Единое окно доступа к образовательным ресурсам

О некоторых аспектах развития тамбовской деревни в первые послевоенные годы.(1945-1953гг.)

Голосов: 0

На основе изучения широкого спектра опубликованных материалов, а также архивных документов проанализированы основные тенденции развития села в послевоенной России середины ХХ века. Сосредоточив основное внимание на изучении ситуации в колхозно-совхозном производстве Тамбовской области, в работе раскрыты этапы восстановления аграрного сектора экономики, проанализированы организационные, социально-экономи-ческие механизмы деятельности властных структур и хозяйственников. Особую значимость работе придает то обстоятельство, что автор вводит в научный оборот ранее не публиковавшиеся архивные документы, а также фрагменты документированных воспоминаний очевидцев, что способствует расширению знаний об основных тенденциях развития послевоенного села. Работа адресована студентам-историкам, аспирантам, преподавателям - всем, кто интересуется историей России и ее малой частицы - Тамбовской области.

Приведенный ниже текст получен путем автоматического извлечения из оригинального PDF-документа и предназначен для предварительного просмотра.
Изображения (картинки, формулы, графики) отсутствуют.
         • повышение квалификации руководителей колхозов, агрономов, зоотехников, а также бригадиров за счет более
тщательного отбора специалистов.
     В руководящей среде вызывал значительный резонанс и тот факт, что до укрупнения тамбовских сельхозартелей, на 3
135 колхозов не набиралось и десятка председателей с высшим или средним образованием. Лишь к 1950 г., благодаря
различным программам переподготовки и другим формам обучения, в Тамбовской области насчитывалось около 200
председателей колхозов с высшим и средним образованием, в том числе, более 100 человек профильных специалистов
сельского хозяйства.23
     К положительным последствиям укрупнения колхозов, также можно было отнести и некоторое упорядочение
взаимоотношений сельхозартелей с машинно-тракторными станциями области. Так, если до укрупнения колхозов одна
тракторная бригада МТС обслуживала от двух до пяти и более артелей, то после укрупнения за каждой бригадой был
закреплен один колхоз, в некоторых случаях один колхоз обслуживало до трех артелей. Кроме того, административно-
управленческий персонал в колхозах сократился более чем на 7 500 человек.24 В результате сокращения управленческого
аппарата, произведенного за счет объединения нескольких хозяйствующих субъектов в один более крупный, была
произведена попытка вывода на более качественный уровень выполнения взаимных обязательств договаривавшимися
сторонами.
     Изучение архивных документов показывает, что большинство колхозов Тамбовской области до укрупнения не
справлялись с выполнением планов обязательных государственных поставок по производству различных видов
полеводческой и животноводческой продукции. Иллюстрируя преимущества, возникшие с увеличением материально-
технической базы укрупненной сельскохозяйственной артели, можно обратится к данным по отдельным районам области.
Так, в деревне Старое Грязное Токаревского района насчитывалось до укрупнения три колхоза, два из которых в
рассматриваемый период периодически не справлялись с выполнением обязательств, неизменно оставаясь в долгу перед
государством. После объединения колхозы получили название Артель им. Молотова. В результате чего уже в 1950 г. колхоз
вовремя убрал урожай, полностью выполнил план хлебозаготовок, обеспечил себя семенами и выдал по 2,3 кг зерна на
трудодень. Или, к примеру, колхоз имени М. Горького Ржаксинского района, который был образован из пяти мелких артелей
(им. М. Горького, Фрунзе, 8-е Марта, 1-е Мая, Красный Боец). Самая крупная из вышеуказанных артелей насчитывала 104
трудоспособных человека. В среднем, по трем колхозам земли имелось 330 … 540 га, в том числе 240 … 450 га пашни.
После укрупнения сельскохозяйственная артель им. М. Горького, имела           203 хозяйства, в которых насчитывалось, в
среднем, по 351 трудоспособному человеку. Площадь общего земельного фонда составляла 1 958 га, в том числе 1502 га
пашни. Административно-управленческий аппарат был сокращен на 10 человек. Большинство колхозников выработало
положенное количество трудодней. Колхоз в положенные сроки выполнил план по сдаче хлеба государству и полностью
рассчитался с МТС по врученным сметам.25
     Всего же в Ржаксинском районе вместо 90 мелких колхозов было образованно 27 крупных артельных хозяйства. Если
до объединения в среднем на каждый колхоз района приходилось 77 дворов, 108 трудоспособных колхозников, 605 га
пашни, то после укрупнения в каждом колхозе, в среднем, насчитывалось 257 дворов, 362 трудоспособных колхозника и 2
018 га пашни. В результате сокращения административно-управленческого персонала только в 1950 г. в Ржаксинском районе
было сэкономлено около 4 000 трудодней.26
     Экономическая и организационная результативность укрупнения в разных территориях была различной. Так, в
Тамбовском районе, несмотря на процесс объединения сельскохозяйственных артелей, не удалось решить элементарные
хозяйственные вопросы. Если до объединения колхозов здесь насчитывалось 102 сельхозартели, то после укрупнения их
число сократилось до 27. Тем не менее, только 12 сельхозартелей имели дополнительные соглашения с МТС на проведение
тракторных работ. В 15 сельхозартелях не были составлены приходно-расходные сметы, а также продовольственные задания
и планы для бригад.27
     К примерам удачной реализации указанного постановления и воплощения в жизнь идей укрупнения хозяйствующих
субъектов сельскохозяйственного производства можно отнести колхоз им. Молотова Волчковского района.
Сельскохозяйственная артель была образована путем слияния четырех колхозов: им. Молотова, Скрябина, «15 лет Октября»
и «13 лет РККА». В результате, укрупненный колхоз получил 3 520 га пашни,         135 лошадей, 207 голов КРС, 262 овцы и
108 свиней.28
     Кроме того, грамотное проведение процесса укрупнения сельскохозяйственных артелей вело к упорядочению
трудового процесса и увеличению производственных мощностей. В июле 1950 г. шесть мелких колхозов Юрловского района
были объединены в сельхозартель им. М. Горького. Укрупненный колхоз был разделен на три полеводческие бригады по 70
–     80 трудоспособных колхозников (вместо 10 – 15 работников). Земельные угодия укрупненной сельхозартели составили
3 745 га, в том числе        2 944 га пашни. В результате колхоз сдал государству 6 300 центнеров зерна.29
     Экономическая и организационная результативность укрупнения в разных территориях была различной. Так, в
Тамбовском районе, несмотря на процесс объединения сельскохозяйственных артелей, не удалось решить хозяйственные
элементарные вопросы. Если до объединения колхозов в районе насчитывалось 102 сельхозартели, то после укрупнения их
число сократилось до 27 сельхозартелей. Тем не менее, только 12 сельхозартелей имели дополнительные соглашения с МТС
на проведение последними тракторных работ. В 15 остальных сельхозартелях были не составлены приходно-расходные
сметы, а также продовольственные задания и планы для бригад.30


