знаком вопроса [SSNO I,
174], и ст.-рус. производное Негостев, фамилия или отчество кольского
вотчинника в акте 1607 г. [АИ IV, 548]. Имя построено по известной
антропонимической модели с отрицанием: чеш. личн. Nedrah, Nelepa,
Nechval и др., польск. Niegrod, Niemoj, Nierad и др., др.-новг. Несулъ,
Несъда, Невидъ, к ним примыкают геогр. Несуж, Неболчи от личных

                                  132


имен с началом Не-, см. соответствующие этюды. Из топонимических
эквивалентов к новг. Негоща следует указать новгородское же геогр.
Некость (= личн. Негость) – протока между озерами Малым и Боль-
шим Клобутицкими в верховьях Плюссы к юго-западу от гор. Луга (по
карте-километровке Лен. обл.). Ранее приводились также Негосто оз. в
басс. Шексны, Негостово дер. Белозерского у. Новг. губ., геогр Negošt’
(= нем. Negast) в Польше [Arumaa 1960, 159; Rospond 1983, 98]. Новг.
гидроним Некость, как и волог. геогр. Негосто, согласованное в ср. р.
с озеро, − асуффиксальная топонимизация личного имени1.
    Вторая возможность истолкования геогр. Негоща − возведение к др.-
слав. личн. *Нѣгогость, которое дало затем *Нѣгость (> *Негость) в
результате гаплологии. Др.-слав. личные имена с начальным Něgo-
(: прасл. *něga, рус. нега) хорошо известны: польск. Niegosław, болг.
Něgoslav, чеш. Něgomir, как и образованные от них композитные топо-
нимы, указанные в [Rospond 1983, 101], ср. и др.-новг. личн.
*Нѣжегость, реконструированное по геогр. Нежгостицы (см.).
    Будогощь пос. Кириш. на р. Пчевжа, пр. пр. Волхова; в нач. ХХ в. на
месте современного поселка значились дер. Большая Будогоща и Малая
Будогоща Васильковской вол. Тихв. у. [СНМНГ VII, 34–35]. По-
видимому, идентифицируется с дер. Быдовща в пог. Петровском на
Пшогже Обон. пят. сер. ХVI в. [ПКНЗ 2, 138]. Кроме того, на р. Пчевжа
к востоку от пос. Будогощь ранее существовал еще один пункт с близ-
ким названием – Бидогоща ус. Недашецкой вол. Тихв. у. [СНМНГ VII,
86–87]. Представляется, что оба пункта некоторым образом исторически
связаны, а их названия сводятся к одному личн. Будогость. Последнее
скорее всего содержит основу прасл. *buditi, рус. будить и восходит к
прасл. *Budigostъ. Ср. др.-чеш. личн. Budihost и с другими апофониче-
скими вариантами этого же корня – личн. Bdihost, Bed(i)host, др.-польск.
Bedgost, Bdzigost (к прасл. *bъděti), см. материалы: [Svoboda 1964, 72, 94;
SSNO I, 115]2. Среди межславянских топонимических параллелей отме-

1
    В русских диалектах встречаются лексемы негость, негостья ‘свой, семьянин, близкий
    человек в дому’ [Даль СЖВЯ 2, 510] – вероятные результаты апеллятивизации древне-
    славянского антропонима. Учитывая данный факт, геогр. Некость, Негосто можно
    одновременно квалифицировать и в качестве образований от этих нарицательных диа-
    лектных лексем, не обязательно относящихся к раннему времени.
2
    Нельзя не обратить внимания также на указанное исследователями полаб. личн. Bandegast
    [Svoboda 1964, 72], наряду с полаб.-помор. Bądislav, польск. Będomir, Bądzieciech и др.
    [Schlimpert 1978, 13; SSNO I, 131]. Эти личные имена заключают основу буд. вр. *bQdetъ,
    рус. будет. Поэтому не исключено, что оттопонимный реконструкт *Будогость (по геогр.
    Будогощь) генетически связан с разными корнями, которые после утраты носовых фор-


