Единое окно доступа к образовательным ресурсам

Стилистика и литературное редактирование: Курс лекций

Голосов: 11

Курс лекций предназначен для студентов, обучающихся специальности "Связи с общественностью". Лекции формируют знания об основных понятиях стилистики, умения и навыки стилистической оценки текста и его литературного редактирования.

Приведенный ниже текст получен путем автоматического извлечения из оригинального PDF-документа и предназначен для предварительного просмотра.
Изображения (картинки, формулы, графики) отсутствуют.
    воспринимаются как логические сбои. Но редактор должен реально представлять пределы
«свободного» использования имён в конкретном контексте.
       В фельетоне «Полушубок под арестом» речь шла о трагикомической ситуации. У
артиста Москонцерта во время гастролей на Севере украли дублёнку. Похищенное нашли, но
владельцу не вернули, предложив подождать до суда: дублёнка стала «вещдоком» -
вещественным доказательством правонарушения. Синонимы, обозначающие этот предмет,
выстроены в тексте в следующую цепочку: сторожевого образца тулуп - дублёнка - овчинка
(без особой выделки) - шубейка - шуба - дублёный полушубок - полушубок - старая овчина -
злополучная овчина. Уточним по словарю значение приведённых слов. Тулуп -длинная,
обычно крытая сукном шуба, без перехвата, с высоким воротником. Дублёнка - дублёный
полушубок. Шубейка - легкая и короткая, выше колен шуба или телогрейка на меху. Шуба -
верхняя одежда, крытая материей. Овчина - выделанная овечья шкура и овчинка -
уменьшительное от «овчина».10 Ни современная речевая практика, ни условия контекста не
могут оправдать нарушения смыслового тождества в тексте: слишком далеки по значению
слова: сторожевой тулуп - шубейка - овчина. Фельетонист вышел за пределы допустимых
отклонений от требований логической строгости, и как результат - отсутствие сатирического
эффекта.
       Важнейший аспект проблемы логической определённости журналистского текста -
борьба с использованием имён с неясным значением и нерезким объёмом. Живая мысль
всегда оригинальна и должна быть облечена в подобающую ей форму, ясную, не
вызывающую сомнений и двояких толкований, не терпящую многословия и тягучего
изложения.
       Тяготение к усложнённой форме высказываний, употребление слов в общем,
приблизительном значении - серьёзная болезнь газетного языка, на симптомы которой
лингвисты указывали ещё в 20-е годы, говоря, что многословие, штампы придают газетным
публикациям лишь мнимую значительность, а на деле препятствуют ясному и точному
выражению мысли. С годами это лингвистическое явление приобрело статус явления
общественно-политического. Одним и тем же словом (мероприятие, обеспечить) стали
обозначать самые различные факты действительности. Конкретные значения подменялись
отвлечёнными {вопрос, проблема), из оттенков предпочтение отдавалось универсальным
{выдающийся, значительные), обозначения связей и взаимоотношений лишали конкретности
(соответствующие, отдельные). Лингвисты предупреждали: штампы опасны тем, что мы
перестаём логически мыслить, «штампованная фразеология закрывает нам глаза на
подлинную природу вещей и их отношений ... представляет нам вместо реальных вещей их
номенклатуру - к тому же совершенно неточную, ибо окаменевшую... Принимая ... линг-
вистическую формулу за живой язык, мы простое название мысли принимаем за её
содержание ... культивируемая сознательно фраза становится уже недобросовестным
приёмом» и. Но голос их услышан не был. Политизация сознания последовательно ис-
кореняла живой язык на газетных страницах.
       К.И. Чуковский в конце 50-х годов писал о языке, насыщенном штампами, что это
«жаргон, созданный специально затем, чтобы прикрывать наплевательское отношение к
судьбам людей и вещей ... уводя нашу мысль от реальной жизни, этот жаргон по самому
своему существу аморален ... вся его сила, весь его синтаксический строй представляли
собой, так сказать, дымовую завесу, отлично приспособленную для сокрытия истины. Как и
всё, что связано с бюрократическим образом жизни, он был призван служить беззаконию ...
закруглённые фразы отлично баюкают совесть».12
       Сегодня журналист обязан владеть живым и точным политическим языком. Новые
политические идеи отрицают иносказания, стёртые словесные клише, отслужившие свой век
и так удобно прикрывавшие двоемыслие политическое. Эта проблема выходит за рамки
чистой лингвистики, но строгие и непреложные законы логики должны помочь редактору
преодолеть гипноз округлой, универсальной и, на первый взгляд, бесспорной формулировки.
       Второй закон логического мышления называется законом противоречия: не