   23
      ГАТО, ф. Р.-3443, оп. 1, д. 1184, л. 10.
   24
      ГАТО, ф. Р.- 3443, оп. 1, д. 1184, л. 11.
   25
      ГАТО, ф. Р.- 3443, оп. 1, д. 1184, л. 20-21.
   26
      Тамбовская правда. – 1950. – 6 октября. – № 199 (5690). – С. 2.
   27
      Тамбовская правда. – 1950. – 5 сентября. – № 178 (5669). – С. 2.
   28
      Вперед [печатный орган Волчковского РК ВКП(б) и райисполкома]. – 1950. – 19 июля – № 32 (4921). – С. 2.
   29
      За большевистские колхозы [печатный орган Юрловского РК ВКП(б) и райисполкома]. – 1951. – 25 октября. – № 47 (1368). – С. 2.
   30
      Тамбовская правда. – 1950. – 5 сентября. – № 178 (5669). – С. 2.


        Несмотря на ряд имевшихся преимуществ, связанных с процессом укрупнения сельскохозяйственных артелей в
   стране и в области, после 1950 г. в большинстве колхозов по-прежнему возникало значительное число трудностей,
   проблем и задач, требовавших использования огромных организационно-хозяйственных ресурсов.
        Рассмотрение ситуации, сложившейся в Тамбовской области в период 1945 – 1953 гг., дает основание
   сформулировать ряд выводов. По нашему мнению, основные проблемы, появившиеся в результате организационно-
   хозяйственного укрепления колхозов и перешедшие от прежнего, более мелкого административно-территориального
   деления по отношению к организации трудового процесса, сводились к следующим позициям:
     • трудности подбора и укрепления руководящих кадров за счет квалифицированных специалистов сельского
хозяйства;
     • укрепление трудовой дисциплины специалистов среднего звена и рядовых колхозников;
     • улучшение организации оплаты труда.
        Остановимся на них подробнее. Первая из них – кадровая, по нашему мнению, во многом являлась
   основополагающей. Ведь без умелого подбора председателей колхозов, их заместителей, счетоводов, бригадиров,
   заведующих фермами, иных квалифицированных кадров, было бы невозможно добиться нужного результата. Проведя
   изучение объективных показателей уровня общей и специальной подготовки подавляющего числа председателей
   укрупненных колхозов, можно констатировать, что он был значительно ниже требуемого. К примеру, осенью 1950 г. из 1
   067 председателей укрупненных артелей 940 вообще не имели специального сельскохозяйственного образования. Более
   того, около 500 человек из указанных 940, располагали образовательным уровнем, не превышавшим двух-трех классов
   начальной школы. Так, в Никифоровском районе из 125 бригадиров 98 имели начальное образование, в том числе 17
   человек – начальную подготовку в объеме одного-двух классов начальной школы. Некоторые из них едва могли
   расписаться.31 Подобная ситуация наблюдалась в большинстве районов области.
        Стремясь к объективности, отметим, что недостаток образования в ряде случае отчасти компенсировался опытом
   работы вновь назначенных руководителей в аграрном секторе. Учитывая послевоенные реалии и тяжелейшее состояние,
   в котором находилось все аграрное производство страны, отказ от помощи практиков, хотя не имевших специального
   образования, грозил обернуться неминуемым крахом всех начинаний по подъему сельского хозяйства. В тот период был
   избран простой и экономически грамотный путь: организовать соответствующую профессиональную переподготовку
   работников сельского хозяйства, обладавших значительным опытом в ведении артельного хозяйства, но не имевших
   должного образовательного уровня.
        Монополистом во всех сферах жизнедеятельности человека в Советской стране являлось государство. Автор не утверждает,
   что во всех случаях государственного вмешательства во внутрихозяйственные проблемы отдельных регионов данные действия
   пагубно сказывались на их экономических показателях. Отнюдь, в отдельно взятых случаях это приносило весьма ощутимый
   положительный эффект. В результате повсеместно реализуемой государственной политики вышеозначенная категория
   сельскохозяйственных работников получила значительную государственную поддержку в области повышения квалификации.
        Постановлением Совета Министров СССР и ЦК ВКП(б) от 9 июля 1950 г. «Об укреплении состава председателей и
   других руководящих работников колхозов» было решено: «... не допускать замены хороших, способных практиков, не
   имеющих высшего или среднего образования, а, наоборот, оказывать им всестороннюю поддержку и помощь в
   получении сельскохозяйственного образования на соответствующих курсах».32 Тем самым государство официально
   заявило свою позицию в отношении колхозных кадров, на плечи которых и возложило основную тяжесть послевоенного
   подъема, развития и переустройства обескровленной войной и «выжатой» обязательными государственными поставками
   российской деревни. Как и прежде, затратив не слишком значительную часть финансовых средств, государство вновь
   оказалось в выигрыше, обязав предоставлением так называемого «образовательного аванса» еще больше работать
   поддержанную им часть крестьянства.




