Единое окно доступа к образовательным ресурсам

Стилистика и литературное редактирование: Курс лекций

Голосов: 11

Курс лекций предназначен для студентов, обучающихся специальности "Связи с общественностью". Лекции формируют знания об основных понятиях стилистики, умения и навыки стилистической оценки текста и его литературного редактирования.

Приведенный ниже текст получен путем автоматического извлечения из оригинального PDF-документа и предназначен для предварительного просмотра.
Изображения (картинки, формулы, графики) отсутствуют.
    распространению. Кроме того, этим образованиям свойствен сниженный, иногда
пренебрежительный характер.
       В конце XVII – начале XVIII века суффикс –ш(а) присоединялся к иноязычным
основам: генеральша, профессорша, позднее фабрикантша, миллионерша со значением
«жена того или иного лица, указанного в основе» (генерал, профессор). Это значение
послужило образцом для более широкого круга образований: суффикс -ш(а) присоединялся
не только к иноязычным, но и к русским основам (богатырша, великанша, писарша,
предводительша, председательша и др.). В XIX столетии появляются слова музыкантша,
кассирша, контролерша со значением «название женщин по роду занятий, по профессии».
Это значение остается основным и в наше время (библиотекарша, докторша).
       Наименования с суффиксами -ш(а) и -их(а) употребляются чаще всего в разговорно-
бытовой речи и в целях стилизации в художественной литературе: врачиха ко мне пришла;
докторши все нет.
       Таким образом, в практике речи намечается дифференциация парных мужских и
женских форм. В строгом стиле письменной речи, в деловых документах, в публицистике, в
научной речи, как правило, используются существительные мужского рода даже в тех
случаях, когда легко образуются параллельные формы женского рода: Мэр Петербурга
вручил руководителю Института мозга человека Н. Бехтеревой орден Дружбы народов;
народный художник Т. Яблонская; летчик-космонавт В. Николаева-Терешкова.
       Не употребляются в применении к женщинам некоторые сугубо «мужские» названия:
пикадор, сталевар, свинобоец. С другой стороны, не имеют мужских соответствий слова
модистка, маникюрша, баядера, бесприданница, кружевница, повитуха, швея-мотористка,
машинистка (в значении «женщина, работающая на пишущей машинке»).
      Примечание. В Институте русского языка РАН мужчину, работавшего в качестве
машинистки, называли в официальных документах «переписчик на машинке».
       Нарушения морфологических норм, к сожалению, нередки в языке СМИ. Особого
внимания требует употребление редко встречающихся и устаревающих форм. В одной из
качественных газет читаем:
       «А "Поле чудес" додумалось спародировать самоё себя». Но форма самоё означает
винительный падеж женского рода местоимения сама, например: Встретить самоё (или
саму) хозяйку. А «Поле чудес» – среднего рода, поэтому следовало сказать: само «Поле
чудес».
       Еще пример. К интервью с ректором МГУ академиком В.А. Садовничим газета дает
подзаголовок: «Нужен табель о рангах». Однако известно, что введенная Петром I Табель о
рангах – женского рода. Следует заметить, что ректор в тексте интервью использует
правильную форму – Новая табель о рангах.

                       ВОПРОСЫ ДЛЯ ПОВТОРЕНИЯ И ОБСУЖДЕНИЯ
       1. Какие существуют варианты винительного падежа существительных
одушевленных и неодушевленных, варианты окончаний предложного падежа
единственного числа существительных мужского рода, творительного падежа
множественного числа?
       2. Какие вы знаете стилистические варианты суффиксов существительных?
       3. В чем выражается синонимия прилагательных и форм косвенных падежей
существительных?
       4. В чем проявляется тенденция к экономии языковых средств при выборе
нужной формы?
       5. Каковы стилистические различия при синонимическом употреблении
предлогов?
       6. Какие вы знаете варианты падежных форм.



                                                                                    48


                              Лекция 8.
     Стилистические возможности простого и сложного предложений,
                        сверхфразовых единств
                                        (2 часа)

                                        ПЛАН
      1. Стилистические средства синтаксиса.
      2. Словосочетания: глагольные и именные.
      3. Простое предложение. Функции порядка слов. Типы простых предложений.
      4. Простое осложненное предложение.
      5.Сложное предложение.
      6. Различия между беспредложным и предложным сочетаниями.
      7. Стилистические ошибки при слабом управлении. Нарушение синтаксической
связи при оборотах с предлогами: кроме, помимо, наряду с, вместо.
      8. Синонимия предлогов. Синонимический ряд, образуемый предлогами с
изъяснительным значением и пространственным.
      9. Стилистические различия при синонимическом употреблении предлогов.
Варианты падежных форм.
      10. Синонимическое употребление форм родительного и винительного падежей
дополнения при переходном глаголе с отрицанием.
      11. Случаи употребления формы винительного падежа при переходном глаголе с
отрицанием. Преимущественное употребление формы винительного падежа при
переходном глаголе с отрицанием.

