Единое окно доступа к образовательным ресурсам

Стилистика и литературное редактирование: Курс лекций

Голосов: 11

Курс лекций предназначен для студентов, обучающихся специальности "Связи с общественностью". Лекции формируют знания об основных понятиях стилистики, умения и навыки стилистической оценки текста и его литературного редактирования.

Приведенный ниже текст получен путем автоматического извлечения из оригинального PDF-документа и предназначен для предварительного просмотра.
Изображения (картинки, формулы, графики) отсутствуют.
    редактором и были внесены в текст изменения, идущие вразрез с волей автора, важно
выяснить, почему это было сделано.
       Трудность отыскания источников – реальное препятствие на пути изучения истории
редактирования. Многие книги, без упоминания которых нельзя обойтись, давно стали
библиографической редкостью. В аннотациях Н.П.Смирнова-Сокольского к собранным им
книгам русских писателей часто оговорено: «издание крайне редкое», а некоторые книги
XVIII века имеют помету: «величайшая редкость». К тому же то, что найдено, обследовано
мало или прочитано весьма поверхностно. Но поиски необходимо вести, и они часто бывают
успешными. Не случайно находка всего четырех страниц «Азбуки», изданной Иваном
Федоровым в Остроге в 1578 г., которая до этого была известна всего в двух экземплярах,
хранящихся за рубежом, стала сенсацией. Листки были извлечены из сборника, содержащего
несколько различных сочинений, и расширили наши представления о востребованности
русских учебников грамоты. Другой пример. В XVII и первой четверти XVIII в.
существовало положение, по которому типография была обязана хранить рабочий
корректурный экземпляр книг. Некоторые издания Петровской эпохи сохранились именно в
виде корректурных листов с редакторскими пометками и исправлениями. Эти корректурные
листы пережили петербургские наводнения и несколько массовых уничтожений, которым
были подвергнуты книги, не нашедшие сбыта. Сегодня это важнейший документ, который
свидетельствует о том, как создавались в России книги практических знаний.
       В тех случаях, когда прямых источников не удается отыскать, помогают источники
косвенные – мемуары, письма, архивные документы. Сравнение текстов официальных
документов, рабочих записей Пушкина и текста «Истории Пугачева» делает очевидной не
только роль Пушкина в формировании нашего литературного языка, но и его по-редакторски
тщательную работу над текстом. Обращение к архивным источникам, воспоминаниям
современников, публикациям периодики позволило впервые восстановить историю издания
П.А.Ефремовым «Сочинений Александра Николаевича Радищева», тираж которых в 1873 г.
был пущен под нож по распоряжению Комитета по делам печати. Немногие уцелевшие
экземпляры – свидетельство общественной позиции редактора и его высокого
профессионализма.
       Задача истории редактирования – обнаружить и осмыслить те закономерности, те
основные направления, по которым идет процесс развития этой отрасли знания. И только в
свете этих закономерностей каждый образец редакторской работы над текстом может быть
оценен правильно.
Традиции древних книжников
       Древних рукописных книг до нас дошло сравнительно мало, причем все это –
рукописи на пергаменте, украшенные рисованными заставками, многие прекрасно
иллюстрированы. Поэтому долгое время считали, что книга на Руси была вообще доступна
лишь церковникам и немногим представителям высших сословий. Академик А.С.Орлов
предположил, что вывод этот неправомерен: многие книги вращались и в среде малоимущей,
не имели роскошного оформления и до нас не дошли.
       Неровно обрезанные кусочки бересты с нацарапанными на них буквами, найденные в
1951 г. новгородской археологической экспедицией под руководством академика
А.В.Арциховского, заставили по-новому ответить на вопрос о грамотности на Руси, о
распространении культуры, об уровне этой культуры. Берестяные грамоты были найдены в
Новгороде, Старой Руссе, Смоленске. Стало понятным назначение инструмента из кости,
железа или меди – «писала», который и раньше находили при раскопках.
       Эти факты заставили пересмотреть некоторые взгляды на историю книги,
представления о количестве книг, существовавших на Руси до нашествия монголо - татар. Со
времени принятия христианства (с988 г.) до 1240 г., по данным о строительстве церковных
зданий, выяснено, что на Руси было около 10 тысяч церквей и около 200 монастырей. Для
совершения церковной службы нужно было не менее восьми книг («Евангелие», «Апостол»,
«Псалтырь», «Требник», «Общая минея», «Триодь постная» и «Триодь цветная»,

