Единое окно доступа к образовательным ресурсам

Пермский дом в истории и культуре края: Материалы научно-практической конференции (Пермь, 19 декабря 2008 г.)

Голосов: 0

Научно-практическая конференция "Пермский дом в истории и культуре края" организована Центральной городской библиотекой им. А.С. Пушкина (Дом Смышляева) по инициативе Комитета по культуре администрации города Перми в рамках творческого проекта "Старинных окон негасимый свет". Проект посвящен 285-летию города Перми и 100-летию со дня образования Пермского отделения Императорского Русского музыкального общества. В сборник включены материалы конференции, относящиеся к самым различным жанрам: научные статьи, рассказы о результатах краеведческих поисков, воспоминания, архивные документы, исторические справки о памятниках архитектуры, истории и культуры Перми. Они содержат сведения о современном состоянии пермской архитектуры и философском осмыслении значения Дома в нашей жизни; о домах, давно исчезнувших и оставшихся в памяти пермяков мифами и легендами, и тех, что украшают город Пермь и сегодня.

Приведенный ниже текст получен путем автоматического извлечения из оригинального PDF-документа и предназначен для предварительного просмотра.
Изображения (картинки, формулы, графики) отсутствуют.
                                                                             51
1959 года по новому участку прошел первый трамвай. Первый троллейбус –
маршрут № 2 («пл. Дружбы – Центральный колхозный рынок») пошел в 1962
году.
      От цирка к главной площади.
      А наш маршрут приблизился к Цирку. Цирк – своего рода визитная
карточка Мотовилихи.
      Впервые пермяки познакомились с цирком в 80-е годы XIX века, когда
в город на гастроли стали наведываться труппы известных тогда циркачей
Труцци, Боровского… Регулярные цирковые гастроли в Перми начались в
1905 году – на Дровяной площади (между «Детским миром» и ПГТУ), на ры-
ночной площади в Мотовилихе (ныне площадь Восстания). Цирк служил по-
техой, в основном, для купечества, рабочего люда, среднего сословия. Наи-
большей популярностью пользовалась борьба.
      В 1932 году одновременно со строительством Рабочего посёлка было
построено первое постоянное здание Пермского цирка. Оно сгорело весной
1942 года. С тех пор в Перми почти 30 лет проходили гастроли только пере-
движного цирка – шапито, раскидывавшего свой шатёр, по разным воспоми-
наниям, то на месте нынешнего цирка, то на месте площади Дружбы. Совре-
менное здание пермского государственного цирка (архитектор Г. В. Напреен-
ко) было открыто в 1971 году. При его строительстве – и это уже не пересуды
горожан, а реальный факт – десятками тонн бетона пришлось заполнить пу-
стоту старой горной выработки.
      Здесь, стоя лицом к площади Дружбы, пришла пора рассказать о том,
насколько (согласно комплексному проекту планировки Перми, выработан-
ному в 1928–1929 годах) Городские Горки, соединяющие Пермь и Мотовили-
ху, были реально близки к тому, чтобы стать официальным Центром Города.
Как писала газета «Звезда» 11 августа 1937 года, «нет сомнения, что в не-
далёком будущем возникнет необходимость в строительстве крупных зданий
административно-общественных организаций города. Это будут Дом го-
родского совета, Дом партийных организаций, Дом печати, Дом Красной Ар-
мии, Дом техники и проч. Чрезвычайно выгодным для осуществления этого
строительства является территория на Городских Горках у берега Камы. Ве-
ликолепный вид на это место открывается и из Молотово, а особенно с
Камы».
      Так в начале 1930-х годов началось выполнение проекта «Соцгород
Горки». Авторами плана были немецкий эмигрант, архитектор Ханнес Мейер
и группа специалистов Ленинградского института планирования городов
(Ленгипрогор). В ходе строительства успели воздвигнуть несколько жилых
домов на улице Землячки и Уральской. Это нынешнее общежитие Славя-
новского колледжа (справа от Цирка) и «Дом специалиста» (ост. Дворец Ле-
нина). Был заложен фундамент и построен первый этаж Дома Советов (на ме-
сте школы № 97, ул. Ким, 90). Однако планы прервала война.
      После войны заселение города стало вестись не в сторону Мотовилихи,
а в южном направлении. Вдоль Героев Хасана, вдоль Сибирского тракта:
Владимирский, Крохалевка. Предположения на этот счет ходят разные: воз-