                                                                                     148


могут быть одновременно истинными противоположные мысли об одном и том же
предмете, взятом в одно и то же время и в одном и том же отношении. Этот закон
известен со времён Аристотеля, сформулировавшего его так: невозможно, чтобы
противоположные утверждения были вместе истинными. Причиной допущенных
противоречий могут быть недисциплинированность, сбивчивость мышления, недостаточная
осведомлённость, наконец, разного рода субъективные причины и намерения автора.
       Закон противоречия имеет силу во всех областях знания и практики. Нарушения его
обычно вызывают самую непосредственную и резкую реакцию читателей. Не случайно их
часто приводят в юмористических рубриках, где собраны различные курьёзы изложения:
       Порадовал Кипиани, который не только помогал обороне и организовывал атаки
своей команды, но и мастерски завершал их. Дважды после его ударов мяч попадал в
штангу. Мы надеемся, что такой уровень игры он сумеет сохранить и выступая за сборную...
       Раннее утро. Начинают просыпаться после ночной службы пограничники...
       Несмотря на то что комиссия не работает, никто её работы не контролирует...
       И сейчас, уйдя на заслуженный отдых, ветеран продолжает работать на предприятии.
       Нарушения второго закона логики в этих фразах столь очевидны, что нет
необходимости «свёртывать» суждения и подвергать их логическому анализу. Читатель
фиксирует противоречия между высказываниями, между высказываниями и своими
представлениями о затекстовой действительности, не затратив на это дополнительных
усилий. Контактные противоречия в
       пределах одной фразы или во фразах, соседствующих друг с другом, обнаружить
нетрудно, но противоречия дистантные, отделённые друг от друга значительными по
объёму участками текста, часто проходят мимо внимания редактора.
       «Жизнь А. Скафтымова прошла в одном городе», - утверждает автор журнальной
статьи, но уже в следующей фразе противоречит себе: «Уроженец села Столыпино
Вольского уезда Саратовской губернии, с детских лет питавший чувство уважения к
знаниям, труду, людям труда, здоровому, непритязательному быту; воспитанник
Варшавского университета, куда он поступил, круто порвав с домашними планами ... больше
тридцати лет он стоял за кафедрой Саратовского университета и педагогического
института». Оказывается, не в одном городе, а в двух, да ещё и в селе Столыпино жил
Скафтымов. Но и это ещё не всё. На следующей странице читаем: «Получив в 1913 году
диплом Варшавского университета, двадцатитрёхлетний учитель словесности Астраханской
и Саратовской гимназий, он не растерял среди монотонных провинциальных педагогических
будней влечение к научному творчеству». Выясняется, что к Варшаве и Саратову следует
прибавить ещё и Астрахань. В этом тексте противоречия заметить уже труднее.
       Чтобы обнаружить так называемые неявные противоречия, редактору недостаточно
просто сопоставить высказывания, от него требуются дополнительные мыслительные
операции. Приведем элементарные примеры, где следует провести подсчёт, чтобы выявить
противоречия.
       С 15 декабря будет организована здесь продажа новогодних елок. Около двух тысяч
штук поступит их в магазин, это на три тысячи больше прошлогоднего.
       Войнич скончалась в Нью-Йорке в возрасте 95 лет, немного не дожив до столетия со
дня смерти своего знаменитого отца математика Джорджа Буля.
       Мимо внимания редактора не могут пройти даже неполные противоречия.
Малейшая логическая неточность в тексте должна быть им замечена. Когда, рисуя сценку
городской жизни, журналист пишет: «В самом центре города ... ещё и сегодня можно
услышать заунывные звуки шарманки. Её ручку усердно накручивает бородатый старик в
картузе...», и на следующей странице сообщает: «Говорят, что шарманок в Аргентине сейчас
осталось всего четыре», редактор вправе задуматься о правдоподобии этой сценки и её
типичности.
       Если с точки зрения логики проанализировать некоторые приёмы изложения,
нарушения закона противоречия можно обнаружить и здесь. Когда мы говорим читателю:

                                                                                    149


«Мне нечего сказать о голосе Татьяны Синицыной», разговор, казалось бы, должен на этом
закончиться. Действительно, стоит ли его вести, если сказать нечего? Тем не менее автор
очерка «проникаясь чувствами» не только продолжает свой рассказ, но и характеризует
голос певицы довольно подробно: «...сказать о силе голоса (которую, кстати сказать, певице
приходится сдерживать, петь вполголоса, чтобы не нарушить эстетическое чувство меры), о
его диапазоне, о неповторимом тембре...» Налицо нарушение второго закона логического
мышления.
        В постоянном логическом контроле нуждаются, в частности, приёмы газетного
репортажа, которые в силу своей традиционности часто формализуются настолько, что
пишущий забывает о том, что их следует соотнести с действительностью. «Начать наш
репортаж мы хотели с «экскурсии» по Олимпийской деревне, по завтрашним «деревенским»
улицам. Но потом подумали, что вряд ли в этом есть необходимость», - так попытался
репортёр отойти от штампованного приёма, но вскоре всё-таки оказался на строительстве.
«Стоишь у подножия стройных, элегантных домов, то бело-голубых, то бело-вишнёвых.
Пробираешься, уступая дорогу машинам, к необычных форм зданиям культурного центра.
Бродишь по пустым и гулким пока залам бытового комплекса...» -сообщает он читателю.
        «Не знаешь - не пиши!» - с такой надписью вернул однажды В. Овечкин автору на
переделку заметку, которая начиналась словами: «Не знаю...»13
        Нарушения закона противоречия в текстах, содержащих практические рекомендации,
особенно опасны. Когда в брошюре, адресованной лектору, утверждается: «Чтобы слово
достигало эмоционального воздействия, оно само должно быть страстным, гневным,
проникнутым чувством», и на той же самой странице пишется:
        «Пусть манера разговаривать со слушателями будет не броской. В основе успеха
оратора - деловитость ... поэтому говорящий суховато преуспевает всё же больше, нежели
тот, кто говорит образно, эмоционально-приподнято...» Которому из этих двух советов
должен следовать лектор? Такая книга — плохой помощник.
        Редактор должен провести тщательный анализ текста в целом, чтобы выделить
противоположные по мысли пары высказываний, выявить и сформулировать противоречия.
Знание закона противоречия нужно редактору не только для оценки чужого материала.
Требуя от автора непротиворечивости суждений, он в своих рекомендациях обязан строго
следовать этому закону, помня о том, что анализ не допускает логической противоречивости.
        Третий закон логического мышления — закон исключённого третьего — гласит:
из двух противоречащих высказываний в одно и то же время, в одном и том же отно-
шении одно непременно истинно. Третьего не дано. Аристотель формулировал этот закон
так: не может быть ничего посредине между двумя противоречащими суждениями.
        Третий закон обеспечивает связность, непротиворечивость мысли, служит
основанием для выбора истинного суждения.
        Точность подбора противоречащих высказываний, чёткость их формулировки,
конструктивная ясность текста делают очевидным действие этого закона, способствуют
логической определённости изложения, позволяют достичь последовательности развития
мысли.
        Непременное условие соблюдения третьего закона логики -сопоставляемые
высказывания должны быть действительно противоречивыми, т. е. такими, между которыми
нет и не может быть среднего, третьего, промежуточного понятия. Они должны исключать
друг друга. Когда автор очерка о лётчике пишет: «Человек на земле может быть и мягким, и
деликатным, а в полёте - собранным, волевым», он нарушает этот закон. Перечисляемые
качества характера не исключают друг друга. Уязвимо с позиций логики и следующее
суждение, адресованное молодым журналистам: «Журналист в результате своего
«расследования» явлений жизни выступает либо в поддержку всего нового, передового,
прогрессивного ... либо непримиримым борцом со всем отжившим, со всеми социальными
болячками...» Противопоставление в данном случае явно не состоялось.
        Формулировка альтернативы - приём, присущий энергичной манере изложения:

                                                                                      150


мысль требует ясности формы, сам приём -точности исполнения. В дискуссионных
материалах, в острых интервью это проявляется особенно отчётливо. Так, задав однажды
ведущему популярной в начале 90-х годов передачи «600 секунд» А. Невзорову вопрос:
какой он человек - добрый или злой? — тележурналист явно рассчитывал получить
однозначный ответ. Однако такой ход. беседы не устраивал Невзорова, и он легко ушёл от
ответа: «Опять-таки очень абстрактное представление — добрый или злой. Вот Пожарский с
Вашей точки зрения, добрый или злой?» В чём просчёт задававшего вопрос? Понятия
«добрый» и «злой» с позиций строгой логики не являются противоречащими, они не
исключают полностью друг друга. В определённых условиях между ними возможно
существование некоего третьего понятия. Этим и пользуется Невзоров, переводя разговор на
оценку известной всем личности Пожарского и собираясь, видимо, сообщить сведения,
которые позволят выявить промежуточное звено между понятиями «добрый» и «злой»,
чтобы доказать несостоятельность предъявленной ему альтернативы. Беседа изменила своё
русло.
       Третий закон логического мышления важен для редактора и как инструмент при
профессиональной оценке текста: отвергая один вариант текста, принимая другой, редактор
опирается на этот закон.
       Четвёртый закон логического мышления — закон достаточного основания —
требует, чтобы всякая истинная мысль была обоснована другими мыслями, истин-
ность которых доказана. Соблюдением этого закона достигается обоснованность
мышления, обязательное условие мышления правильного. Логика высказываний считает
обоснованность мышления общим методологическим требованием и рассматривает ряд
законов, обеспечивающих его выполнение (закон двойного отрицания, тавтологии,
симплификации, конъюнкции и др.)
       В любом рассуждении наши мысли должны быть внутренне связаны друг с другом,
вытекать одна из другой, обосновывать одна другую. Истинность суждений должна быть
подтверждена надёжными доказательствами. Четвёртый закон формулирует это требование в
наиболее общем виде. Достаточность основания истинности суждений в каждом конкретном
случае - предмет рассмотрения специальных наук, логическая обоснованность -необходимое
качество каждого журналистского выступления.
       Именно обоснованности суждений недостаёт газетной рецензии на книгу И.
Долгополова «Рассказы о художниках». Отрывок из этой рецензии мы приводим ниже:
       Тот, кто читает журнал «Огонёк», не может не обратить внимания на серию статей,
посвященных творчеству художников. Многие из этих статей - точнее рассказов -
принадлежат Игорю Долгополову. Разумеется, любой такой рассказ должен нести в себе ту
дозу информации, без которой нет документального рассказа, а тем более - статьи. То, что
пишет И. Долгополов, - это, скорее всего, именно рассказы. То есть необходимая информа-
ция сочетается с формой подачи её. А эта форма более всего напоминает рассказ.
       Поэтому совершенно правомерно, что тридцать рассказов И. Долгополова оказались
под одним красивым тёмно-зелёным переплётом. И название книги «Рассказы о
художниках» - соответствует содержанию её.
       В этом отрывке из 28 газетных строк логических неточностей много. В частности,
автору следует задать вопрос: в чём же он усматривает правомерность того, что тридцать
рассказов Долгополова оказались под одним тёмно-зелёным переплётом? И потому, что
ответить на этот вопрос нетрудно, ещё более досадна небрежность изложения, затемняющая
совсем не сложную мысль и запутывающая читателя.
       Причиной недоказательности изложения могут быть не только поверхностность
знаний и небрежность формулировок, но и автоматизм мышления, когда, например,
журналист прибегает к привычным и, казалось бы, проверенным схемам типа «раньше -
теперь». Обыденное сознание часто мешает пишущему вникнуть в суть явления, вскрыть
причины происходящего. Иллюзия полной очевидности для журналиста всегда опасна. Но
особенно опасна всякая попытка подогнать факты под некую схему, какой бы «надежной»

                                                                                    151


она ни представлялась. Насилие над материалом неизбежно проявит себя/
       Мы редко встречаемся со случайным нарушением законов правильного мышления.
Гораздо чаще логическая ошибка свидетельствует о неумении дисциплинированно мыслить,
и каждый логический дефект должен служить для редактора сигналом, чтобы усилить
контроль за развёртыванием мысли в тексте. Это в равной мере справедливо для
журналистской публикации любого жанра.

                        ВОПРОСЫ ДЛЯ ПОВТОРЕНИЯ И ОБСУЖДЕНИЯ
      1. Какое значение для литературной практики журналиста и редактора имеет
знание логики?
      2. Как Вы толкуете понятие «логическая культура редактора»?
      3. Какие мыслительные операции проводятся в ходе анализа текста?
      4. В чём состоит операция логического свёртывания высказываний?
      5. Какие качества правильного мышления обеспечиваются соблюдением
основных законов логики?
      6. Приведите формулировку основных законов логического мышления.
      7. Как логически правильно построить ответ на заданный Вам вопрос?
      8. Как     проявляется    в   тексте    действие   закона   тождества на
лингвостилистическом уровне?
      9. Охарактеризуйте различные виды противоречий, возникающие в тексте при
нарушении закона противоречия.
      10. На основании какого закона логики строится альтернатива в
публицистическом тексте?
      11. Укажите типичные случаи нарушения в тексте закона достаточного
основания.

                                Лекция 19.
                 Выявление и устранение смысловых ошибок
                                      ПЛАН
      1. Смысловые ошибки, возникающие в результате использования суждений,
допускающих различные толкования или нежелательные ассоциации.
      2. Смысловые ошибки как следствие логических или стилистических ошибок.
      3. Основные причины смысловых ошибок: пропуск смыслового звена в
объявлении, неточность в употреблении слова, слова, вызывающие нежелательные
ассоциации, смешение прямого и переносного значения слова, неправильное
использование фразеологических сочетаний, неверный порядок слов в предложении.