      Стилистические ресурсы и возможности синтаксиса особенно велики, что объясняется
чрезвычайным многообразием синтаксических конструкций, а также сложностью самого
предложения как основной коммуникативной единицы высшего уровня языка. Русскому
языку свойственна богатая синтаксическая синонимия, которая лежит в основе
синтаксической парадигматики, подтверждающей определенный изоморфизм в
стилистической организации данного уровня языка. Однако синтаксическая парадигма
отличается особой структурной сложностью и многомерностью по сравнению с лексикой,
фонетикой и морфологией.
         Дело в том, что стилистические качества синтаксических синонимических
конструкций (прежде всего , предложения) определяются не только собственно
стилистической окраской, но и дополнительными оттенками, связанными с категориями
лица и модальности, а также порядком слов, которые далеко не всегда прямо соотносятся с
трехчленной парадигмой (нейтр.– книжн. –разг.) и в значительной мере осложняют ееЕй
было грустно безличное, нетр.). Она грустила (личное, двусоставное, нейтр.). Она
чувствовала грусть (личное, двусоставное, нейтр.). Грустно ей было! (безличное,
экспрессивно окрашенное, разг.)
        Трехчленная стилистическая парадигма (книжн.– нейтр.–разг.) приложима здесь к
стилистически окрашенным синтаксическим когструкциям лишь в отдельных случаях: Он
нуждается в лечении (книжн). Ему нужно лечиться (нейтр.). Полечиться бы ему надо!
(разг., экспресс.).
        За пределами трехчленной парадигмы, не укладывясь в ее узкую схему, остается
широкое поле стилистически и экспрессивно значимых конструкций, которые требуют
отдельного рассмотрения.
        Однако синонимия все-таки является основой синтаксической стилистики не только в
плане теоретическом, но и в плане практическом, потому что предоставляет возможность
сознательного выбора синтаксической конструкции, адекватной содержанию высказывания,
ситуации, жанру и сфере речевого общения.


                                                                                     49


       Утвердившееся понятие синтаксической синонимии как близости или тождества
основного содержания и грамматического значения допускает в то же время возможность
структурных грамматических и лексических отклонений от полного лексического и
грамматического тождества. Отсюда понятие разноструктурных синонимов ( то есть
синонимов, отличающихся грамматическими и лексическими особенностями) – самых
распространенных в языке.
       Парадигмы разноструктурных синонимов возникают иногда в пределах одного стиля :
Он не смог прийти: серьезно заболел. – Так как он серьезно заболел, он не мог прийти. – Он
не смог прийти потому, что серьезно заболел. Сегодня дождь. – Сегодня дождливо. –
Сегодня идет дождь (все эти синтаксические синонимы стилистически нейтральны).
       Общность грамматического значения и близость лексического состава обусловливают
взаимозаменяемость синтаксических синонимов одинаковой стилистической окраски, что
дает возможность выбора для более точного и совершенного выражения мысли.
       Различие же в стилистической окраске исключает взаимозаменяемость, так как это
несовместимо со стилевой нормативностью: Он вдруг вскрикнул (нейтр.). – Он вдруг и
вскрикни! (разг.). Все пошли в лес за грибами (нейтр.)
       Синтаксическая синонимия и синтаксическая парадигма обычно основаны на
разноструктурности синонимов, что было показано выше, но выделяются и синтаксические
парадигмы внутри одного и того же предложения, например интонационные варианты его
отличающиеся субъективно-модальными и эмоциональными оттенками при полном
лексическом и грамматическом тождестве. Например, в стихотворных строках: Мне грустно
потому, что я тебя люблю (М. Лермонтов) – могут интонационно и с помощью ударения
выделяться разные слова (грустно, потому, тебя, люблю)., придавая известной
стихотворной строчке разные эмоциональные и модальные оттенки. Изменение фразового
ударения в связи с изменением порядка слов также может создавать внутреннюю парадигму
экспрессивно окрашенных вариантов одного и того же предложения ( см. § 46, Порядок
слов).
       Кроме одноструктурных синонимов (вариантов) и разноструктурных синонимов
одного уровня, выделяются синонимические конструкции разных уровней, которые носят
название параллельных конструкций (обсолютный причастный оборот и придаточное
определительное; деепричастный оборот, предложно-падежная конструкция и придаточное
предложение времени). Они образуют синтаксическую парадигму: студенты,
успешносдавшие экзамены – студенты, которые успешно сдали экзамены. Закончив работу,
он уехал отдыхать. – После окончания работы он уехал отдыхать. – После того как он
закончил работу, он уехал отдыхать.
       Хотя эти конструкции собственно стилистически дифференцируются очень мало и в
основном являются принадлежностью книжных стилей (особенно обособленные обороты и
предложно-падежные конструкции с отглагольным существительным), они также
составляют один из ресурсов стилистики, так как предоставляют возможность выбора
наиболее экономного и соответствующего контексту средства выражения.
       Функционально-стилистическая дифференциация по отношению к синтаксическим
средствам прежде всего связана, как уже указывалось, с наиболее общим разграничением: с
одной стороны, книжно-письменные, с другой – устно-разговорные синтаксические формы и
конструкции. Например, причастные и деепричастные обороты, сложные предложения со
многими придаточными, периоды, градации, ряд отыменных предлогов и союзов, некоторые
виды связок сказуемого характерны для книжной речи, и их употребление придает
высказыванию книжный характер. Неполные, инфинитивные предложения, многие
эллиптические конструкции, сказуемые, выраженные инфинитивом, междометия,
присоединительные связи преимущественно используются в разговорной речи.
       Экспрессия (экспрессивно-стилистическая окраска) синтаксических конструкций и
форм также может быть как книжной, так и разговорной, обуславливая и соответствующее
функционально-стилистическое их разграничение. Но если все конструкции и формы