   31
        ГАТО, ф. Р.-3443, оп. 1, д. 1184, л. 26, 29.
   32
        ГАТО, ф. Р.-3443, оп. 1, д. 1184, л. 27.


                                                                 IV


              ереходя к рассмотрению проблемы укрепления трудовой дисциплины в колхозах, можно с определенной
              долей уверенности заявить, что несоблюдение установленных правил внутреннего распорядка и норм
              законодательства о труде во многом способствовало «неиспользованию» в полном объеме имевшихся
   трудовых ресурсов в колхозах области. Ведь трудовое триединство, включавшее в себя целенаправленную,
   целесообразную трудовую деятельность человека или собственно труда, предметов, а также средств труда,33 не было бы
   должным образом регламентировано без наличия должной трудовой дисциплины и наоборот. Для иллюстрации
   обозначенной проблемы приведем следующий пример.                В Тамбовской области в 1947 г. 10 093 взрослых
   трудоспособных колхозника и 14 153 трудоспособных подростка не выработали ни одного трудодня. В 1948 г.,
   соответственно, 9 319 и 21 545 человек, в 1949 г. – 8 177 и 21 872 трудоспособных человека.34
        Послевоенный подъем российской деревни был бы не возможен без предельной концентрации усилий отдельных
   работников в различных сельскохозяйственных и иных сферах, без осознания огромной ответственности за выполняемую
   работу, хоть и обусловленную завышенными государственными планами. Кроме того, низкий уровень
   дисциплинированности значительного числа колхозников и колхозниц был вызван рядом объективных причин. По
   воспоминаниям очевидцев того периода к ним причислялись бытовые и семейные проблемы, особенно обострившиеся во
   многих семьях с потерей кормильца или наличием большого количества детей. Так, отсутствие в большинстве хозяйств
   требуемого количества детских дошкольных учреждений вынуждало многих женщин делать выбор в пользу семьи, а не
   колхозного производства.35 По архивным данным, например, в 1949 г., из 74 646 человек, не выработавших обязательный
   минимум трудодней, 63 800 человек являлись женщинами. Основная их часть не вырабатывала свою норму лишь потому,
   что негде было оставить детей.36
       Особенно сложное положение, связанное с процессом укрепления трудовой дисциплины, складывалось в тех
   районах области, где наиболее низкими были экономические показатели. Кроме перечисленных причин, влиявших на
   укрепление трудовой дисциплины в колхозах, степень выполнения обязательных трудовых норм во многом зависела от
   уровня культуры труда. В различных районах он был неоднороден. Причинами тому было много: удаленность от
   областного центра, общее организационно-техническое состояние отдельно взятого района, и, безусловно, способность
   местного руководства к грамотному управлению артельным хозяйством, а также степень организованности процесса
   производства сельскохозяйственной продукции. Так, в Мордовском, Полетаевском, Сампурском, Шульгинском и
   Шпикуловском районах в первые послевоенные годы от четырех до семи процентов трудоспособных колхозников не
   вырабатывало необходимого минимума трудодней. В Глазковском, Никифоровском и Первомайском районах таких
   работников насчитывалось в этот же период от 20 до 30 % к общему числу трудоспособных колхозников.37
        Ситуация с соблюдением трудовой дисциплины в сельхозартелях различных районов области находилась на
   довольно низком уровне, хотя во многом была обусловлена существовавшими жизненными проблемами. Как правило,
   управленческим кадрам было не под силу справляться с массовыми нарушениями распорядка рабочего дня, который был
   настолько тяжел, что зачастую мотивами к его нарушению являлась элементарная усталость, граничившая с полным
   изнеможением. Ситуация усугублялась превалированием тяжелого ручного труда, что требовало увеличения
   продолжительности рабочего дня. Для примера рассмотрим материал по одному из самых крепких и развитых колхозов
   Тамбовской области того времени. В колхозе им. Ленина Токаревского района распорядок дня на время посевной
   кампании 1945 г. был установлен следующим образом: начало работы в 5 часов утра, перерыв на завтрак – с 8 до 9 часов,
   перерыв на обед – с 13 до 14 часов, перерыв на кормление лошадей – с 18 до 18 часов 30 минут, окончание работы – 21
   час 30 минут.38 Представленный график рабочего дня был типичным для колхозов не только Токаревского, но и
   остальных районов области. 17 – 18 часовой рабочий день в период весенне-полевой и уборочной кампании являлся
   нормой для большинства крестьян, занятых в аграрном производстве в послевоенный период.
        Но, несмотря на тяжелое состояние в аграрном секторе экономики и дисбаланс трудовых ресурсов, попытки
   решения проблемы трудовой дисциплины в колхозах, имели определенные осязаемые результаты, хотя в ряде случаев и
   носили декларативный характер. Активно «комбинировались» меры морального и материального воздействия. От
   проведения политической и разъяснительной работы среди колхозников, публичного порицания работников, не
   выработавших минимум трудодней, до выселения нарушителей за пределы области. Последнее наказание использовалось
   в редких случаях как крайняя мера борьбы с систематическим нарушением трудовой дисциплины.
        Переходя к рассмотрению проблемы совершенствования организации и оплаты труда, заметим, что основные меры
   были определены в постановлении Совета Министров СССР от 19 апреля 1948 г. «О мерах по упорядочению
   организации, повышению производительности и упорядочению труда в колхозах».39 Центральным звеном упорядочения
   и оплаты трудового процесса явились меры, нацеленные на укрепление на постоянной основе производственных бригад,