                                                                       52
можно, потому что там проходил Казанский тракт (Шоссе Космонавтов) –
тогда это была главная дорога на Москву. Плюс огромное количество заво-
дов – люди селились неподалеку в разного рода временном жилье: землян-
ках, бараках, «засыпухах».
      В Мотовилихе в послевоенные годы был отстроен комплекс зданий,
который мы сегодня можем наблюдать напротив Цирка, – большой квартал:
от ул. Надежды Крупской до ул. Розалии Землячки. С надеждами же на цен-
тральный статус месту пришлось попрощаться на неопределенный срок.
      Соединению несоединимого на Горках, кажется, подчинено всё. На
122-милиметровое орудие, собранное мотовилихинцами в годы войны и
установленное на почетном высоком месте над егошихинским логом уже в
мирное время, любят взбираться дети (а иногда и взрослые). В чудесной бе-
резовой роще воинского кладбища («Как в раю тут солдатики наши лежат», –
сказал один из пермяков) те же дети зимой носятся на лыжах. Вокруг – па-
мять: прошлого, войны, детства.
      Наша следующая остановка будет, пожалуй, самой высокой точкой
этой прогулки – гора «Северный склон». Даже если не брать в расчет дела
спортивные (а сколько историй существует про пермских горнолыжников!), а
просто забраться повыше на гору, то мы поймем, что Северный склон – одна
из лучших открытых смотровых площадок нашего города. Вид на несколько
районов Перми, на Закамск. Внизу простирается лес, загораживающий от
глаз старинное кладбище. Огибающая его речка Егошиха в народе зовется
Рубикон – граница, разделяющая «до» и «после»…
      А тем временем нас ждет центральная площадь Городских горок – пло-
щадь Дружбы.
      Дружба.
      Так в народе называется этот мини-район в микрорайоне Городские
Горки. Можно услышать: «Я живу на "Дружбе"». В своё время здесь раски-
дывал свой шатер цирк-шапито, и для детворы всей Мотовилихи это был на-
стоящий центр города. В обычные дни это была рыночная площадь. А где
рынок – там центр. Неофициальный. Давайте поразмышляем об этом, посто-
яв немного в аллее улицы Дружбы.
      Торцом к площади, на краю егошихинского оврага, возвышается вы-
сотное здание Дома Печати, возведенное в 1964 году. Здесь выходили газеты
«Звезда», «Вечерняя Пермь», «Молодая гвардия», полиграфическая продук-
ция. И главное – книги. Первой книгой, вышедшей из офсетного цеха, была
книжка сказок пермского писателя Владимира Воробьева "Как Непоседа себе
дело искал". Здесь увидели свет книги пермских писателей – Л. Давыдычева,
В. Радкевича, А. Решетова, В. Воробьева, В Астафьева, мировая и русская
классика.
      Возможно, близость крупнейшего пермского издательства послужила
одной из причин того, что в 1970–80-е годы Городские Горки стали неофици-
альным творческим центром Перми. Случилось так, что именно здесь в по-
следней трети прошлого века поселились многие творческие люди Перми.
Одним из таких живых литературных мест была квартира по адресу Дружбы,