                                                                                       50


разговорного синтаксиса экспрессивны в той или иной степени, что и является
одновременно их функциональной особенностью, то экспрессивные формы книжного
синтаксиса являются принадлежностью далеко не всех книжных стилей, а используются в
публицистике и в индивидуальных стилях художественной литературы. Это относится
прежде всего к таким приемам поэтического синтаксиса, как анафора, эпифора, градация,
период, риторический вопрос и др.
       Стилистические же нормы таких стилей, как официально-деловой и научный, как
правило, не допускают использования экспрессивно окрашенных средств книжного
синтаксиса (исключения для них здесь минимальны) и тем более несовместимы с
непринужденной экспрессией разговорных синтаксических конструкций. Что касается более
частного и строгого функционального разграничения синтаксических средств по отношению
к этим книжно-письменным стилям, то здесь, в отличие от лексики и фразеологии, можно
говорить, за некоторым исключением, лишь об ограничениях в употреблении отдельных
синтаксических конструкций и оборотов в той или иной речевой сфере, о частоте их
употребления и лишь в некоторых случаях о прикрепленности к определенному
функциональному стилю и соответствующей функционально-стилистической окрашенности.
Например, явление так называемого расщепленного сказуемого (помочь– оказать помощь,
участвовать – принимать участие, решить – принять решение), целый ряд отыменных
предлогов (по линии, в деле, в связи, в отношении), частое употребление отглагольных
существительных «при нанизывании» цепочкой родительных падежей – принадлежность и
характерная черта официально-делового стиля. Последняя черта в значительной мере –
особенность и стиля научного. Например: Установление зависимости длины линии волны
рентгеновских лучей атома от положения его в периодической системе (Из учебника
физика).Определение порядка очередности удовлетворения претензий кредиторов (Из
Уголовно-процессуального кодекса).
       Синтаксис заключает в себе громадные возможности и для передачи всего богатства
человеческих эмоций (помимо такого простого средства, как восклицательные и
вопросительные предложения).
       При описании стилистически значимых синтаксических конструкций, включая и
синтаксические парадигмы синонимов, целесообразно        придерживаться структурных
уровней грамматического описания языка: уровень словосочетания – уровень простого
предложения – уровень сложного предложения.
  СЛОВОСОЧЕТАНИЕ
       Словосочетание как докоммуникативная и номинативная единица синтаксиса в
предложении есть «не что иное, как распространенная синтаксическая форма слова»
(Золотова Г.Н. Очерк функционального синтаксиса русского языка. М., 1973, с. 66). Поэтому
на уровне словосочетания выделяются парадигмы, которые стоят ближе к фразеологических
синонимов, выражающих различные виды отношений: объективные, объективно-
определительные, определительные, объективно-обстоятельственные, обстоятельственные.
Парадигмы словосочетаний обычно образуют парное противопоставление форм (нейтр.–
книжн., нейтр.– разг.).
       Глагольные словосочетания широко употребляются во всех стилях, особенно часто в
разговорном стиле и языке художественной литературы: говорить два часа (нейтр.) –
говорить в течение двух часов (книжн.), ждать ответа (нейтр.) – ждать ответ (разг.),
пойти за ягодами (нейтр.) – пойти по ягоды (разг.), затягивать ремонт (нейтр.) –
затягивать с ремонтом (разг.).
       Именные словосочетания особенно широко используются в книжных стилях:
научном, официально-деловом, публицистическом, реже – в разговорном: контроль
выполнения – контроль за выполнением оба книжн.), проблема жилья (нейтр.) – проблема с
жильем (ближе к разг.), объяснение поступку (нейтр.) – объяснение по поводу поступка
(книжн., офиц.-дел.).
  ПРОСТОЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ
                                                                                      51