   33
        Энциклопедический социологический словарь. – М., 1995. – С. 835.
   2
       ГАТО, ф. Р.-3443, оп. 1, д. 1184, л. 33.
     35
        Автором статьи проведены опросы 11 сельских жителей Тамбовского района Тамбовской области, родившихся в период 1928 – 1932
гг. Записи воспоминаний хранятся в личном архиве автора.
     4
       ГАТО, ф. Р.-3443, оп. 1, д. 1184, л. 38.
     37
        ГАТО, ф. Р.-3443, оп. 1, д. 1184, л. 34.
     38
        Тамбовская правда. – 1945. – 28 марта. – № 57 (4261). – С. 3.
     39
        См.: Тамбовская правда. – 1948. – 19 апреля. – № 79 (5570). – С. 2.


   которые должны были стать основной формой организации труда и профилирующей производственной единицей в
   колхозе.
        Для достижения поставленных целей в большинстве районов области бригады были укрупнены и дифференцированы.
   Внутри бригад были созданы полеводческие звенья по выращиванию различных культур. По официальным данным 1948 г. в
   колхозах СССР насчитывалось свыше 450 тысяч полеводческих бригад, в которых работало 25 миллионов колхозников.40 В 3
   149 колхозах Тамбовской области было организованно 21 244 звена. Площадь посева зерновых культур, закрепленная за
   данными звеньями, составляла 379 954 га, в том числе 88 135 га, принадлежали важнейшей продовольственной культуре –
   яровой пшенице.41 Формировались также кормодобывающие, строительные бригады и бригады по уходу за скотом.
   Кроме того, там, где имелись в наличии сады, огороды и орошаемые участки, в колхозах формировались
   специализированные садоводческие бригады и бригады орошаемого земледелия. По тому же принципу закреплялся
   сельскохозяйственный инвентарь, а также участки в полях севооборота, что во многом способствовало увеличению
   ответственности, привлеченных в производственные бригады крестьян.
        В целях обеспечения эффективности работы созданных специализированных бригад были предприняты попытки
   придания им статуса постоянно действующих производственных единиц с обязательным закреплением поголовья
   общественного животноводства и сельскохозяйственного инвентаря. Но инновации в патриархальном укладе
   производственной жизни российской деревни принимались не сразу и не повсеместно. Например, в колхозе им. Сталина
   Жердевского района вовремя не было создано производственной бригады. Скот не был закреплен за конкретными
   работниками, уход за ним осуществляли животноводы, привлекаемые на договорных обязательствах, что влекло за собой
   дополнительные расходы по натуральной и денежной оплате. Наемный пастух за выпас 200 овец получал в этом хозяйстве
   24 центнера зерна, 32 центнера картофеля и          4 000 рублей за семь месяцев работы (апрель- – октябрь), что
   составляло примерно 550 рублей в месяц. Кроме того, он ежедневно и бесплатно получал на питание 1,4 кг муки, 0,6 кг
   пшена, 2 кг картофеля и 2 литра молока.42 Рацион, как нам представляется, далеко не скудный, особенно, учитывая
   бедственное положение большей части крестьянского населения Тамбовской области в исследуемый период. Не трудно
   представить себе, как сократились бы материальные затраты, выделяемые на содержание животноводческих бригад,
   сформированных из местных колхозников, естественно, при более рациональном формировании постоянных бригад.
        Вторым важнейшим аспектом в вопросе установления оплаты труда в колхозах явилось применение
   дифференцированной методики по бригадам и звеньям, вводимой в зависимости от выполнения плановых заданий по
   урожайности, а также достижения определенного уровня продуктивности скота на фермах. Эта система оплаты сводилась
   к тому, что бригадам или звеньям, перевыполнившим плановые задания по урожайности, начислялось по одному
   проценту от общего количества трудодней, затраченных на выращивание урожая данной культуры или группы культур за
   каждый процент перевыполнения плана. У бригад и звеньев, не выполнивших план, за каждый процент плана недобора
   зерновых или технических культур, наоборот, списывалось по одному проценту всех затраченных на данные культуры
   трудодней, но в общей сумме это списание не должно было превышать 25 % от их объема.43