                                                                         53
11. Это была наша, пермская, «хорошая» «нехорошая квартира». Помните, у
Булгакова: в «нехорошей квартире» пропадали люди? И здесь: как только че-
ловек попадал сюда, он окунался в непреодолимую, затягивающую атмосфе-
ру творчества, радости общения, которую умела создавать хозяйка этой квар-
тиры, Татьяна Долматова. Здесь собирались часто и подолгу – поэты, худож-
ники, музыканты: Виталий Кальпиди, Владислав Дрожащих, Вячеслав Оста-
пенко, Юрий Беликов. Заходил к Долматовой и приезжавший из Москвы
прозаик Анатолий Королёв. Здесь читали стихи, устраивали импровизации,
играли, пели, танцевали – царила атмосфера всепоглощающего творчества.
      Проникнувшись творческой атмосферой дружных 1970-х, непросто
«вернуться» обратно в современность. Но попробуем это сделать, для начала
вспомнив, что мы стоим … на середине огромного летного поля.
      По взлетной полосе.
      Именно так! Здесь, на месте будущей площади Дружбы, с 1928 по 1933
годы силами всех предприятий города был построен аэропорт, а в 1939 году
введен в строй аэровокзал. Летное поле имело форму вытянутого прямо-
угольника. С одной стороны оно почти доходило до улицы Лебедева и совре-
менного телецентра. С другой стороны – упиралось в поле и сосновый лес
(теперь – ВРЗ). Место для аэродрома было выбрано удачное. Говорят, что
под основной частью микрорайона проходит плато. Да и рельеф подходящий.
По тем временам это было за городом. Зимой учащиеся школ микрорайона
катались по огромному летному полю на лыжах, сдавали нормативы.
      А в праздники над аэродромом и прилегающими (немногочисленными
ещё) домами летал вертолет и сбрасывал листовки с поздравлениями. Детво-
ра развлекалась – соревновались, кто больше соберет листовок и принесет
домой. Здание аэровокзала находилось на территории современной школы №
112 (ул. Дружбы, 18). Там на спортивной площадке, уже после закрытия
аэропорта и заселения района (в 1960-е годы) оставался огромный ангар. Он
просуществовал до семидесятых годов как театральный склад, потом его сне-
сли.
      Пройдем немного по взлетной полосе. И на улице Крупской посмотрим
на знаменитый «Дом с трещиной». Ну, уж по этому поводу любители окутан-
ных тайной рассказов о пермских подземельях дают волю своим фантазиям.
Говорят, что Городские Горки изрыты вдоль и поперек: шахтами горной вы-
работки, секретными эвакуационными тоннелями, линиями несостоявшегося
метрополитена. Рассказывают, что ходы здесь такой величины, что запросто
можно проехать на тройке лошадей. В одну из пустот и начала проваливаться
эта несчастная хрущевка. Хотя, вариант со смещением строительных плит
выглядит убедительнее – ведь дом стоит до сих пор. Возможно, находясь под
защитой Белой крысы… С ней знакомы пермские диггеры – они-то знают,
что мотовилихинские тайны надежно прикрыты угарным газом. Спички гас-
нут уже в верхних ходах на уровне пояса. Здесь чаще всего и встречается Хо-
зяйка пермских подземелий – белая крыса без хвоста. После встречи с ней
лучше повернуть назад. При встрече с Хозяйкой у диггеров принято класть