                                           133


чаются: геогр. Будагощ под Оршей, Белоруссия, Будагоща (Будоговищи)
близ Тулы, Будогощь между Орлом и Брянском, геогр. Budihošt (нем.
Budigast) у лужицких сербов, Bedihošt’ в Чехии, Bydgoszcz гор. в Поль-
ше, Bietegast в Германии (< полаб. *Bydъgost-jь), Budihošt’ в Словении
(сравнительный материал по: [Аrumaa 1960, 153–154; Rospond 1983, 51–
52; Vasm. RGN I 3, 563; Жучкевич 1974, 40]). Расхождение финальных
гласных первых компонентов, отраженное перечисленными топонима-
ми и антропонимами, имеет, как будто, ареальный характер: на востоке
славянства обычно наблюдаем Будо-, на западе – Budi- (но ср. в Чехии
геогр. Budihostice с вариантом Budohostice [Prof. MJ I, 200–201]). Воз-
можно, о – новая тематическая гласная, развившаяся после усечения i,
или здесь проявляется изначальное различие образующих сложение
именной и глагольной основ.
   Радогоша рч., один из притоков Осьмы, пр. пр. Волхова. Упомянута в
погосте Коломенском на Волхове Обон. пят. 1564 г.: «Да у Вяжиско де-
ревни угодья за Радогошею рекою Сухая нива» [ПКНЗ 2, 66]. К личн. Ра-
догость, встреченному и в новг. бер. гр. № 571 XII в. [Зализняк 2004, 454].
В древности являлось очень популярным именем среди всех групп сла-
вян. Помимо новгородского ареала, самостоятельные фиксации антропо-
нима имеются в др.-чеш. (Radоhost, Radhost), а также в альпослав., сербо-
хорв., словен., болг. языках [Svoboda 1964, 83; Kronsteiner 1981, 209; Заим.
БИ, 186], имя фигурирует в греческом источнике VI в.: Άρδαγαστος [Мор.
СИ, 4] (= прасл. *Ordogostъ). Среди географических названий от этого
имени в древненовгородских землях, в частности, перечислим еще: Радо-
гоще дер. и оз. в пог. Егорьевском в Колгушах Обон. пят. [ПКОП, 49], = ?
Радогоща дер. и оз. Боровщинской вол. Тихв. у. [СНМНГ VII, 30–31],
сегодня – Радогощь (Радогоща) сел. Радогощинск. Бокс. в истоках
Явосьмы, лев. пр. Паши; Радгостицы – дер. на оз. Черное Городенск.
Бат., указанная ранее писцовой книгой Вод. пят. 1500 г. в Дмитриевском
Городенском пог. [НПК III, 199] (по более поздней документации про-
слеживаются иные варианты этого ойконима: Рагостицы 1582 г., Раго-
стье 1709 г., Радговцы 1791 г. [Селин 2003, 154, табл. 13], Радгосцы сер.
XIX в., Радгостица нач. ХХ в. [Vasm. RGN VII 3, 498]). Отметим еще
геогр. Радугошь ур. в истоках р. Луги близ дер. Дубровка Вольногорск.
Бат. [Личн. зап., 2004]. Не отождествляется ли это последнее с пустошью


   мально унифицировались. Исторические топонимические варианты со слогом Бы- (Быдов-
   ща, Бидогоща, к ним и польск. Быдгощ), как кажется, позволяют еще увереннее говорить о
   корне *bQd-, знающем такое колебание, ср. будто и диал. быдто.