      Остановимся на вопросе о том, влияет ли композиционная часть на состав лексики в
научном произведении. Монография и статья («малый» жанр – жанр реферата, естественно,
исключен из обследования) обычно состоят из трех основных частей – введения, основной
части и выводов (заключения). Во введении, как правило, мотивируется выбор темы, дается
ее общее толкование или излагается авторская точка зрения, приводится история вопроса.
В выводах подводится итог изложенного, подчеркиваются главные мысли работы.
Введение и выводы непосредственно связываются с основной частью.
      Анализ показал, что определенное различие по композиционным частям в
употреблении тех или иных пластов лексики имеется: в выводах больше терминов,
чем во введении, и соответственно меньше общеупотребительной и общенаучной лексики.
Однако различие по композиционным частям не так ярко выражено, как различие по
жанрам: число терминов увеличивается на ~ 10% ( а разница между жанрами составляла ~
15%), число же общеупотребительной лексики увеличивается всего на ~4%.
Наибольшее расхождение наблюдается при употреблении общенаучной лексики: в
                                                                                   152


выводах общенаучных слов нетерминологического характера почти в два раза меньше,
чем во введении.
      Доверительные интервалы средних величин в отношении этих лексических пластов
показывают, что данные по терминологической и общеупотребительной лексике
«перекрещиваются», т.е. влияние композиционной части научного произведения на эти
лексические единицы не существенно. Видимо, следует говорить лишь об общей
тенденции к увеличению терминов в выводах. По употреблению же общенаучной лексики
есть расхождения в данных, что объясняется назначением и задачами различных
композиционных частей научного произведения. Цель введения — познакомить читателя с
историей или существом вопроса, развернутое изложение и конкретизация которого
составляют содержание работы. Отсюда во введении используется большее, чем в
выводах и основной части, число общеупотребительных слов и общенаучной лексики
нетерминологического характера.
         Приведем примеры.
      «В настоящее время наметилась устойчивая тенденция к увеличению размеров и
мощностей энергетических реакторов. Эти количественные изменения потребовали
качественно нового подхода к управлению реактором как к объекту с
распределенными параметрами (в частности, все современные реакторы оснащаются
системами внутриреакторного контроля). В статье дан систематизированный обзор
многочисленных работ по пространственной динамике нейтронного поля реактора» (из
введения). – «Таким образом, предложена методика анализа устойчивости системы
регулирования распределения мощности в активной зоне, которая распространена на
случай, когда интегральная мощность реактора стабилизируется специальным
быстродействующим регулятором... Быстродействующий регулятор интегральной
мощности оказывает сильное стабилизирующее влияние на систему регулирования
распределения мощности» (из выводов).

      В ряде случаев наблюдается необычное распределение терминов в выводах и во
введении: во введении их больше, чем в выводах. Большее число терминов во введении к
некоторым работам, чем в выводах, можно объяснить тем, что авторы статей (а выборки
были взяты именно из статей) во введении излагают суть проблемы, теорию, в самой же
работе описан эксперимент. Поэтому именно во введении даны формулы, графики,
изложена теория, что, естественно, требует использования большого числа терминов. В
выводах же подобных статей часто говорится о практической ценности полученных
результатов, указываются причины данного явления и т.д. Это общие проблемы и для их
изложения требуется меньшее число терминов.
      Приведем примеры:
       «Из уравнения (2), устанавливающего связь между давлением насыщения,
перегревом теплоотдающей поверхности и масштабом микрогеометрии поверхности,
можно найти давление насыщения, соответствующее началу устойчивого кипения при
заданном перегреве теплоотдающей поверхности, для различных жидкостей, кипящих на
одинаковых поверхностях теплообмена» (из введения). «3. Большинство работ по
теплообмену в процессе кипения щелочных Металлов выполнено при низких давлениях,
где возможно существование неустойчивого режима кипения. Это обстоятельство является
одной из основных причин значительного разброса экспериментальных данных,
приведенных в работах различных авторов. 4. Профиль температуры в кипящей воде в
безразмерных координатах может быть описан единой зависимостью...» (из выводов).
      Чтобы определить влияние способа изложения (описание, повествование,
рассуждение) на лексический состав научного текста, были обследованы тексты из
монографии «Гидравлика СУЗ ядерных реакторов», журналов «Атомная энергия» и
сборника «Вопросы теплофизики ядерных реакторов». Общий объем выборок по каждому