      С синтаксисом простого предложения связано много стилистически значимых
явлений и форм, большинству которых свойственна богатая стилистическая синонимия. К
ним относятся средства выражения сказуемого, порядок слов, а также стилистически
значимые разновидности простых предложений и т.д.
       Формы сказуемого. Большие возможности для стилистического использования
открывает разнообразие форм выражения сказуемого в простом предложении.
Стилистически значимыми в сфере сказуемого являются синонимические формы составного
именного сказуемого, в которых именная часть выражена полным и кратким
прилагательным. Кроме различия в семантике ( по отношению к некоторым прилагательным,
таким, как он болен, то есть временно, и он больной, то есть, скорее всего, постоянно), в этих
формах обычно краткая форма прилагательных связана с книжными стилями, а полная имеет
разговорный оттенок (ср.: Он был красив и ловок, – Он был красивый и ловкий). Полное
прилагательное употребляется в именительном и творительном падежах, причем
именительный падеж, кроме того, что он выражает большее постоянство признака, более
характерен для разговорного стиля, а творительный чаще встречается в книжной речи. Ср.:
Дождь был недолгим. – Дождь был недолгий. Он был добрым. – Он был добрый.
       Сказуемое, выраженное инфинитивом глагола несовершенного вида, выражая
большую динамичность и интенсивность действия, несет в себе и значительную экспрессию,
которая широко используется в устной разговорной речи, а отсюда проникает в язык
художественной литературы. Ср.: Наша братия – ругаться (Н.Помяловский). – Наша
братия стала ругаться. Она кричать что есть мочи, а он – бежать! – Она стала кричать
… а он побежал. (Вторые формы представляются вялыми и менее динамичными.)
       Ту же разговорную экспрессию дает сочетание инфинитива с частицей ну или давай:
Схватил (дед) скорее котел и давай бежать (Н. Гоголь). Вошли они и ну кричать, ну
возмущаться.
       Оттенок просторечности имеет сказуемое, выраженное повелительным наклонением,
причем подлежащее может стоять во множественном числе: Ну, ребята, не отставай.
       Пример экспрессивных возможностей разговорного синтаксиса представляет
осложненное глагольное сказуемое, которое выражается разными формами:
       1. повторение глагольных форм: ехали, ехали и приехали;
       2. двукратным повторением с усилительной частицей так в значении
«действительно»: выспался так выспался, придумал так придумал;
       3. конструкцией, состоящей из инфинитива и личной формы однокоренного глагола,
иногда с отрицанием не: Стрелять не стреляет, а ружье держит (Н. Гоголь); Работать не
работает, а время ведет;
       4. сочетанием с глаголом взять: возьму и сделаю, взял и написал и др.
      Сугубо книжный характер имеет ряд связок в составном именном сказуемом,
например глагол являться в роли связки. Связка есть – принадлежность научного и
официально-делового стиля: Иванов является начальником управления. Квадрат есть
прямоугольник, у которого все стороны равны.
       Действительный (активный) и страдательный (пассивный) обороты имеют прямое
отношение к способам выражения как сказуемого, так и подлежащего и представляют собой
синонимические оттенки. В выражении действия, обозначаемого переходным глаголом и
имеющего субъект и объект, допускаются две разные конструкции – активная
(действительный оборот) и пассивная (страдательный): Директор вызвал ученика
(действительный).Ученик был вызван директором (страдательный). Последняя конструкция
носит оттенок книжности, официальности, тогда как первая стилистически нейтральна.
Причем смысловой акцент падает на подлежащее, то есть в действительном обороте на
первом плане – субъект действия, а в страдательном – объект.
       Если в качестве субъекта действия выступает неодушевленный предмет, то
страдательный оборот оказывается синонимичным безличному предложению с
творительным падежом, обозначающим орудие или средство действия. Например: Дерево