                                         134


Радогощ, известной по источнику 1791 г. на территории Никольского
Будковского пог., которая, в свою очередь, идентифицируется с дер. Кор-
пово-Радголье 1500 г. [Селин 2003, 191, табл. 18]?
   Указанную новгородскую топонимию дополняет очень многочис-
ленная (более трех десятков) йотово-посессивная топонимия на базе
прасл. личн. *Radogostъ, сосредоточенная на восточнославянской (Бело-
руссия, Северная Украина, Орловская, Брянская, Калужская, Тульская
обл.) и западнославянской территории, чаще в бывшей области прожи-
вания полабских славян (см. рис. 5). Изложим сначала имеющиеся у нас
восточнославянские материалы, почерпнутые в основном из публика-
ций [Vasm. RGN III 3, 503–504; Arumaa 1960, 162–163; Rospond 1983,
114–115; Топоров, Трубачев 1962, 126; Смол. ГБО, 34; Нерознак 1983,
145–146; Мiкратапанiмiя 1974, 208; Шульгач 1998, 233]: геогр. Радогощ
дер. на р. Нерусса Севского у. Орловской губ., Радогощ (Радогощи) дер.
на р. Пина в окрестностях гор. Кобрин Гродненской губ., Радогощ
Большая и Радогощ Малая – близлежащие пункты на притоке р. Вилии
вблизи гор. Ровно и Острог Волынской губ., Радогоща (вар. Редогощ)
сел. под гор. Кромы Орловской губ., Радогоща дер. на р. Невда непода-
леку от гор. Новогрудок Минской губ. + дер. в окрестностях гор. Овруч
на Волыни, Радогощь дер. в Карачевском у. Орловской губ. на р. Радо-
гощь басс. верховий Оки, Спас-Радогожская пункт Дмитровского у.
Орловской губ., Радогощская Буда (польск. вар. Radohoszczyńska Buda)
дер. неподалеку от Овруча Волынской губ., Радугощи (Радугощь) дер.
на р. Малая Колодня Одоевского у. Тульской губ., Радогоще р., пр. Бре-
ни в Галиции, Радогощ, или Радогост, Радощ – бывшее, еще в XVII в.,
название города Погар в Стародубском у. Черниговской губ. (сегодня –
Брянская обл.), Радогоще р. в окрестностях Пинска (Белоруссия), Радо-
гоч или Рагодач (< Радогоща) р. неподалеку от Калуги, Радогоща р.,
лев. пр. Ясельды в округе гор. Гродно, Радогощь пр. пр. Свапы, пр. пр.
Сейма, лев. пр. Десны, лев. пр. Днепра и наконец, вероятно, блр. Радо-
хоч, название леса в районе гор. Береза между Брестом и Барановичами.
В западнославянской языковой области, по данным [Rospond 1983, 114–
115; Prof. MJ III, 517–518], присутствуют такие интересующие нас топо-
нимы, как Radihošt’ и Radhošt’ в Чехии, Radogoszcz четырежды в Поль-
ше, слав. Radogošč и др. (= нем. Radegast, Rodegast, Radias и др.) на
территории Северной и Восточной Германии (из полаб., др.-луж., всего
восемь названий), словен. Radigoštь, откуда нем. Tradigist, а также сло-
вен. или чеш. *Radogostjь (> нем. Raabs) на территории Австрии, нако-
нец геогр. Radogoš в Албании.