                                                                        54
ей кусок хлеба – в благодарность за предупреждение. Такие вот подземные
байки.
      «Дружба» – дружбой, а раздел территории всегда имеет место, особен-
но если тебе ещё до или около 20-ти, и ты переехал в район новостроек, где
большинство новоселов – бывшие обитатели заводских бараков. Поколение
1960–70-х хорошо знало, что такое «Лумумба». Африканские мотивы нашли
своё отражение в дворовой романтике: Дома на улице Патриса Лумумбы
строились раньше, чем на Ушинского, поэтому наименование «Старое Кон-
го» они присвоили себе. «Новое Конго» – это уже Ушинского. Ну, а когда
речь шла о «Дружбинцах», тут разделение «Конго» забывалось, и они
объединялись против общего «врага». На месте, где позже построили «Ис-
кру», рос березняк – там и происходили драки. Район на район – толпы деру-
щихся парней, и девчонки в виде группы поддержки и первой помощи. Ин-
тересно, что о драке заранее знали все, в том числе и милиция. «Воронки»
приезжали не всегда к началу драки, но иногда успевали разогнать собрав-
шихся, и с досадой дворовые воины расходились по домам.
      А наша прогулка по разделительной полосе бывшего аэродрома при-
близилась к комплексу Выставочного центра «Пермская ярмарка», рядом с
которой начинается мост «Средняя дамба». К нему-то мы и пойдем, сделав
небольшой полукруг, и оставляя летное поле позади.
      Мост в «пермский период».
      Мы снова на мосту, как и в самом начале. В отличие от разгуляйского,
самого старого, этот – один из новых. Сооружен он был в 2003 году к 280-
летнему юбилею города. И вовремя. Трассу, соединяющую Свердловский и
Мотовилихинский районы города, ждали десятилетиями.
      Высота его кажется внушительной – овраг глубокий. Земля по обе сто-
роны виадука – более чем историческая. Волнующее воображение наимено-
вание «Пермский период» ни к чему так близко не относится, как к тому ме-
сту, над которым мы сейчас стоим. Самое время затаить дыхание. Ведь в пер-
вой трети XIX века английский геолог Родерик Мурчисон, во время экспеди-
ции на Урал, на берегу реки Егошихи (ниже современного Нефтяного колле-
джа) нашел пласты земли, насчитывающей 286 миллионов лет. Вернувшись в
родную Шотландию в 1841 году, он обосновал и ввел в научный оборот по-
нятие «Пермский период» – последний период палеозойской эры в истории
Земли. «Наш» период продолжался 55 миллионов лет – в течение этого вре-
мени Европа столкнулась с Азией, а среди животного мира стали появляться
предки млекопитающих. Отсюда и появился миф о Пермских ящерах.
      От исторических виражей действительно захватывает дух! Много поз-
же на этом месте образовалась деревня Суханки. Берега Егошихи были очень
живописны, особенно со стороны Мотовилихи. Травы и желтые цветы на
угоре, рыбаки-мальчишки, пасущиеся коровы... Суханки сносились в первой
половине 1960-х, несколько последних домов дожили до 1966 года. Вот так, в
одном и том же месте: процессы образования Евразии и крохотная деревень-
ка Суханки, ящеры и коровы. Великое в малом и малое в Великом – у Го-
родских Горок есть и своя философия.


                                                                       55
      Взлет.
      Стоя на мосту, мысленно проводим речку Егошиху до открывающихся
взору трамплинов, расположенных лесенкой. Самый высокий из них – 60-ти
метровый – еще год назад был на тридцать метров выше. Примерно высота
его равнялась соседней новостройке по бульвару Гагарина, 26 – можно при-
кинуть и оценить, какой площадки мы лишились. «Макушка» трамплина ста-
ла представлять опасность для жизни людей. С неё сыпались гвозди и доски,
а на реставрацию денег не было – пришлось снести. А прежде девяностомет-
ровый трамплин был одной из наивысших точек города. Сюда часто наведы-
вались телевизионщики, чтобы заснять, к примеру, сюжет для прогноза пого-
ды.
      Здесь наша прогулка подходит к финалу. Высшая точка трамплина –
место отрыва – и... мы возвращаемся туда, где всё это время и стояли – на
мост «Средняя дамба». Здесь нам открывается современный урбанистиче-
ский пейзаж, а неподалеку, по слухам, собираются строить новое здание
администрации.
      Так – от моста в прошлое к мосту в будущее – заканчивается наш го-
родской маршрут. Теперь можно поговорить с городом один на один. Или –
еще пройдемся?