                                                                                           52


сломано ветром. – Дерево сломало ветром. Оба предложения более близки между собой и
семантически и стилистически, чем действительный оборот: Ветер сломал дерево.
       Порядок слов. В русском языке порядок слов (или членов предложения) считается
свободным и отличается чрезвычайной гибкостью (Порядок слов в русском языке может
иметь, как известно, и синтаксическое значение, то есть менять синтаксическую роль
переставляемого члена предложения, а отсюда иногда и весь смысл предложения. Например,
в предложениях: 1 .Он встретил другого отца. –Он встретил отца друга. 2 .Сын приехал
больной. – Больной сын приехал – изменение положения меняет синтаксическую роль слов:
дополнения – на несогласованное определение (1), сказуемого – на согласованное
определение (2) ).Это допускает большое количество вариантов одного и того же
предложения, состоящего из нескольких слов, благодаря их перестановке, вносящей
семантические оттенки, что отмечалось еще А.М. Пешковским. Этим объясняется большая
стилистическая значимость порядка слов в простом предложении, возможность выбора
характера словорасположения в целях экспрессивных и стилистических, особенно в
художественной и публицистической речи.
       Но, несмотря на относительную свободу,порядок членов предложения в нем все-таки
определяется как грамматически, так и самим смыслом предложения.
       У каждого члена предложения в русском языке есть обычное, свойственное именно
ему место. Оно определяется структурой и типом предложения или словосочетания,
способом синтаксического выражения данного члена предложения, а также ролью контекста
и стилем речи. Исходя из этого, выделяется прямой, то есть обычный, и обратный, то есть
необычный, порядок слов (инверсия). Основной смысл предложения при обратном порядке
слов сохраняется, вносятся лишь дополнительные экспрессивно-смысловые оттенки,
усиливающие выразительность слова и приобретающие поэтому определенную
стилистическую значимость.
       Рассмотрим предложения: Я все расскажу вам. – Вам я все расскажу. Этот человек
мне не понравился. – Не понравился мне этот человек. В эти дни стояла изумительная
погода. – Изумительная в эти дни стояла погода.
       В этих предложениях, представляющих внутреннюю парадигму вариантов одной и
той же конструкции, мы наблюдаем усиление смысловой нагрузки и выразительности
переставляемых (инверсируемых) слов за счет переноса на них смыслового ударения и
изменения интонации при сохранении их синтаксической роли (в первом случае –
дополнения вам, во втором – сказуемого не понравился, в третьем – определения
изумительная). Инверсия в данных случаях придает высказыванию большую
экспрессивность.
       Экспрессивно-стилистические возможности инверсии широко используются в
художественной речи и во многих жанрах публицистики; что касается научного и
официально-делового стилей, то им в основном свойствен прямой порядок слов, хотя случаи
инверсии допустимы и здесь.
       В отличие от книжно-письменной речи порядок слов в устно-разговорной речи, а
также при использовании разговорного стиля (прежде всего – диалога в художественной
литературе) имеет свои особенности. Экспрессивно значимая инверсия, рассмотренная
выше, здесь широкоупотребительна. Но поскольку коммуникативное членение (выделение
темы и ремы) в устной речи выражается прежде всего интонационно, а не через порядок
слов, то место ремы (нового) здесь свободно, тогда как тема, как правило, постпозитивна. В
устно-разговорной речи основным принципом словорасположения является принцип
ассоциативного присоединения: Вздор какой-то – топиться? Там еще хуже нашего. Тут-то
я хоть чаю попью (М.Пришвин).
       Стилистически окрашенные варианты словорасположения делятся, по классификации
И.И. Ковтуновой (См.: Ковтунова И.И. Современный русский язык: Порядок слов и
актуальное членение предложения. М., 1976), на четыре группы в зависимости от того, с
какой сферой речевой деятельности они связаны. Это варианты словорасположения:

                                                                                       53


       1. с разговорной окраской;
       2. с фольклорно-повествовательной окраской;
       3. с эпической окраской ;
       4. с поэтической окраской.
       Хотя эта классификация не совпадает полностью с принятой дифференциацией
       функциональных стилей и охватывает, по существу, существу, только речь
       разговорную и речь художественную, она безусловно заслуживает внимания.
       Для словорасположения с фольклорно-повествовательной окраской характерны
       конструкции с препозицией ремы – глагольного сказуемого: Жили-были старик со
       старухой. Стал он кликать золотую рыбку. Приплыла к нему рыбка, спросила … (А.
       Пушкин).
       Словорасположение с эпической окраской характеризуется также инверсией, то есть
       препозицией глагольного сказуемого: Задумались все казаки и не знали, что сказать.
       Тогда вышел вперед всех старейший годами во всем запорожском войске Касьян
       Бовтюг … Так сказал Бовтюг и затих; и обрадовались все казаки, что навел их
       таким образом на ум старый (Н. Гоголь).
       Словорасположение с поэтической (Под поэтической следует понимать окраску,
связанную не только с поэзией, но и с высокохудожественной или поэтической прозой)
окраской представляется особое явление. Здесь инверсия членов не сопровождается
экспрессивной интонацией, так как связана с иной акцентной структурой, свойственной
стихотворной речи или языку поэтической прозы. Расположение интонационных акцентов
здесь то же, что и в стилистически нейтральной речи, то есть, как отмечает И.И. Ковтунова,
«инверсируются только слова, но не акценты» (Ковтунова И.И. Современный русский язык:
Порядок слов и актуальное членение предложения. М., 1976). Наиболее употребительным
вариантом поэтического словорасположения является постпозиция определений-
прилагательных: Он не пришел, кудрявый наш певец. С огнем в очах, с гитарой
сладкогласной: Под миртами Италии прекрасной Он тихо спит, и дружеский резец Не
начертал над русскою могилой Слов несколько на языке родном ( А. Пушкин).
       Поэтической окрашенностью отмечены конструкции, в которых существительное
обрамлено двумя прилагательными: Синим снежным облаком пушистым разволнуется
болотная твердь (Л. Леонов). Глагольные словосочетания с постпозицией качественного
наречия на –о также характерны для художественной речи: Солнце висело тускло – красным
пятном в этой мгле; а перед вечером она вся загоралась и алела таинственно и странно (И.
Тургенев).
       Для стихотворной речи характерны случаи обратного параллелизма, так называемые
хиазмы, в которых компоненты конструкции во второй части расположены в обратном
порядке по сравнению с первой частью: К вечеру вышло тихое солнце, И ветер понес дымки
из труб (А. Блок).Тонки ее черные брови. И строгие речи хмельны … (А. Блок).
       Хиазмы встречаются и в прозе: Дул сладкий ветер, звездный узор неподвижно стоял в
вышине… (И. Бунин).
       Сравнительные обороты. Сравнительные конструкции, передающие объект
сравнения, то есть реализующие акт мысли, устанавливающей признаки предметов и
явлений путем ассоциации по сходству. Сопоставление сравнительных конструкций,
реализуемых в синонимических синтаксических формах, создает синтаксическую парадигму:
взлетел как сокол (нейтр.); взлетел подобно соколу (книжн.); взлетел соколом (нейтр.);
взлетел по-соколиному (нейтр.); взлетел вроде сокола (разг.); взлетел будто сокол (разг.).
       Каждая      конструкция    отличается    средством       синтаксической    связи    и
морфологическими формами их выражения:
       I и YI – глагол+союз+существительное в им. падеже
       II – глагол+союз+существительное в дат. падеже
       III – глагол+существительное в твор. Падеже
       IY – глагол+наречие

                                                                                         54


       Y – глагол+союз+существительное в род. Падеже
      Аналогичную, хотя и не идентичную, парадигму может составить и употребление
данных конструкций при прилагательном (тогда сравнительный оборот выполняет роль
уточняющего определения или обстоятельства меры и степени). Например: стремительный,
как сокол, по- соколиному, подобно соколу, будто сокол, вроде сокола. Иногда
сравнительный оборот выступает при существительном, чаще в роли именной части
составного сказуемого: Установился полный штиль. Море как зеркало (К. Паустовский).
      Чаще всего сравнительные обороты употребляются в художественной литературе и в
публицистике с целью создания художественного образа: И вы уже (звездой средь ночи),
Скользящей поступью скользя, Идете– в поступи истома, И сердцу суждено сберечь, Как
память об иной отчизне, Ваш образ, дорогой навек…(А. Блок).
      В научном стиле сравнения также используются для более точного описания явления
или предмета путем сравнения его с известным. Например: При низких температурах
металл становится хрупким и при ударе колется, как стекло.
      Согласованные и несогласованные определения. Если в художественной речи и
публицистике определения чаще всего выполняют роль эпитетов, обладая образностью и
выразительностью, то в научном и официально–деловом стилях они выступают как
логические определения: природные богатства, экономические возможности, высокая
температура.
      Согласованные определения используются во всех стилях речи, выражая, в отличие от
несогласованных, более отвлеченное свойство: сосновая роща, весенняя распутица.
Несогласованные– более характерны для книжных стилей и выражают обычно большую
конкретность признака. Они могут обозначать принадлежность: платок матери, велосипед
отца; деятеля или носителя признака: гул самолетов; характеризовать человека или предмет
по отличительным признакам: женщина в берете, щенок с белым пятном на лбу; указывать
на материал, из которого изготовлен: статуэтка из бронзы; назначение предмета: горшок
для цветов. Большинство из них может иметь синонимы в форме согласованных
определений: материнский платок, отцовский велосипед, самолетный гул, бронзовая
статуэтка, цветочный горшок, которые по своей стилистической окраске тяготеют к
разговорному стилю.