        Переходя к третьей проблеме, возникшей в процессе укрупнения сельскохозяйственных артелей, отметим ее
   значимость и безусловное влияние на организационно-хозяйственное укрепление колхозов. Дело в том, что мизерная
   оплата за выполненную работу в колхозе для беднейшей части крестьянства, не имевшей личного подворья, а, значит, и
   дополнительных доходов, ставила под угрозу выживание сельской семьи. Кроме того, руководство страны, властные
   структуры на региональном уровне, в том числе и руководители колхозов, пытались преподнести рядовому крестьянину
   расчетную систему трудодней в условиях артельного хозяйства как новую экономическую категорию. В ее основе
   должна была лежать мера труда и участия колхозников в распределении благ и результатов деятельности артельного
   хозяйства, что, в свою очередь, являлось одним из основных принципов колхозного строя.
        Наиболее часто возникавшим нарушением в сфере распределения от благ пропорционально затраченного труда и
   полученных результатов в колхозах являлось несоблюдение установленного порядка авансирования. В ряде колхозов
   области выдача натуральных и денежных авансов производилась в большинстве случаев, исходя из субъективных
   симпатий или антипатий руководителя колхоза и вне зависимости от количества реально выработанных трудодней.
   Например, в связи со специально организованной проверкой в колхозе «Страна Советов» Уваровского района были
   выявлены серьезные нарушения. В результате неправильного распределения доходов 89 крестьянских хозяйств этой
   сельхозартели недополучили на трудодни только в 1949 г. 16 300 кг хлеба, а 62 хозяйствам было незаконно выдано сверх
   причитающейся нормы 4 900 кг натуроплаты. По оценкам проверяющих, основная причина заключалась в субъективизме
   руководителя колхоза.44 Возникавшие проблемы негативно отражались не только на настроениях людей, но и на уровне
   трудовой дисциплины.
       Основным предметом для дискуссий в процессе усовершенствования оплаты труда являлась регламентация и
   планирование затрат трудодней по отраслям хозяйства, по каждой культуре или группе однородных культур – для
   каждой бригады и каждого звена, по всем видам скота – для каждой фермы и по каждому стоящемуся объекту. В
   колхозах области имелись случаи, когда колхозное руководство начисляло разное количество трудодней за одни и те же
   виды работ, что, как и в случае с авансированием колхозов, являлось проявлением субъективизма.
       Поскольку колхоз являлся коллективным предприятием, его члены были партнерами, обязанными делить доход
   между собой. Доля каждого начислялась по выработанным трудодням. По своей сути это была система сдельщины, при

   40
       Болгов А.В. Трудодень и его роль в колхозном производстве // Вопросы колхозного строительства в СССР: Сб. статей. – М., 1951. –
С. 319.
    41
       ГАТО, ф. Р.-3443, оп. 1, д. 1184, л. 39.
    1
      ГАТО, ф. Р.-3443, оп. 1, д. 1184, л. 45.
    43
       ГАТО, ф. Р.-3443, оп. 1, д. 1184, л. 43.
    44
       Тамбовская правда. – 1948. – 18 июня. – № 143 (5634). – С. 3.


   которой крестьянину платили в зависимости от проработанного времени и уровня квалификации, требуемого для
   выполнения поставленных задач. К примеру, труд колхозников, занятых на полевых работах оценивался по низшей
   ставке. Чуть выше на этой шкале располагались животноводы, трактористы, бригадиры и т.д. В самой высшей точке
   располагались председатели колхозов. В результате мизерной оплаты колхозного труда в Тамбовской области (одной из
   самых неблагоприятных по этим показателям в стране) и низкого уровня заинтересованности рядовых членов
   сельхозартели, в 1946 г. 45,8 % трудоспособного населения не выработали обязательного минимума трудодней.45 В
   послевоенные годы этот показатель был одним из самых высоких в стране.
        Помимо рассмотренных аспектов темы оплаты труда в колхозах области имелись факты несоблюдения
   установленных единых норм выработки. Но, фактически, нарушения данных норм и трудовой дисциплины во многих
   колхозах были обусловлены крайне низкой заинтересованностью колхозников в конечном результате своего труда.