                                  135


    Перечисленным названиям созвучно геогр. Редогоща дер. Сеглинско-
го пог. Дер. пят. [НПК I, 456; ПКНЗ 5, 198] (верховья Мсты). Ойконим
обосновывается личн. Рядогость (прасл. Rędogostъ), находящим под-
тверждение в др.-чеш. личн. Řědhost. На разных славянских территориях
обнаруживаются несколько параллельных топонимов, некоторые из них
показывают пересечение с названиями типа Радогоща: геогр. Редогощ с
вар. Радогоща дер. на р. Свапа в окрестностях гор. Кромы Орловской
губ., скорее всего Рядовошь (Редовица) и Редовощинский – смежные рч. и
впадающий в нее овраг в Среднем правобережном Поочье [Смол. ГБО,
144], Redhoscz сел. 1203 г. в Чехии [Prof. MJ III, 549–550], Redgoszcz (из
прежней формы Radogoszcz) сел. в Польше [Rospond 1983, 114].
    Миголощи дер. Миголощинск. Хв., ранее – сел. Миголоща, волост-
ной центр Бор. у. [СНМНГ VI, 68–69], с которым были смежны одно-
именные погост и ручей; в материалах Ген. меж. 1780–1785 гг. под
№ 2074 значится как Миголощская пустынь, 20 дворов, на левом берегу
р. Миголощи, это же название повторено в МОЗУ 1914 г. [Карт. Гарн.]. В
НПК пункт не фиксируется. Название, затемненное метатезой -лого- > -
голо-, восходит к личн. Милогость; последнее обнаружено в новг. бер.
гр. № 320/337 нач. XIV в. [Зализняк 2004, 527] и хорошо известно по
древним западно- и южнославянским памятникам письменности:
польск. Miłogost, Miłgost, чеш. Milihost, полаб.-помор. Milegost, сербо-
хорв., болг. Милогост, Милгост, см. [SSNO III, 512; VII, 154; Svoboda
1964, 79; Schlimpert 1978, 86; Заим. БИ, 152; Грк. РЛИКС, 132; Мор. СИ,
122]. Любопытно, что существует параллельный ойконим – Миголощи
дер. на р. Медведице Кашинского у. Твер. губ. [СНМРИ 43, № 6040],
охарактеризованный точно такой же слоговой метатезой. На Русском
Северо-Западе личн. Милогость топонимически отражено также в на-
звании руч. Милогость (по Ген. меж. конца XVIII в. − Милогост), пр.
пр. Ояти в нижнем течении [СГЮВП, 67; Шан. РЛЛО, 280]. Среди не-
новгородских топонимических соответствий к новг. Миголощи, Мило-
гость имеются: гидроним Милогощь пр. Пильни, пр. пр. Болвы, лев. пр.
Десны [Arumaa 1960, 159; Топоров, Трубачев 1962, 124], геогр. Milhošt’
дважды в Чехии, Miłogoszcz дважды в Польше, полаб. Milogošĕ (> нем.
Mallies) в Германии, словац. Mil(o)gošt’ (> венг. Miglйsz) в Венгрии,
Milogošča на востоке Балкан [Rospond 1983, 93].
    Витогощ дер. на р. Хотынке, лев. пр. Мшаги, лев. пр. Шелони, упо-
минается во Фроловском пог. Шел. пят. 1498 г. [НПК IV, 37]; позднее на
месте этого пункта материалы Ген. меж. конца XVIII в. под № 1096 по-
казывают деревню со слегка видоизменившимся названием Видогощи
на р. Хотынке [Андрияшев 1914, 30]. К личн. Витогость, такое имя

                                   136


М.Морошкин [Мор. СИ, 41] находит в одном западнославянском (чеш-
ском?) источнике. Неподалеку от Киева отмечалось геогр. Витогощ
дер., а на бывшей территории полабских славян – геогр. Vitogošč, или
нем. Vietgast, см. [Arumaa 1960, 167; Rospond 1983, 147].
    Вогоща р., лев. пр. Тишенки, лев. пр. Шелони, фиксируется под 1539
г. [НПК IV, 245]. Правы А.И.Попов [Попов 1981, 112] и П.Арумаа
[Arumaa 1960, 168], выводящие гидроним из личн. Воегость / Воигость;
новгородец с таким именем упоминается летописью под 1115 г. [НПЛ, 20,
204]. Антропонимия с препозитивным компонентом прасл. *voj- (значе-
ние ‘воин’) присутствовала в древненовгородской диалектной области; ср.
личн. Воеславъ / Воиславъ в бер. гр. № 50, 509, 531 [Зализняк 2004, 720], а
также личн. реконструкты Воинѣгъ, Воимѣръ, обусловившие новг. геогр.
Вонѣжица р., Вонижицы дер., Воимеричи дер. (подр. анализ этих топони-
мов дан в гл. 4). Личн. Воегость / Воигость далее следует извлечь из ой-
конима Вогостицы дер. Ясенского пог. Шел. пят. 1498 г. [НПК IV, 156], =
Вагостищи дер. и ус. в басс. Шелони Порх. у. 2-й пол. ХIХ в. [СНМРИ 34,
№ 11701, 11702]; слог Во- в этом названии (впоследствии Ва- благодаря
псковскому аканью) иллюстрирует сокращение препозитивного компо-
нента: Воjе- > Воj- > Во-, кaкое наблюдается и в геогр. Вогоща (<
*Воигоща). На оз. Селигер, на стыке Кравотынского и Волоховщинского
плесов (к северу от Осташкова), лежат остров и рядом полуостров Вай-
гош, или Войгож (согласно краеведческому изданию [Иванов 2003, 36]):
данный ороним, очевидно, тоже обосновывается на базе личн. Во-
игость. Без всякого сомнения соотнесем с данной антропонимической
базой также геогр. Вагошка дер. на оз. Которское Гд. у. [СНМРИ 37, №
990]. Нужно далее указать название дер. Вогостино Дмитриевского Го-
роденского пог. Вод. пят. 1500 г. [НПК III, 260] (позднее – поч. Богоскин
1539/40 г., пуст. Погоскина 1791 г. [Селин 2003, 163, табл. 13]), оформ-
ленное не характерным для имен на -гость притяжательным -ин- более
поздней эпохи, – это вероятный показатель длительного употребления
личн. Воегость на новгородской территории. Характерный для новго-
родских земель антропоним нашел слабое отражение в топонимии ос-
тальных частей славянского мира, где известны лишь геогр. Воегощь
(вар. Воегоща, Воегощенка) р., лев. пр. Амоньки басс. Сейма, и на ней
дер. Воегоща Верхняя и Воегоща Нижняя Рыльского у. Курской губ.,
укр. Воегоще сел. близ гор. Ковель на Волыни, известное с сер. XVI в.,
см. [Arumaa 1960, 168; Топоров, Трубачев 1962, 126; Vasm. RGN II 1,
131; Шульгач 2001, 28; Ященко 1974, 19–20].
    Любопытное личное имя на -гость лежит в основе названия руч.
Моглогость басс. Оредежа к северу от пос. Ям-Тесово Луж. Данный