     Типы простых предложений
      Очень большие стилистические ресурсы заключены в самой структуре простых
предложений, в разнообразии их типов. Причем между разными структурными типами
простых предложений существуют синонимические отношения. Например, существует
синонимия утвердительных и отрицательных предложений: Кто не сталкивался с этим
явлением? – Все сталкивались с этим явлением. Одновременно это синонимия
вопросительного и повествовательного предложения. Первое предложение экспрессивно
окрашено. Синонимия неопределенно–личных и безличных предложений: выдвигают
кандидатов– выдвигаются кандидаты; определенно–личных и безличных: я представляю–
мне представляется.
      Почти каждый тип простого предложения имеет определенную функционально–
стилистическую или экспрессивно– стилистическую значимость и прикрепленность к той
или иной речевой сфере.
      Обобщенно – личные предложения, выражающие афористические суждения,
характерны для народной речи и широко используются в разговорном стиле, обычно в форме
пословиц и поговорок, а также, естественно, проникают в публицистику и художественную
литературу: Соловья баснями не кормят. С кем поведешься, от того и наберешься. Тише
едешь– дальше будешь. Что посеешь, то и пожнешь.
      Широко используются в разных стилях речи неопределенно–личные предложения,
однако в зависимости от стиля эта конструкция наполняется разным семантическим
содержанием. Так, в некоторых жанрах официально– делового стиля неопределенно– личные

                                                                                     55


предложения могут употребляться с предписывающим и констатирующим значением.
Например: Препарат применяют в качестве болеутоляющего средства (Из инструкции по
употреблению лекарств). В научной речи те же конструкции используются при
формулировке законов, правил: Индукцией называют метод рассуждений, ведущий от
частных примеров к некоторому общему выводу (Из учебного пособия для 9-го класса
«Алгебра и начала анализа»).
       Неопределенность субъекта действия может сообщать этим конструкциям большие
выразительные возможности, что и используется в художественной литературе. Например:
Не спят, не помнят, не торгуют. Над черным городом, как стон, Стоит, терзая ночь
глухую, Торжественный пасхальный звон (А. Блок). В разговорном стиле эта конструкция
также употребительна: Говорят, он совсем уехал отсюда.
       Большие стилистические возможности заключены в структуре безличных
предложений, которые имеют целую гамму экспрессивных оттенков и поэтому широко
используются в художественной литературе и разговорной речи. Именно по поводу этих
предложений В.В. Виноградов, анализируя формы безличного употребления глаголов, писал,
что в них «открывается множество тончайших стилистических оттенков русского языка и
что «грамматика русского глагола органически сплетается с его стилистикой»(Виноградов
В.В. Русский язык. М., с.463.).
       Выразительные возможности безличных предложений связаны с морфологическими и
семантическими свойствами составляющих слов, и прежде всего– главного члена. Если в
роли главного члена выступают глаголы, обозначающие явления природы (Рассвело. Уже
вечереет и т.д.), то сама семантика этих глаголов, чувственно воспринимаемая читателем
или слушателем, делает эти предложения эмоционально– выразительными. То же относится
и к тем предложениям, где главный член– глагол– обозначает болезненное состояние
человека: Тошнит. Рвет. Ломит руку и др. Эмоционально– оценочны и выразительны
безличные предложения, в которых в качестве главного члена выступает группа безлично–
предикативных слов, обозначающих душевное, психическое и физическое состояние
человека: тяжело, больно, грустно, весело и т.п. Например: И скучно и грустно, и некому
руку подать. В минуту душевной невзгоды…(М. Лермонтов).
       Особую группу составляют безличные предложения, в которых главный член
выражен безлично– предикативными словами с модальным значением (нельзя, можно,
необходимо, надо и др.) и инфинитивом. В этих конструкциях объединяются категории
безличности и модальности (долженствования, необходимости). Они стилистически
нейтральны и широко используются как в художественной речи, так и в стилях официально–
деловом, публицистическом и научном: Надо вырвать радость у грядущих дней (В.
Маяковский). Необходимо принять меры к … Массу небесного тела можно определить из…
       Большой экспрессивностью и эмоциональностью отмечены, как правило, и все виды
инфинитивных предложений, которые используются в разговорной и художественной
речи. В них модальное значение (долженствование, желательность, побуждение, приказ)
выражены не лексически, как в выше рассмотренной группе безличных предложений, а
самой структурой предложения и его интонацией– восклицательной или вопросительной: А
подать сюда Ляпкина– Тяпкина! (Н. Гоголь). Ну как не порадеть родному человечку? (А.
Грибоедов).
       Риторические вопросы в форме инфинитивных вопросительных предложений с
семантикой утверждения или протеста также характерная черта разговорного синтаксиса,
используемая и в художественной речи: Любить… но кого же?.. на время– не стоит
труда…(М. Лермонтов).
       Побудительные инфинитивные предложения употребляются часто в газетной
публицистике в форме призывов: Выполнить обязательства в срок! Убрать урожай без
потерь!, а также в форме служебных команд: Знамена вынести! Свистать всех наверх!
       Номинативные предложения прежде всего принадлежат художественной речи, хотя
они используются и в некоторых жанрах публицистики. Богатые экспрессивные