                                                                         V


            сторический период, обозначенный в нашем исследовании, прежде всего, был охарактеризован героическим
            трудом всего советского народа и особенно, сельских жителей. Но в заготовительных кампаниях, направленных
            на восстановление послевоенного экономического потенциала страны, не редко ущемлялись права отдельных
регионов, причем даже тех, которым ранее уже была оказана помощь в том или ином размере. Не являлась исключением и
Тамбовская область. Из-за недостатка в получении значительной части планируемых государственных средств колхозы
области были вынуждены сдавать значительное количество некондиционного скота для покрытия недостачи при
выполнении плана обязательных поставок мяса государству. Так, только за 1950 – 1953 гг. тамбовскими колхозами было
сдано скота средней и ниже средней упитанности 207 100 центнеров, при зачете которых как не полноценных, скидка
составляла 44 600 центнеров. Таким образом, колхозы области за четыре года с 1950 по 1953 фактически сдали больше мяса,
чем предполагалось: крупного рогатого скота на 14 900 голов, овец – 7 800, свиней – 7 600.46 Перечисленное количество скота
приравнивалось к полуторагодовалому плану сдачи мяса колхозами области государству.
     Причиной столь серьезных проблем в сфере развития продуктивного животноводства являлся низкий уровень развития данной
отрасли сельскохозяйственного производства, который, в свою очередь, был обусловлен недостаточным наполнением кормовой базы и
должным уходом за скотом, слишком малым количеством специализированных ферм, отсутствием требуемого уровня квалификации
обслуживающего персонала, а также непомерно высоким планам обязательных государственных поставок, сводившим к нулю
возникавшие успехи.
     И все же в исследуемый период наметились тенденции к оживлению сельскохозяйственного производства. Так, к 1949
г. посевные площади в колхозах области, увеличились по сравнению с последним предвоенным годом на 545 тыс. га и
приблизились по своему объему к довоенным показателям. Урожайность и валовой сбор хлеба, махорки, сахарной свеклы и
картофеля в 1949 г., в целом по области, превысила уровень 1940 г., хотя некоторые районы и часть колхозов были еще не в
состоянии дотянуться до довоенного уровня. В 1950 г. Тамбовская область дала государству хлеба на 1 млн. 592 тыс. пудов
больше, чем в 1940 г. Колхозы и совхозы области, по сравнению с 1940 г., увеличили поставки по большинству
сельскохозяйственных культур, в том числе: по сахарной свекле на 3 млн. 740 тыс. пудов; картофелю на 1 млн. 60 тыс.
пудов; махорке на 9,4 тыс. пудов. Посевная площадь всех сельскохозяйственных культур Тамбовской области к 1953 г. на 73
тыс. га превышала довоенный 1940 г. и составляла 1 593 тыс. га.47
    Для рассмотрения проблемы изменения динамики посевных площадей в 1945 – 1953 гг. обратимся к статистическим
материалам, для удобства представленным в табличном варианте (показатели посевных площадей в тыс. га).48


  Структура
  посевных          1946    1947     1948        1949   1950    1951    1952    1953
  площадей
 Посевная
 площадь
                    941     1207     1257        1486   1495    1615    1607    1592
 всех
 культур
 в том числе:
   зерновых        798,3   1039,9 1162,9 1228,9 1226,2 1254,2 1206,7 1171,5
   озимой
                     8,9    11,4      7,8        4,2     7,5    12,8    51,8    28,3
   пшеницы
   яровой
                   105,6    101,0   185,0    204,7      205,9   200,0   224,7   309,0
   пшеницы
   бобовых          14,7    19,0     21,4        34,2   40,7    44,8    40,6    50,3


   45
        Попов В.П. Российская деревня после войны (Июнь 1945 – март 1953 гг.): Сб. документов. – М., 1993. – С. 161.
   46
      ГАТО, ф. Р-3443, оп. 1, д. 1527, л. 75.
   47
      ГАТО, ф. Р.-3443, оп. 1, д. 1542, л. 63.
   2
     ГАТО, ф. Р.-3443, оп. 1, д. 1542, л. 62.