                                                          А. А. Сидякина

                Пермская синематека: «умное кино» и город
                (к проблеме маркетинга культурного очага)

      «Пермская синематека» – просветительский и медиаобразовательный
проект, инициированный в 2005 году известным пермским режиссером-доку-
менталистом Павлом Печенкиным «по образу и подобию» европейских сине-
матек – тем самым в Перми впервые оказалось официально обозначено место
средоточия «умного кино».
      Впервые официально – потому что неофициальная традиция киноклу-
бов зародилась в Перми еще в 1960-е, когда благодаря самоотверженной дея-
тельности удивительного человека, киномеханика Клуба работников гостор-
говли Владимира Ивановича Самойловича, возникло место, где вопреки и
вразрез политике массового советского кинопроката демонстрировалась
западная киноклассика, фильмы Бергмана, Антониони, Куросавы и др. Этот
неофициальный клуб (его называли по-разному: «три скамейки», клуб Ан-
дрея Рублева, или совсем просто – «госторговля») сыграл значительную роль
в формировании пермской интеллектуальной творческой среды 1960-80-х гг.
В нем перебывала вся пермская «золотая молодежь», из которой со временем
вышли известные в российских литературных кругах писатели 1, пермские
журналисты, фотографы, театральные и кино- режиссеры. В опубликованных
устных мемуарах о Самойловиче общими усилиями рисуется почти агиогра-
фический образ подвижника, человека невероятно увлеченного, своего рода
культурного героя, открывшего для многих, посредством западного кино,


                                                                       56
окно в мировую культуру. Владимир Самойлович стал в Перми первым гра-
жданским человеком, которому по инициативе фонда «Юрятин» был уста-
новлен памятник – в 2002 году, на стене театра «У моста» (здание бывшего
Клуба работников госторговли) – мемориальный знак в виде кинопроектора с
надписью «Рыцарю киноискусства благодарная Пермь».
      Еще одним «рыцарем киноискусства» в Перми стал Евгений Давидович
Тамарченко, филолог, издатель, организовавший в перестроечные годы одну
из первых в стране негосударственную издательскую фирму «Алетейя». Ки-
ноклуб Тамарченко собирался в Доме офицеров, и бывшие завсегдатаи этого
клуба вспоминают, что приходили даже не столько на кино, сколько «на Та-
марченко», на его зажигательные, яркие, интеллектуально насыщенные вы-
ступления.
      Клуб Тамарченко собирался в то время, на рубеже 1980–90-х, которое
отмечено возвращением на большой экран «полочного кино». В Перми, как и
в других крупных городах, этот процесс стал явлением общественного
масштаба, отмеченным также массовым ажиотажем и сенсационностью. Пи-
сатель Владимир Киршин в своей летописи частной жизни пермяков 2 напо-
минает о некоторых фактах: на фильмы «Легенда о Нарайяме» и «Империя
чувств» к кинотеатру «Кристалл» выстраивались почти километровые очере-
ди… Тогда же пронеслась короткая эпоха видеосалонов, которые тоже пре-
тендовали на статус клубов, но по сути двигались в обратном направлении –
от общественного к приватно-интимному.
      В последующие годы, в связи с распространением домашней видеотех-
ники, а также потому что «запретное» кино перестало быть таковым, ки-
ноклубы потеряли свою актуальность. Этому была еще одна причина: из
клубной сферы ушли увлеченные харизматичные люди.
      Вновь интерес к киноклубной форме общения в Перми начал возникать
уже к середине 2000-х. При кинотеатре «Молот» образовалось полуподполь-
ное «Другое небо», клуб интеллектуального кино, моментально ставший по-
пулярным среди молодежи. Благодаря позитивной энергии организатора это-
го клуба, Кирилла Макарихина, на встречи «Другого неба» собиралось до
200 человек. Авангардное кино, в сопровождении медиа-перформансов Сер-
гея Тетерина, показывали в кафе «Валида» и «Точка». В ПГУ начал регуляр-
но собираться клуб «Киновызов». Киноклубы образуются в школах – во
многом по причине того, что пермские школы в 2006 году были укомплекто-
ваны медиаоборудованием.
      Но, пожалуй, центральным событием пермской киножизни 2000-х ста-
ло образование Синематеки. В 2005 году проект был оформлен в юридиче-
ское лицо – Некоммерческое партнерство «Пермская синематека», учредите-
лями которого стали общественные и государственные структуры: Киносту-
дия «Новый курс», Департаменты образования и культуры Пермской обла-
сти, Пермская ГТРК «Т7».
      Таким образом, уже изначально проект начал балансировать на грани
общественной инициативы, государственной системы и культурного пред-
принимательства. Первоначальную поддержку «Пермская синематека» полу-