                                                                                    56


возможности номинативных предложений обусловлены тем, что имя существительное–
главный член номинативного предложения– выражает одновременно и образ предмета, и
идею его существования в настоящем времени. Отсюда их лаконизм, образность,
выразительность. Они обычно употребляются в описаниях и повествованиях для
изображения динамической смены картин, а также зримости и яркости статических
описаний, очень часто– в авторских ремарках, киносценариях и пр. Часто используются
номинативные предложения в начале повествования, главы: Синий туман. Снеговое
раздолье, Тонкий лимонный лунный свет (С. Есенин).
       Большую экспрессивно – стилистическую значимость имеют и предложения
эллиптические, в которых отсутствует (пропущено) сказуемое, что делает их по сравнению
с соотносительными с ними предложениями, включающими сказуемое, более динамичными
и выразительными. Благодаря этому они находят применение в разговорной речи и в
художественной литературе: Офицер из пистолет, Теркин– в мягкое штыком (А.
Твардовский). И в ту же минуту по улицам– курьеры, курьеры (Н. Гоголь).
       Неполные предложения характерны для разговорной речи, они передают
естественность, непосредственность, живость разговорной речи и особенно употребительны
в диалогах; в монологической же речи они используются обычно для связи частей. Пропуск
слов легко восполняется из контекста или ситуации: Первый звук его голоса был слаб и
неровен и, казалось, не выходил из его груди… За этим первым звуком последовал другой,
более твердый и протяжный… за вторым– третий…(И. Тургенев).
       Гордничий: Где же он там живет?
       Добчинский: В пятом номере, под лестницей.
     Бобчинский: В том самом номере, где прошлого года подрались приезжие
офицеры… (Н. Гоголь).
     Простое осложненное предложение
       Среди разновидностей простого осложненного предложения интерес стилистов
вызывают предложения с однородными и обособленными членами.
       Однородные члены предложения. Однородные члены предложения в плане
стилистическом играют роль важного изобразительного и выразительного средства и в этом
качестве широко используются и в публицистике, и в различных стилях художественной
литературы. Там с их помощью выражается динамика, напряженность действия или
детализация какого–то явления, образуются живописные, а часто и экспрессивно
окрашенные ряды эпитетов: Милая, добрая, старая, нежная, С думами грустными ты не
дружи (С. Есенин). Напрасно упрашивал его Азамат согласиться, и плакал, и льстил ему, и
клялся (М. Лермонтов). Ты один мне поддержка и опора, О великий, могучий, правдивый и
свободный русский язык! (И. Тургенев).
       Большое стилистическое разнообразие дает использование однородных членов
предложения с союзами и без союзов, а также пар однородных членов, ср.: 1) В движении за
мир принимают участие рабочие, колхозники, учителя, врачи, ученые, артисты. 2) В
движении за мир принимают участие и рабочие, и колхозники, и учителя, и врачи, и ученые,
и артисты. 3) В движении за мир принимают участие рабочие и колхозники, учителя и
врачи, ученые и артисты.
       Попарно могут объединяться контрастные понятия– слова– антонимы, что создает
большой экспрессивно– стилистический эффект, например: Они сошлись. Волна и камень,
Стихи и проза, лед и пламень Не столь различны меж собой (А. Пушкин).
       При намеренном объединении в качестве однородных членов разнородных понятий
возникает юмористический эффект: Агафья Федосеевна носила на голове чепец, три
бородавки на носу и кофейный капот с желтенькими цветами (Н. Гоголь).
       Кроме художественной и публицистической речи, однородные члены употребляются
в научном и официально – деловом стилях (при перечислении). Здесь их использование
лишено экспрессии и служит чисто коммуникативным и познавательным целям: На
предприятиях, в совхозах и учреждениях стали шире использоваться новые формы

                                                                                     57



    
Яндекс цитирования Яндекс.Метрика