                                                                                    108


«Служебник»). Следовательно, по самым скромным подсчетам, всем церквам требовалось
для богослужения около 85 тысяч книг.
       Но кроме книг духовных существовали еще и книги светские. Их, конечно, было
меньше, что подтверждается количеством книг, дошедших до нас. Так, до нас не дошел ни
один список «Слова о полку Игореве», но сохранилось около 100 рукописных «Апостолов» и
почти 400 «Евангелий». Общая цифра, которой исчисляется предположительное количество
рукописных русских книг в домонгольский период, - 100 тысяч экземпляров. Даже если эта
цифра завышена, все же можно говорить и о развитой традиции в книжном деле, и о
профессионализме людей, создавших книги.
       Традиции рукописной книги тем более заслуживают внимания, что с появлением
печатных книг рукописная книга продолжила существовать. Довольно долго, около двух
столетий, они бытовали параллельно, и рукописные книги оказывали определенное влияние
на печатные не только в качестве их предшественников, но и в качестве современников. До
1600 г. было напечатано всего 18 книг, при царях Михаиле Федоровиче и Алексее
Михайловиче – по 187. Тираж их был невелик. Долгое время книгопечатание являлось
монополией церкви и государства, заинтересованных, прежде всего, в издании книг
духовных. Удовлетворить потребность в чтении книгопечатание в ту пору не могло,
печатные книги не отражали развития общественной мысли и литературы.
       Исследователи древней русской литературы нередко прибегают в своих трудах к
терминам «редактирование», «редактор». «редакторский текст». Современные авторы
пользуются ими настолько широко, что, обнаружив в древних памятниках какие-то
неточности и несоответствия, склонные обвинить древних книжников чуть ли не в
«редакторском недосмотре». Подобные заключения представляются поверхностными и
лишенными исторического обоснования. Условия создания древней книги не позволяют
выделить редакторскую работу над рукописью в самостоятельный процесс: сама книга была
рукописной, и, добавим, существовала как экземпляр единственный, уникальный. Первой
(по порядку возникновения) обязанностью редактора принято считать заботу о точности
воспроизведения текста. Однако многие обязанности, возложенные теперь на редактора,
существовали и в древнейший период истории книги, они были поделены между
переводчиками и составителями различных сборников, с одной стороны, и переписчиками –
с другой.
       Переводчики, хорошо знакомые с византийской и болгарской книжностью, а через
нее часто и с произведениями древних классиков, переводя книги, постигали искусство
изложения, законы литературной формы. Они переносили это искусство в свои переводы и
выступали в роли соавторов литературных произведений. Анализ перевода «Истории
Иудейской войны» Иосифа Флавия, одного из самых популярных памятников литературы
Киевской Руси, и других переводных произведений позволил сделать вывод о том, что
переводчик часто был не рабом, а скорее соперником автора, творчески подчинял его
положения своей основной идее. Переводчики стремились к тому, чтобы сделать содержание
более доступным и интересным для читателя.
       Различные сборники хрестоматийного типа – «Изборники», «Пчелы», «Палеи» - были
излюбленной книжной формой в Древней Руси. Подбирая произведения для сборников,
располагая их, приспосабливая содержание этих произведений к нуждам дня, составители
выполняли во многом ту же работу, которая сегодня возложена на составителей хрестоматий
и различных однотомников.
       Даже выполняя чисто технические задачи, переписчики часто вносили в текст
древней книги изменения. Об их активном отношении к тексту свидетельствуют различные
вставки, комментарии, обращения к читателю, которые мы встречаем в книгах: «О человече,
ежели с трудолюбием будешь прилежать к Божественному писанию, то три блага получишь:
первое от своих трудов пропитаешься, второе – беса праздности прогонишь, третье – с Богом
беседовать будешь». В приписках писцы нередко жаловались на трудности своего дела.
Усердия и искусства требовало красивое письмо, соблюдение всех строчных и надстрочных