                                                                         57
чила, став одним из победителей в региональном конкурсе «Пермь – культур-
ная столица Поволжья 2006», дополнительно успешный старт был обеспечен
активным лоббированием проекта в государственных и бизнес структурах
его основателем П. Печенкиным, одно время совмещавшим ипостаси прези-
дента МКФ «Флаэртиана» и генерального директора Госкиноцентра
«Пермкино». Именно по этой причине географически «Пермская
синематека» разместилась в здании киносалона «Премьер» (ул. Пионерская,
17).
      Летом 2007 года содержание синематечного проекта влилось в структу-
ру «Пермкино»: в настоящий момент «Пермская синематека» позициониру-
ется как проект Госкиноцентра, с сохранением «брендового» имени и слога-
на: «Пермская синематека – умное кино».
      За два с половиной года деятельности (официальное открытие проекта
состоялось 10 февраля 2006 г.) «Синематека» стала широко известна
пермской общественности Неделями национальных кинематографий, клуб-
ными тематическими программами и кинофестивалями, проводимыми сов-
местно с российскими и зарубежными партнерами. Кроме того, «Пермская
синематека» занимается разработкой социальных и медиаобразовательных
программ, и, по сути, стала консультативным методическим центром медиа-
образования для педагогов Перми и Пермского края. Получившая признание
общественности, «Синематека» стала победителем в номинации «лучший
культурный проект года» конкурса «Выбор пермской прессы» (2007).
      Известность, точнее, узнаваемость пришла и к киносалону «Премьер»,
ориентированному с момента прихода в него «Синематеки» на репертуар
«другого кино». «Премьер» приобрел неофициальный статус артхаусного ки-
нотеатра, а в пермской интеллектуальной среде, в том числе среди образован-
ной молодежи, заслужил репутацию клубного места, в котором показывают
«лучшее в городе кино». Зрительские симпатии (проявившиеся, в частности,
в активном голосовании на влиятельном пермском сайте teron.ru), оказали се-
рьезную моральную поддержку проекту в кризисный момент его существова-
ния.


                                                                                   58
      Кризисные ситуации, переживаемые Синематекой, как правило, есть
следствие парадокса: как убеждает опыт, широкое общественное признание и
активная жизнь «бренда» отнюдь не обеспечивают экономическую сторону
существования культурного проекта. С одной стороны, артхаусный «Пре-
мьер» и «Синематека» - гордость пермской общественности. С другой, ка-
мерные залы «Премьера», при самых доступных ценах на билет, нечасто за-
полняются на 100%. Разумеется, есть тому субъективные причины, связан-
ные со спецификой управления киносалоном, но есть и общие, объективные,
среди которых – в целом снижение интереса к «умному» кино, сужение про-
странства «артхаусного» кинопроката… Об этом без устали твердят россий-
ские режиссеры и продюсеры, в частности, Антон Мазуров, программный
директор московской компании «Другое кино»: «Политика прокатчиков и го-
сударства сделала неординарное кино недоступным для деградирующего
зрителя» 3. Психическая атака кинорекламы «1 канала» плюс «узколобая» по-
литика кинопроката, ориентированного всецело на быструю прибыль от ком-
мерческого репертуара – и в результате «другое кино» оказывается «за же-
лезным занавесом». В этой связи мало утешает тот факт, что фильм-победи-
тель Каннского МКФ (2007) «4 месяца, 3 недели, 2 дня», «провалился» не
только в пермском «Премьере», но в российском кинопрокате в целом.
      Как следствие, артхаусный кинотеатр вынужден вырабатывать новые
стратегии. Одна из них – расширение репертуара в сторону массового. Вто-
рая, принципиально важная – ориентация на «организованного зрителя»,
формирование структуры «сетевого субъекта деятельности» (термин С.Л.
Кропотова).
      Это опять же парадоксально – пытаться измерять перспективу артхаус-
ного кинотеатра от детского утреннего сеанса. Но – организованные отряды
школьников, дружно шагающие в «Премьер» на фильмы по Аркадию Гайда-
ру или на «Чапаева», внушают надежду, что со временем в их сознании воз-
никнет привычка к восприятию и понимаю визуального образа, вырастет
способность сопротивления агрессивному медиапотоку.
      _________________
1
  Воспоминания о В. Самойловиче опубл.: Уральская Новь. 2000. № 8. См. также: Королев
А. Будда, кинобудка… // Искусство кино. 2001. № 8.
2
  Киршин В. Частная жизнь. Пермь, 2003.
3
  Малюкова Л. Железный занавес вместо экрана / Интервью с А. Мазуровым // Новая газе-
та. 2008. 14 апр.