                                                                                153


из способов изложения составил 500 знаменательных слов, объем минимальной выборки –
50 знаменательных слов. Из подсчетов исключались цифры, формулы, символы, таблицы,
рисунки, имена собственные, номенклатуры. Слова, соединенные дефисом, принимались за
одно слово, так же как и аббревиатуры. Подписи под рисунками и заглавия не
обследовались. Для обследования брались лишь те части текста, в которых способ
изложения представлен в «чистом» виде.
      Как показывают данные, влияние способа изложения на лексический состав научной
прозы несущественно1. Объясняется это, видимо, характером исследуемого материала. В
монографии много терминов, так как здесь описываются различные механизмы, приборы,
применяемые в ядерных реакторах, с перечислением деталей, из которых состоит
механизм. Например:
      «В (188) описан реечный привод для судового кипящего реактора. Регулирующий
стержень перемещается посредством электродвигателя через электромагнитную муфту,
червячную и зубчатую передачи с шестерней, которая находится в зацеплении с рейкой,
соединенной с регулирующим стержнем»; «привод помещен в корпус 5, включает трубу
6, образующую вместе с регулирующим стержнем 7 и головкой стержня гидроцилиндр
с двумя рабочими полостями».
       В статьях, которые часто представляют собой отчет об экспериментальной работе с
описанием экспериментальной установки, ее конструкции и принципа действия (именно
этот тип описания преобладает), тоже достаточное число терминов. Например:
      «Возбуждение минерала осуществляется генератором ультразвуковых колебаний.
Оптическая часть установки — скамья ... и длиннофокусный телеобъектив. Источником
света служит лампа… Для измерения давления газов используется образцовый
манометр».
      В описании физических свойств материалов терминов меньше, преобладает здесь
общенаучная и общеупотребительная лексика:
      «Расплав обладает хорошей жидкотекучестью и довольно полно сливается из
тигля при его наклоне. Слиток свободно извлекается из стальной изложницы. Сплав
весьма хрупок, в изломе имеет серебристо-белый цвет. Брикеты двуокиси в процессе
вскрытия сохраняют свою форму...».
      При повествовательном способе изложения, когда речь идет о сведениях
исторического характера, терминов используется еще меньше.
      Однако большинство обследованных повествовательных текстов иного
характера – в них сообщается о ходе научных экспериментов. Процент терминов здесь
очень высок. Например:
      «Зонды использовались для измерения пространственного распространения полей и
для фазовых измерений. В последнем случае применялась измерительная линия, на
которую через развязывающие аттенюаторы поступал сигнал с измерительного зонда и
опорный сигнал с петли... Вдоль щели измерительной линии перемещался зонд, сигнал с
которого через детектор поступал в осциллограф. Этот сигнал фотографировался...».
      Следовательно, в научных описательных и повествовательных текстах лексический
состав примерно одинаков.
      Что же касается текстов-рассуждений, то, хотя в исследованных работах
расхождения по сравнению с описанием и повествованием и не велики, все же вывод этот
требует проверки и уточнения на более обширном материале, так как отклонения
выборочной частоты от средней оказались весьма значительными.

1
 Способ изложения, однако, весьма существенно влияет на отбор и особенности употребления
морфологических единиц в научном тексте. Об этом свидетельствуют данные исследований М.Н. Кожиной,
касающиеся частоты употребления разных временных форм глагола. (См.: Кожина М.Н. О речевой систем-
ности научного стиля сравнительно с некоторыми другими. Пермь, 1972, с. 211.)