                                   137


гидроним смежен со средневековым ойконимом Моглогост дер. Спас-
ского пог. Вод. пят. на р. Оредеж 1500 г. [НПК III, 93, 97], позднее –
Моглогостье пуст., по Ген. меж. 1788–1791 гг. [Селин 2003, 147, табл.
12]. Реконструируемое личн. *Моглогость, по всей вероятности, отра-
жает др.-новг. фонетический переход dl > гл, следовательно, исходным
видится прасл. *Modlogostъ, в котором первый компонент соотносится с
прасл. *modliti, рус. молить. Основа *Modli- присутствует в др.-чеш.
личн. Modliboh, польск. Modlibog, др.-рус. Молибог, рядом с которым
Роспонд видит и антропонимическую базу геогр. Моглогость [Rospond
1983, 95]. При корневом тождестве начальных частей прасл. личн.
*Modlibogъ и *Modlogostъ, между ними налицо различие структурное: в
первом композите глагольная, императивная основа (отсюда семантиче-
ски – ‘пусть молит бога’), во втором − именная. Препозитивный компо-
нент личн. *Modlogostъ родственен прасл. *modla – термину языческого
культа (ст.-чеш. modla ‘идол, истукан’, чеш. ‘изваяние, статуя; храм’,
словац., верх.-луж. modla ‘идол, кумир’, ст.-польск. modła ‘жертвопри-
ношение’ [ЭССЯ 19, 85]) и прослеживается в многочисленных зап.-слав.
простых именах: др.-польск. личн. Modlęta, Model, Modlo, Modlik, Modul
[SSNO III, 541–542; VII, 157]; подобные антропонимы есть также в сер-
болужицких и чешском языках. При таком понимании семантики ис-
ходного личного имени новгородский топоним Моглогость выглядит
реминисценцией отдаленных времен язычества.
   Стогоща дер. на р. Хотынка, пр. пр. Мшаги, пр. пр. Шелони, писан-
ная во Фроловском пог. 1498 г. [НПК IV, 38; Андрияшев 1914, 30]. Из
личн. *Стоигость (: прасл. *stojati) с дальнейшим сокращением компо-
нента: Стoje- > Стoj- > Стo-, которое наблюдается и в подобных ком-
позитных образованиях; ср. севернорусский ойконим Стонѣгова в до-
кументе конца XVI в. [АЮ, 295], восходящий к личн. Стоинѣгъ, зафик-
сированному новгородской берестяной письменностью XII в. (гр. № 384
и Ст. Р. 36) [Зализняк 2004, 802], а также модификации личн. Stojgněv >
Stogněv на поморско-полабском материале, то же в др.-польск.
[Schlimpert 1978, 132], др.-чеш. Stojmнr > Stomнr [Svoboda 1964, 86]. Кро-
ме того, нельзя полностью исключать и реконструкции личн.
*Стагость, где первая часть − основа прош. вр. прасл. *stati. В защиту
такой версии говорит наличие зап.-слав. композитов: полаб.-помор.
личн. Stamer, чеш. Stamнr, польск. Stasław [Svoboda 1964, 86; Schlimpert
1978, 131; Malec 1971, 115] (с основой наст. вр. выступают личн.
Stanimеr, Stanislav).
   Людогоща ул. в Новгороде: обусловлено личн. *Люд(о)гость (подр.
см. в главе 7).