                        ЗАМЕЧАТЕЛЬНЫЕ ДОМА ПЕРМИ

                                                                     В. А. Порозов

                              Музыкальные дома Перми

     Понятие «дом» в городском культурном пространстве, разумеется, не
тождественно понятию «жилище». Его функции многообразны и многомер-


                                                                         59
ны, однако стержень их, основы, связаны, как правило, с именем владельца
(чаще всего первого) или наиболее выдающегося жителя. С этой точки зре-
ния любой образованный пермяк воспринимает как привычные ориентиры
дома Мешкова, Дягилевых, Любимовой, Грибушина, Славянова.
      Вероятно, в контексте истории пермской музыкальной культуры начи-
нать сегодня в любом случае следует с «пермских Афин» – Дома Дягилевых.
Для них нашлось место даже в плотном графике однодневного пребывания в
крае Президента России. Но пермякам предложено не спешить: ведь памят-
ник Сергею Дягилеву, стоивший немалых денег налогоплательщиков, многие
так и не увидели. И как попасть сегодня в здание элитарной гимназии рядо-
вому пермскому обывателю – неизвестно. Раньше хоть концерты регулярно
проводили со свободным входом, теперь и этого нет. Поскольку ничто в ис-
тории не исчезает бесследно и не возникает на пустом месте, поневоле начи-
наешь сомневаться, так ли уж доступны были для пермяка эти пятьдесят ис-
полнений «Ивана Сусанина». Возможно, их слушали одни и те же люди – уз-
кий круг «приближенных», ведь грампластинок-то еще не было. Вот и «кру-
тили» в свое удовольствие, особенно польский акт. Да и ассоциация с Афина-
ми весьма характерна, если учесть, какой процент от реального населения и
гостей греческого полиса составлял преуспевающий демос.
      Иная судьба у дома Е. И. Любимовой. Меценатская, направленная на
благо просвещения широких слоев населения деятельность нашла достойное
продолжение. Дворец пионеров и школьников, драматический театр, нако-
нец, наш горячо любимый ТЮЗ сохранили и преумножили демократическую
ауру здания. Многие еще помнят общедоступность огромной китайской фар-
форовой вазы, которую, по крайней мере, до перестройки, никто и не поду-
мал ни утащить, ни разбить. Сопоставить это можно, пожалуй, лишь с дере-
вянными креслами кинотеатра «Кристалл», сохранявшимися без единой ца-
рапины более четверти века, до начала 1990-х годов. А какая музыка звучала
и до сих пор звучит в любимовских залах! Вспомним хотя бы постановки
«Кандида», «Вишневого сада», «Берлиоза» или «тусовки» молодежного
фолк-фестиваля «Камва» нынешним летом. И это только в дореволюционной
анфиладе – по зрительному залу счет особый.
      Возвращается народу и дом Н. В. Мешкова. Правда, как возвращается –
видят все, и когда это окончательно случится – неизвестно. Все силы и день-
ги брошены на «русское бедное», в которое так успешно играют наши «бога-
тые». Домов им мало: изуродован внешний вид здания речного вокзала (со
стороны Камы) и его охранная зона (со стороны улицы), что опять противо-
речит существующему законодательству. Перед выездом из мешковского
особняка, как могли, разгромили интерьеры. А пока поколение пермяков рас-
тет без краеведческого музея – без мамонта, без посоха Стефана Пермского,
без швецовского мотора и, тем более, без замечательных музыкальных кол-
лекций старейшего и богатейшего собирателя сокровищ пермской региональ-
ной культуры. Вся надежда на энергетику «пермского Саввы Морозова»,
хотя по сегодняшним масштабам его дом для музея Пермского края уже не