                                                                                              154


          Рассуждения в математическом тексте предельно терминированы. Например:
     «Решая уравнение установившегося движения жидкости в концентрической
щели с движущейся стенкой и используя уравнение неразрывности (3,1), получим
следующее выражение для перепада давления в щели.
      Полагая, что сила воздействия потока жидкости на удлиненное цилиндрическое
тело в канале складывается из касательной силы, равной произведению касательного
напряжения на площадь боковой поверхности тела, и нормальной (силы, равной
произведению перепада давления в щели на площадь торца тела..., получим следующее
выражение силы динамического воздействия жидкости на тело...».
      Если же рассуждение представляет собой осмысление результатов эксперимента,
то число терминов снижается за счет общенаучной лексики. Например:
      «В принципе наличие водной фазы может оказывать влияние на радиолиз системы;
либо благодаря – устранению вещества из органической фазы, либо за счет экстракции
ДБФ в водную фазу, где его молекулы подвергаются воздействию активных
промежуточных продуктов радиолиза воды. Первая причина не может быть
существенной... Вторая из указанных причин является более приемлемой».
      Различен процент терминологической, общенаучной и общеупотребительной лексики
и в различных элементах научно-справочного аппарата (в прикнижной аннотации,
предисловии, в именном и предметном указателях и т.д.).
      Прикнижная аннотация к научной книге отличается высокой тер-минированностью.
Например: «В настоящей книге изложены логико-математические основы общей теории
синтеза логических схем дискретных (цифровых) автоматов с учетом простейших
соображений надежности… В ней рассматриваются также общие принципы блочного
синтеза автоматов с микропрограммным управлением. Книга рассчитана на широкий круг
специалистов (прежде всего математиков и инженеров), интересующихся проблемами
логического синтеза электронных цифровых машин»1.
      В предисловии, призванном освещать такие вопросы, как основные задачи работы,
ее отличительные особенности и главнейшие разделы, характер построения и изложения
материала, широко представлены общеупотребительные термины и меньше — узко-
специальные.
      В таком важнейшем элементе аппарата научной книги, повышающем научную и
справочную ценность издания, как указатели, представляющие собой аналитическое
содержание книги, процент терминологической лексики велик. В предметном указателе,
задача которого — представить все основные понятия данной книги, термины занимают
основное место в лексическом составе. Так, в приводимом примере их более половины.
      Таким образом, полученные результаты исследования лексики научного
произведения показали высокую сходимость результатов по частотности употребления
терминов в разных композиционных частях научного произведения (в ряде случаев даже
большее число терминов во введении, а не в выводах), а также очень высокую
сходимость результатов по частотности употребления тех или иных пластов лексики в
текстах, различающихся по способу изложения.
Полученные результаты свидетельствуют, что такие экстралингвистические факторы, как
«композиционные части работы» и «способ изложения», не оказывают существенного
влияния на лексический состав научного произведения, а такой экстралингвистический
фактор, как «жанр», оказывает весьма существенное влияние на отбор лексики в
научном тексте.

                              ВОПРОСЫ ДЛЯ ПОВТОРЕНИЯ И ОБСУЖДЕНИЯ

1
    Глушков В.М. Синтез цифровых автоматов. М., 1962.

                                                                                   155


      1. Каковы основные типы смысловых ошибок?
      2. Какие Вы знаете причины возникновения смысловых ошибок?
      3. Приведите примеры различных видов смысловых ошибок и способы их
исправления.

                                 Лекция 20.
                Работа над композицией авторского материала
                                        ПЛАН
      1.     Работа над композиционном построением как важнейшая составная часть
редактирования рукописи.
      2.     Выбор композиционного построения текста в зависимости от замысла
автора, назначения произведения, его содержания и жанра.
      3.     Осмысление редактором текста как единого целого, составление плана,
установление саморазмеренности отдельных частей.
      4.     Проверка избранной автором последовательности изложения.
      5.     Введение рубрикации для более четкого членения текста. Проверка и
установление редактором правильности разделения теста на абзацы.
      6.     Задачи редактора по устранению погрешностей и штампов в
композиционном построении текста.

       С чего следует начинать редактирование рукописи? Ответ на этот вопрос
определяется многими причинами: содержанием и целью материала, читательским адресом,
наконец, индивидуальной методикой редактора. И тем не менее, когда редактор начинает
работу с устранения недочётов языка и стиля, подчёркивает их в тексте, предлагает автору
сразу же внести исправления, можно с уверенностью сказать, что это редактор
неискушённый. Часто весь его кропотливый труд оказывается напрасным, так как при более
внимательном рассмотрении рукописи в ней обнаруживаются серьёзные конструктивные
просчёты и после их исправления лексико-стилистическую правку приходится делать
заново. Стилистические особенности произведения не существуют сами по себе, и, оценивая
его литературную форму, мы должны рассматривать её как композиционно-стилистическое
единство. Целостность текста - одна из ведущих его характеристик - во многом зависит от
работы редактора над композицией авторского произведения.
       Совершенствование конструкции литературного произведения - существенный и
обычно первый этап его редактирования. Только убедившись в том, что произведение
«построено», можно переходить к работе над частностями, к шлифовке языка и стиля.
Построение литературного произведения определяется общими законами композиции в той
же мере, в какой подчиняются им произведения других видов искусства. Предлагая свои
решения частных композиционных задач, живопись, архитектура, музыка стремятся к
созданию целостного произведения, в композиции которого воплощается его внутренняя
специфика и отражаются многоплановые связи с действительностью.
       Не случайно на один из центральных вопросов теории композиции: что является
определяющим в процессе конструирования произведения - разработка отдельных элементов
или разработка связей, в результате которых возникает целое и его элементы, -представители
разных родов творчества отвечают по-разному. Художник В.А. Фаворский утверждал:
«Добиваясь цельности, я необходимо должен понять действительность в членении её на
части, предметы и вещи, и понять отношение их друг к другу».1 Режиссёр кино С.
Эйзенштейн считал, что задача композиции - «устанавливать закономерные связи и скрепы
между отдельными частями произведения, отдельными его эпизодами и отдельными
элементами внутри эпизодов».2 Очевидно, что эта разница в трактовке целей композиции
предопределена различием в способе реконструкции действительности живописью -
статичным видом искусства, и кино - видом искусства, само название которого происходит