   техническ
                  81,6   115,5   120,2   137,8     138,1   152,8   165,2    169,6
   их (всех)


     По посеву технических культур колхозы Тамбовской области к 1953 г. полностью достигли уровень 1940 г. По таким
культурам как сахарная свекла и кориандр посев был произведен на площади, соответственно,          5,1 тыс. и 1,4 тыс. га. На
площади 10 тыс. га была введена новая техническая культура – канатник.49 В то же время наблюдалась отрицательная динамика
изменения посевных площадей по посевам махорки – минус 2 тыс. га, конопли (– 200 га) и подсолнечника (– 14,1 тыс. га).50
Нельзя не отметить тот факт, что при общем увеличении посевной площади резкого повышения урожайности добиться так и
не удалось.
        Заготовка кормов также относилась к трудоемким производственным процессам, носившим строго сезонный
   характер. Соблюдение необходимых условий и закономерностей заготовительных мероприятий являлось гарантом
   качественного проведения всего сельскохозяйственного цикла и, как следствие, получение высоких и устойчивых
   урожаев. В частности, для кошения трав по всем агрономическим законам должно было быть максимально успешно и в
   точные сроки. Задача состояла в том, что уборку сена, включая стогование, необходимо было закончить до начала сбора
   колосовых хлебов, так как травы, убранные в ранние сроки, значительно повышали качество сена, что, в свою очередь,
   освобождало значительное количество рабочих рук во время уборки хлебов.
     Недовыполнение посевных заданий, а также низкая урожайность сельскохозяйственных культур приводили к
невыполнению колхозами государственных планов заготовок. Сельхозартели области были не в состоянии обеспечить себя
необходимым количеством высококачественного семенного материала. В тяжелом положении находилось овощеводство,
где размер обязательных государственных поставок определялся низкой погектарной сдачей. Кроме того, в ряде районов
наблюдалась тенденция к снижению и без того невысоких объемов сдаваемой продукции овощеводства. Если колхоз им.
Ленина Тамбовского района, сдал государству в 1950 г. 386 центнеров овощей, то в 1952 г. всего – 7 центнеров, сократив тем
самым сдачу в 55 раз. Или, колхоз им. Куйбышева Кирсановского района в 1951 г. сдал 173 центнера овощей, а в 1952 г. – ни
одного.51
      В исследуемый период не было ни одного года, когда бы колхозами Тамбовской области был выполнен общий план по
обязательным государственным поставкам сельскохозяйственной продукции по всему ассортименту возделываемых
культур. Несмотря на стремление к внедрению новых технологий в колхозно-совхозное производство, сопряженное с
применением оригинальных агроприемов, их повсеместное использование осуществлялось со значительным опозданием.
Так, лишь в некоторых колхозах области своевременно приступили к использованию квадратно-гнездового способа посева и
посадки, перекрестному и ускоренному посеву, а также широкорядному посеву пропашных технических культур и уходу за
ними. Далеко не все машинно-тракторные станции области взяли на вооружение новые виды тракторных работ по
строительству орошаемого земледелия, кормодобыче, механизации трудоемких процессов на животноводческих фермах.
        Сельскохозяйственное производство в Тамбовской области, как и по всей стране, постоянно варьировало свои
   объемы. Это зависело от ряда объективных причин, в число которых входили изменение температурного режима и
   среднемесячных температурных норм, наличие и степень использования общего земельного фонда, а также всех
   посевных площадей. Кроме того, на ситуацию в аграрном секторе влияли степень эффективности использования общего
   парка сельскохозяйственных машин и всех остальных видов государственной поддержи (денежные дотации, семенные
   ссуды, их отсрочка и др.), параметры продуктивности животноводства и динамика увеличения поголовья скота и,
   безусловно, численности населения, особенно, крестьянской его части.
     В первый послевоенный период одна из задач состояла в достижении объемов производства 1940 г. Хронологические
рамки нашего исследования (1945 – 1953 гг.) не позволяют сформировать весьма точное представление об основных
показателях урожайности зерновых и технических культур. Для предметного выявления видовой оценки урожая по основным
зерновым и техническим культурам в вышеозначенный период обратились к основным ее. Для предметного выявления видовой
оценки урожая по основным зерновым и техническим культурам в вышеозначенный период мы обратились к основным ее
характеристикам. Не выказывая явного предпочтения только зерновым культурам, для формирования реальной оценки урожая
были взяты данные и по техническим культурам (в цент. га):52



        Структура посевных площадей          1940           1945           1952

 По всем зерновым и зернобобовым,
 в том числе:                                    9,3        7,8            11,9
   озимой ржи                                    9,3        7,6            13,3
   озимой пшеницы                                7,9        7,5            13,7
   яровой пшеницы                                9,9        8,0            9,9
   овса                                          9,3        10,3           13,7
   просо                                     11,5           3,8            6,8

   49
      Канатник – лубяная культура. Он давал 8 … 10 тонн волокна и 6 … 10 центнеров семян с гектара. Волокно шло на изготовление и
мешковины, а семена – на масло для красочной промышленности. В этом и заключалась его основная ценность. См.: Тамбовская правда. –
1950. – 1 марта. – № 58 (5548). – С. 3.
   50
      См. подробнее: ГАТО, ф. Р.-3443, оп. 1, д. 1542, л. 62.
   51
      ГАТО, ф. Р.-3443, оп. 1, д. 1537, л. 72.
   52
      Таблица составлена автором на основе архивных материалов (См.: ГАТО,    ф. Р.-3443, оп. 1, д. 1188, л. 91-93, л. 98.