                                                                        60
годится, разве что для филиала – например, музея истории и культуры города
Перми.
      Выдающимся общественным деятелем, как известно, был Д. Д. Смыш-
ляев. Его дом в истории пермской музыкальной культуры – явление знако-
вое. Именно здесь функционировал третий и наиболее демократический клуб
города – общественное собрание: самим названием прогрессивное купече-
ство постаралось противопоставить его дворянскому, «благородному». Кон-
церты, балы, вечера, репетиции симфонического оркестра («симфонические
собрания»), деятельность знаменитой городской театральной дирекции… За-
тем работа музыкально-нотного отдела областной библиотеки. Легендарные
ночные концерты ленинградских музыкантов в годы Великой Отечественной
войны. Неоднократные попытки возродить музыкальные традиции дома,
предпринимались в последние десятилетия. Так все еще не угасли надежды
на энциклопедизм Г. С. Барабанщикова и мудрость спонсоров и организато-
ров городского культурного процесса.
      Пока же сильных мира сего «благородное» явно притягивает сильнее,
чем «общественное». В этом плане процветает салонное музицирование в
доме Грибушина. Но обычный пермяк узнаёт об этом лишь из СМИ, без
устали данное явление воспевающих. Посторонних здесь не ждут, а зашед-
ших на огонек встречают так, что те после за версту будут этот дом обхо-
дить. Вот они – традиции пермской аристократии, не имеющей глубоких ис-
торических корней. Это остро подмечал еще столетие назад первый извест-
ный музыкальный критик края Б. М. Попов, не жалея острых «шпилек» по
поводу «субсидируемой и отовсюду покровительствуемой фирмы Импера-
торского русского музыкального общества». Подчеркивалось, что во главе
пермской дирекции стояли «два чайных торговца, банкир и инженер, имею-
щие к музыке более чем проблематическое отношение», а знаменитый А. Д.
Городцов, «согласившийся, несмотря на массу занятий, быть в течение пер-
вого года председателем дирекции Филармонического общества», был из-
бран лишь кандидатом дирекции, «так как директорские титулы понадоби-
лись там для чайно-банкирских покровителей». Императорскому обществу
противопоставлялось Пермское филармоническое общество, «в массе своей
состоящее из интеллигентного пролетариата» – по преимуществу, мелких чи-
новников, студентов, ремесленников и рабочих 1.
      Сегодня политические страсти улеглись, и вклад пермского отделения
Императорского русского музыкального общества в дело повышения
культурного уровня губернского центра никто не оспаривает. К слову ска-
зать, сам же Попов отмечал, что «квартетные вечера и дело музыкальной пе-
дагогии поставлены первой задачей пермского отделения ИРМО». Теперь по
заслугам воспета деятельность и пианистки С. В. Гедговд, и скрипача Г. А.
Нагловского, и меценатская роль купца С. М. Грибушина, хотя и признается
очевидно «элитарный» характер организации, обосновавшейся главным об-
разом в Благородном собрании и сосредоточившейся на камерной музыке 2.
Обе музыкальные организации возникли в 1908 г. и просуществовали до



    
Яндекс цитирования Яндекс.Метрика