                                                                                      156


от слова «cinema» - движение.
       Правила построения литературного произведения известны с глубокой древности.
Цицерон, говоря о том, что пытаться изложить письменно свои мысли, не умея их ни
расположить, ни ясно выразить, ни увлечь читателя приятным слогом, может только человек,
злоупотребляющий своим временем и писанием, на первое место ставил умение
расположить свои мысли. Последовательность частей должна быть мотивированной, части -
соразмерными, а приёмы композиции определяться содержанием и характером
произведения. Прочность его конструкции достигается чётким выделением центральной
проблемы, умением отобрать необходимое и отказаться от всего лишнего, гармоничностью
сочетания частей. Композиционная полнота, необходимость и единство - требования, общие
для построения всех литературных произведений независимо от их вида и жанра. В полной
мере эти требования распространяются на произведения журналистские.
       Современная филология знает две трактовки термина «композиция» -
литературоведческую и лингвистическую - и соответственно два подхода к определению
задач композиции. Литературоведение толкует композицию широко как этап творческого
процесса, лингвистика понимает её как сочетание лингвистических единиц, составляющих
речевое произведение, определяя жанр как относительно устойчивую композиционно-
речевую схему. «Стилистика речи должна включать в себя ... учение о композиционных
системах основных жанров или конструктивных разновидностях общественной речи»,3 -
писал академик В.В. Виноградов. Изучение композиции - одно из развивающихся
направлений стилистики. Обе трактовки термина «композиция» - и литературоведческая и
лингвистическая - плодотворны при теоретическом осмыслении задач редактора и
открывают путь для его практических действий над текстом.
       Принято различать композицию художественного произведения, в основе которого
лежит сюжет, и композицию произведения, не относящегося к литературе художественной, в
основе которого лежит план, т. е. поэтический образ в первом случае, логическое построение
- во втором. Композиция информационных публикаций преследует цель - сообщить
информацию, точно передать факты, используя для этого выработанные практикой
стереотипы построения. Понятие «композиция» шире понятия «сюжет», и лишь изучение
композиции позволяет оценить авторский замысел во всём его своеобразии и сложности,
помогает выяснить роль различных вне сюжетных включений - лирических отступлений,
различных композиционных рамок и других авторских приёмов.
       Как известно, первое знакомство читателей с романом М.Ю. Лермонтова «Герой
нашего времени» произошло по журнальным публикациям. Причём последовательность, в
которой излагались события, была не той, какую мы видим сейчас в романе. Готовя
отдельное издание, Лермонтов нашёл способ так связать повести между собой, что они
раскрыли историю характера его героя. Три повести: «Тамань», «Княжна Мэри» и
«Фаталист» - составили журнал Печорина, а повести «Бэла» и «Максим Максимыч»,
включившая в себя краткое предисловие к журналу, были поставлены в начало книги. И
вскоре после выхода в свет первого издания «Героя нашего времени» В.Г. Белинский писал:
«Роман г. Лермонтова проникнут единством мысли, и потому, несмотря на его
эпизодическую отрывочность, его нельзя читать не в том порядке, в каком расположил его
сам автор: иначе вы прочтёте две превосходные повести и несколько превосходных рас-
сказов, но романа не будете знать. Тут нет ни страницы, ни слова, ни черты, которые были
бы наброшены случайно: тут всё выходит из одной главной идеи и всё в неё возвращается».1
       Чтобы из отдельных повестей получилось новое произведение, Лермонтов не написал
ничего нового. Он ограничился минимумом: точно расположил материал, сделал небольшие
связки, убрал несколько фраз, т. е. проделал редакторскую по своей сути работу.5
       Чем сложнее по замыслу произведение, тем обычно сложнее его композиция,
отражающая различные сдвиги во времени, вводящая рассказ от лица разных героев.
Чёткость построения -необходимое требование к произведениям публицистики. Искусство
публициста подразумевает как обязательное условие продуманность композиции, умение

                                                                                      157



    
Яндекс цитирования Яндекс.Метрика