                                   138


    Кромегоща дер. в Заверяжье в Люболядах Шел. пят. 1498 г. [НПК
IV, 5]. Локализована у истоков р. Веронды к северо-западу от Ильменя
путем идентификации с дер. Кромы Черновской вол. Новг. у. [Андрия-
шев 1914, 5], сегодня − дер. Вольногорск. Бат. Недалеко от Кромегоща,
в сопредельном Косицком пог. на Луге Шел. пят. 1501 г., был отмечен
еще один пункт − дер. Коромегоща [НПК V, 348; Андрияшев 1914, 167].
Оба названия восходят к др.-слав. личн. *Кромѣгость с предложным
элементом кромѣ ‘вне, кроме’ в первой части. Ср. пересекающееся с
этим именем др.-чеш. личн. Kroměžнr, осмысляемое как ‘отдельно, сна-
ружи живущий’ [ЭССЯ 13, 5], наряду с геогр. Kromežiř (сегодня –
Kroměřiž) сел. в Чехии, а также оттопонимные реконструкты: личн.
*Kroměmirъ (по нем. геогр. Krьmmel, продолжающему древнее йотово-
посессивное *Kroměmirjь полабских славян) и личн. *Kroměžda
[Svoboda 1964, 101; Rospond 1983, 83]. Смысл личн. *Кромѣгость уга-
дывается нечетко, однако сомневаться в былом существовании этого
имени нет оснований. Преобразование Кромегоща в совр. Кромы обу-
словлено переразложением и усечением ойконима и сближением первой
части с диал. крома ‘опушка леса’, ‘кромка’.
    Угощи дер. Доворецкой вол. Ст. у. [СНМНГ III, 44–45] на р. Колош-
ке, пр. пр. Шелони, сегодня – дер. Угоща, сливающаяся с селом Выбити
Сол. Упомянута в источнике 1581–1582 гг. (Угоща) [Андрияшев 1914,
147]. От личн. Угость, префиксально-корневого имени, ср. чеш. личн.
Uhost [Svoboda 1964, 103], а также польск. Uciech, чеш. Utěch, Umysl
тождественной структуры. Среди межтерриториальных параллелей на-
звания рек Угоща, пр. Сожа, и Угость, пр. пр. Десны [Arumaa 1960, 166;
Топоров, Трубачев 1962, 124, 221], ойконимы и гидронимы Ugoszcz в
трех поветах Польши [Rospond 1983, 142; HW, 429], геогр. Ъhošt’ в Че-
хии, с которым сравнивают раннесредневековое Wogastisburg в герма-
низированной форме, засвидетельствованное латинской хроникой под
631 г. [Prof. MJ IV, 422–424; Svoboda, Šmilauer 1960, 287].
    Уегощ дер. Которского пог. Шел. пят. в верхнем течении Плюссы,
упоминаемая в 1498 г. [НПК IV, 96], = пуст. Уюгоща на р. Плюссе в ма-
териалах Ген. меж. конца ХVIII в. под № 1014 [Андрияшев 1914, 147].
Соотносится с личн. *Уегость, в первой части которого основа прасл.
*ujь ‘дядя по матери’. Этот элемент реализован в западнославянской
антропонимии, хотя, в отличие от *Уегость, обычно занимает вторую
позицию; ср. польск. Czawuj, Mściwuj, Zdziewuj, чеш. Bezuj, Milouj и др.
[Svoboda 1964, 90]. К антропонимическим сложениям с препозитивны-
ми компонентами, обозначающими родственников, ср. еще др.-новг.
личн. Братонѣгъ, Братонѣжко, усеченно-суффиксальные Братята,