                                                                                     109


знаков, украшение книг заставками и заглавными буквами. И чем меньше изощрен был
переписчик в книжной премудрости, тем более вероятны были описки, ошибки и прямые
искажения текста.
       Переписчик обычно заканчивал книгу благодарностью Богу и обращением к
читателям – просьбой о снисхождении к его труду. Иногда эта заметка от переписчика
содержит сведения о том, где, когда и кем переписана книга, иногда – это выражение
радости по поводу окончания работы. Приписки на полях Новгородских служебных мнений
(1095-1097 гг.) сообщают, что над книгой трудился монах Яков, который в миру звался
Демкой, затем Михаил в лето 5604 (1096 г. по нашему летосчислению). Переписчик
летописи Нестора заканчивает ее словами: «Радуется купец, прикуп сотворив, и кормчий во
отишье пристав, и странник во отечество свое пришед, тако радуется и книжный спасатель,
дошед конца книгам».
       Период до монголо-татарского нашествия сохранил для нас мало имен создателей
литературных произведений.
       «Литература Древней Руси не была литературой отдельных писателей: она, как и
народное творчество, была искусством надындивидуальным. Это было искусство,
создававшееся путем накопления коллективного опыта и производящее огромное
впечатление мудростью традиций и единством всей, в основном безымянной письменности»,
- писал академик Д.С.Лихачев. Отсюда и то свободное отношение к тексту литературного
произведения, когда практически невозможно отделить создателя литературного
произведения от его обработчика, первичный авторский текст – от текста обработанного. Но
уже в тот период книги были не одинаковы по своему типу. Различие их определялось,
прежде всего, содержанием и назначением. В зависимости от этого и характер возможного
вмешательства в текст был различен
       Книги церковные более других обладали каноническим, узаконенным текстом. Книги
исторического содержания – летописи и хроники – стремились к возможно более высокой
степени точности в описаниях событий, и для достижения этой цели не были
противопоказаны уточнения и внесение новых сведений переводчиками и переписчиками.
       Первоначальный текст «Повести временных лет» - памятника, от которого ведут свое
начало и русская история и русская литература, - не дошел до нас. Мы располагаем более
поздними вариантами, в которых этот текст уже значительно изменен. Сложная история
памятника дала основания для различных, иногда взаимоисключающих концепций
относительно его создания. Исследователи называют имена двух редакторов летописи:
Василия, работавшего по заказу Владимира Мономаха, и новгородца Добрыни Ядрейковича.
Тщательный анализ фактов и сопоставление манеры изложения позволили обнаружить
пропуски и дописки более поздних времен, выявить своеобразные «швы» и противоречия,
которые вызваны позднейшим вмешательством в текст.
       XVI век – время утверждения идеи государственности – сохранил для нас много
авторских имен. Появились литераторы-профессионалы. Широкое распространение
книжности свидетельствовало о том, что книги в Русском государстве ценились высоко. Но
увеличение количества книг не могло не отразиться на их качестве. Переписчики искажали
тексты. Особенно отчетливо это было видно на книгах духовного содержания, где вопрос о
каноническом тексте часто перерастал в вопрос политический.
       Централизация государственной и церковной власти при Иване Грозном вызвала
возникновение всевозможных «ересей», оружием своим избиравших различные толкования
Священного Писания. Так, «по-своему» толковал текст «Апостола» Матвей Башкин. Он
отпустил холопов на волю, обосновывая этот неслыханный по тому времени поступок
заповедью «Апостола»: возлюби ближнего своего, яко сам себе». Он отрицал почитание
икон и необходимость покаяния, а Священное Писание называл баснословием. В деле о
ереси Башкина было записано, что он весь «Апостол» «извочил», то есть покрыл его воском,
отмечая места, на которые хотел обратить внимание. Башкина казнили.


                                                                                    110


       Царь поручил исправление богослужебных книг «искусному в Божественном
Писании» Максиму Греку, которого вызвали с Афона еще в царствование Ивана III для
перевода с греческого «Ученой Псалтыри».
       Но и эти меры не остановили порчу книг. Единственным радикальным средством
положить конец искажениям текста богослужебных книг оказалось только книгопечатание.
       Царствование Ивана Грозного было периодом грандиозных для своего времени
литературных предприятий обобщающего характера, призванных подкрепить идею единой
государственной власти.
       В 50-е г. XVI в. были составлены «Четьи-Минеи» - «Собрание всех книг, чтомых на
Руси». Работу возглавил митрополит Макарий. Факт этот, возможно, отчасти объясняется
тем, что Макарий, бывший сначала архиепископом Новгородским, представлял собой в
какой-то степени хранителя новгородских книжных традиций. Ведь именно в Новгороде в
конце XV в. была создана так называемая «Геннадиевская Библия», грандиозный по своему
замыслу литературный труд.
       «Четьи-Минеи» составлялись более двадцати лет. Их целью было дать русскому
читателю санкционированное церковью чтение на каждый день. Всего было задумано 12
томов, по числу месяцев в году. И хотя писались они многими писцами, поиски текстов были
очень трудны, а сами тексты по характеру крайне различны, все тома объединяют
художественная согласованность, единообразие, каллиграфическая однотипность. Это
позволяет сделать заключение о высоком качестве подготовки книг, об их единстве. Твердая
рука объединила разрозненные произведения в единое литературное целое.
       В XVI в. были созданы «Домострой», «Стоглав» и знаменитый Никоновский
летописный свод – огромный труд в девяти томах, всемирная история «от сотворения мира»
до царствования Грозного. Лицевой свод этой летописи написан четкими рисованными
буквами, полууставом и обильно украшен цветными миниатюрами. Всего в Лицевом своде
16 тысяч рисунков. Начал редактирование свода Алексей Адашев, продолжил думный дьяк
Иван Михайлович Висковатый. Тома писались на великолепной бумаге, купленной во
Франции из королевских запасов, лучшей бумаге, которую можно было в то время иметь.
Продукция первых московских бумажных мельниц была еще далека от совершенства.
       Первые тома включали пересказ Ветхого и Нового Завета, дополненный
византийскими хрониками и другими переводными источниками. Затем следовал рассказ о
русской истории. Палеографы восстановили характер редакторской работы над
иллюстрациями. Сюжеты для миниатюр намечались заранее, и те места в тексте, где их
надлежало поместить, отмечены в оригинале каплями воска. Так переписчику указывали, где
он должен оставить место для рисунка, а художнику указывали сюжет.
Первые печатные книги. Иван Федоров как редактор
       Печатные книги были известны в России с конца XV в. Это были книги на
славянском, греческом, латинском языках. В «Апостоле» 1564 г., первой русской печатной
книге, Иван Федоров ссылается на греческие, венецианские и фряжские (итальянские)
образцы, но выход «Апостола» в свет – событие, значение которого трудно переоценить. Оно
знаменовало собой начало новой эпохи в культурной жизни народа. Введение
книгопечатания было результатом сложных процессов в политической и экономической
жизни страны. Одной из причин была необходимость снабдить книгами церкви в
завоеванных Казанских землях.
       Подготовка первых печатных книг длилась долго, около десяти лет, и подготовлены
они были хорошо, о чем говорят и подбор шрифтов, и качество печати, и рисунки.
       Не установлено, где и у кого учился Иван Федоров, но он в совершенстве владел
всеми типографскими специальностями, был гравером, наборщиком, печатником, сам
изготовлял шрифты.
       Книги, изданные им, были в основном духовного содержания, но уже по своему
внешнему виду они отличались от тех, по которым служили во время сложного и
торжественного храмового действа. Церковные книги имели богатый и тяжелый переплет.