   гречихи                                          4,7    3,2     –
   бобовых                                          6,7    5,7     8,9
   сахарной свеклы                                  90,0   70,0   134,0
   подсолнечника                                    8,2    5,4     7,6
   махорки                                          17,0    –     13,8
   кориандра                                        4,0     –      4,3
   конопли-волокна                                   –      –      5,8
     Перечень и основные видовые показатели основных зерновых и технических культур на территории Тамбовской
области определялись природно-климатическими, материально-техническими и кадровыми ресурсами. От этого во многом
зависела урожайность данных культур.
     Парк сельскохозяйственных машин значительно пополнился в первые послевоенные годы. Существенно увеличился
процент механизации аграрных работ. Колхозами и совхозами области была предпринята попытка перехода на новую схему
севооборотов. Кроме того, значительные государственные субсидии, поступавшие в исследуемый период в Тамбовскую
область, и даже плодороднейшая почва центрально-черноземной полосы были не в состоянии повысить урожайность
основных сельскохозяйственных культур, которая по-прежнему оставалась крайне низкой.
     Кроме вышеназванных компонентов, на наш взгляд, существовали и другие причины, тормозившие рост урожайности
по целому ряду культур. К их числу можно отнести:
     • низкий агротехнический уровень выращивания сельскохозяйственных культур (посев яровых проводился на
значительной площади по весновспашке, в растянутые сроки);
     • несвоевременный и недостаточный уход за посевами;
     • несоблюдение агротехнических сроков уборки урожая, затягивание этих работ до поздней осени, что приводило к
значительным потерям, а иногда и полной гибели всего урожая.
        В исследуемый период регулярно предпринимались попытки упорядочения системы планирования поставок
   различных видов сельскохозяйственной продукции. Так, в 1952 г. были разработаны и утверждены погектарные
   дифференцированные порайонные нормы поставок колхозами Тамбовской области государству по мясу и молоку. По
   этим нормам проводилось начисление обязательных государственных поставок мяса и молока. Так, по мясу в 1952 г.,
   взимаемая с 987 сельскохозяйственных артелей области, обеспеченность всех колхозов скотом в живом весе на один
   гектар закрепленной земли составляла 32 кг, норма сдачи с одного гектара сельскохозяйственных угодий составляла 3,3
   кг. По молоку фактический удой на одну корову составлял 991 литр, приходилось при сдаче на одну корову 582 литра,
   норма сдачи с одного гектара угодий составляла       10,5 литров.53
        Причем, при сдаче обязательных поставок по мясу существовала следующая закономерность. Чем выше был
   уровень обеспеченности колхозов скотом в живом весе на один гектар земли, тем выше у них была норма сдачи, и
   наоборот, чем ниже колхозы были обеспечены скотом на один гектар, тем ниже у них становилась норма сдачи с одного
   гектара. Так, в Алгасовском районе насчитывалось 16 сельхозартелей. Обеспеченность колхозным скотом в живом весе
   на один гектар угодий составляла 26 кг, норма сдачи с одного гектара составляла 3,0 кг. В Волчковском районе
   концентрировалось 24 сельхозартели, обеспеченность колхозным скотом в живом весе на один гектар угодий составляла
   29 кг, норма сдачи с одного гектара составляла 3,3 кг.54
        При сдаче обязательных поставок по молоку вводилась иная система. Чем меньше колхозам приходилось сдать
   государству молока с одной коровы, тем выше им устанавливалась норма сдачи с одного гектара и наоборот. При более
   высокой сдаче молока с одной коровы, соответственно, понижалась норма сдачи с одного гектара. К примеру, в
   Кирсановском районе насчитывалось 22 сельхозартели, фактический удой на одну корову составлял 1 148 литров в год,
   приходилось к сдаче на одну корову 498 литров, норма сдачи с одного гектара угодий составляла 12,5 литров. В
   Рудовском районе было 28 сельхозартелей, фактический удой на одну корову составлял        873 литра, приходилось к
   сдаче на одну корову 605 литров, норма сдачи с одного гектара угодий составляла 7,0 литров.55
        Как в первом, так и во втором случаях, передовые колхозы области сдавали мяса, молока и других продуктов, а
   также продуктов животноводства и растениеводства с одного гектара сельскохозяйственных угодий значительно больше,
   чем отстающие колхозы. Но, тем не менее, возникал удивительный парадокс, сущность которого сводилась к тому, что
   сдача стада по мясу, по молоку с одной коровы, шерсти с одной овцы и т.д., у передовых сельхозартелей не превышала
   пропорционально размера сдачи экономически отстающих сельскохозяйственных артелей.
        Анализируя сложившуюся заготовительную систему, можно сделать вывод о том, что в 1952 – 1953 гг.
   установление государственных норм сдачи сельскохозяйственных продуктов, в частности по мясу и молоку, имело
   определенную цель. Это было вызвано необходимостью более реального размещения планов заготовок на территории
   области с точки зрения их выполнения.




   53
      ГАТО, ф. Р.-3443, оп. 1, д. 1537, л. 54-56.
   54
      ГАТО, ф. Р.-3443, оп. 1, д. 1537, л. 55.
   55
      ГАТО, ф. Р.-3443, оп. 1, д. 1537, л. 55-56.



    
Яндекс цитирования Яндекс.Метрика