                                  139


Братьша, известные по новг. бер. гр. № 745, 421, 410 и в бер. гр. 36 из
Старой Руссы [Зализняк 2004, 714].
   Антропонимом *Уегость / *Уигость мотивировано, по всей вероят-
ности, также геогр. Югостицы – пункт Скребловск. Луж. близ оз. Че-
ременецкое в верховьях Луги, идентифицируемый с одноименной дер.
Городенского пог. Шел. пят. [НПК V, 345]. Форма Югостицы модифи-
цирована из первоначальной *Уигостици путем метатезы фонем на-
чального слога уj- > jу-.
   Иногоща дер. Озерковск. Ок., к юго-востоку от р. ц. Окуловка и к
северу от ж. д. ст. Угловка при оз. Иногощенском, ранее − дер. Иногоща
при оз. Иногощо Шегринской вол. Бор. у. [СНМНГ VI, 130–131]. В дан-
ной местности в конце XV – 1-й пол. XVI столетия указано только оз.
Иногоще в Шегринском пог. Дер. пят. [НПК II, 181, 186, 224; ПКНЗ 5,
10, 11, 15], но материалы Ген. меж. 1785 г. на берегу озера уже
обозначают одноименную деревню под № 540 [Карт. Гарн.]. Название
идет от личн. *Иногость, которое, кроме того, положено в основу на-
именования средневековой Иногостицкой волости в Каменском стане в
Бежецком Верхе [ПКНЗ 3, 209] и гидронима Иногощ р., пр. Волги [НПК
VI, 1058]. Из территориально отдаленных параллельных топонимов ука-
зывалось Inogošt(a) (вар. Vinogošt) сел. в Сербии [Arumaa 1960, 156;
Rospond 1983, 77]. Из антропонимии известны композиты с начальным
Ино-: др.-серб. Иносав, Инослав [Грк. РЛИКС, 100; Мор. СИ, 95], ст.-
рус. Инозем (Инозем Ухов, губной староста в 1597 г. в Костроме) [Вес.
Он., 128]; ср. еще оттопонимные реконструкты: личн. *Инобогъ по геогр.
Инобож (Инопаж) неподалеку от Углича Ярославской губ. и личн.
*Inowłodъ по геогр. Inowłуdź в Польше [Rospond 1983, 141]. Учитывая
вариантность приведенного выше серб. геогр. Inogošt(a) / Vinogošt (сбли-
жено с обозначением вина?), допустимо рассматривать и геогр. Виного-
щье оз. в верхнем течении Западной Двины в качестве производного от
*Иногость. По нашему мнению, первый компонент соотносится не с ме-
стоимением иной, а с прасл. *inъ − ‘один’; тогда личн. *Иногость рас-
шифровывается в смысле ‘единственный; единственно рожденный’, ср.
близкую семантику др.-рус. иночадный ‘единородный’, инородец ‘единст-
венно рожденный’ [СлРЯ XI–XVII 6, 242, 244].
   Ирогощ дер. Петергофского у. Петерб. губ. [СНМРИ 37, № 3815], се-
годня – дер. Ирогощи Копорск. Лом.; впервые отмечена под 1500 г.: Иро-
гоще дер. в Копорском у. в Каргальском пог. Вод. пят. [НПК III, 252].
Справедливо возведение к личн. *Ярогость [Попов 1981, 114]. Элемент
*jar- ‘ярый, сильный, крепкий’ привычен в др.-рус. композитных именах
Ярославъ, Яропълкъ, Яромиръ, последнее нашло отражение в новг. бер.

                                  140



    
Яндекс цитирования Яндекс.Метрика