                                                                                    111


Евангелия соборные были окованы золотом и серебром и по внешнему виду скорее
напоминали сундучки, чем книги.
       Назначение книги как предмета церковного обихода влияло и не ее внутреннее
оформление, предопределяло пропорцию книжной полосы, выбор шрифтов. Иван Федоров
издавал книги уже не для литургии, а для личного пользования, не для церковной службы,
когда книги лежат на аналое, особом, предназначенного для этого столе, а для чтения «про
себя».
       «Апостол», «Новый Завет», изданный Федоровым в 1580 г. в Остроге, «Острожская
Библия», изданная в 1581 г., - книги относительно небольшого формата с мелким и изящным
шрифтом. Оформление их рассчитано на читателя, который будет читать, держа книгу в
руках.
       Текст «Апостола» набран в две краски ровным, красивым шрифтом. Сохранив
основные черты рукописного полуустава XVI в., Федоров сделал шрифт более емким.
Полная страница первопечатного «Апостола» включала 25 строк. Изданию предшествовала
тщательная подготовка текста. Сличение печатного текста «Апостола» с текстами его
рукописных предшественников доказывает, что они были восприняты первопечатником
критически. «Апостол» - книга без опечаток. Это свидетельство того, что текст был
подготовлен тщательно.
       Тщательностью работы над текстом поражает и «Островская Библия» -
монументальное издание, насчитывающее 1256 страниц, отпечатанных в два столбца шестью
различными шрифтами. Сохранившиеся рабочие оттиски свидетельствуют о многократных
исправлениях текста.
       У книг духовного содержания, кроме их основного назначения – служения религии,
было еще одно. Это были книги-учебники. Именно учебное назначение церковных книг
было усилено в изданиях Ивана Федорова. «Часовник» - небольшая книга, отпечатанная
вслед за «Апостолом» двумя изданиями в Москве в 1565 г., была предназначена как для
богослужения, так и для обучения грамоте. Название книги «Евангелие учительное» прямо
указывало на ее цель.
       В послесловии Иван Федоров, по примеру старых книжников, просит читателей
извинить ему ошибки в книге: «как не дух святой и не ангел писал, а грешная и тленная
рука».
       Предисловия и послесловия были традиционными частями древней книги.
Существовали обязательные формулы, которым надлежало следовать.
       Особое место в истории формирования типов русской книги занимает среди
первопечатных изданий «Азбука», выпущенная Иваном Федоровым в 1574 г. во Львове. Это
первый печатный учебник.
       Книга состоит из двух частей: грамматической (собственно азбуки) и текстов для
чтения. Иван Федоров не создал новой педагогической методики, не сделал открытий в
грамматической науке. В послесловии к «Азбуке» он пишет: «Не от себя написал я это
немногое, но от учения божественных апостолов, богоносных отцов и от грамматики
преподобного отца Иоанна Дамаскина, сократив до малого, сложил для скорого обучения
детей», раскрывая суть своего труда, который с полным основанием может быть назван
редакторским. И действительно, отбор материала, его обработка и расположение в книге с
учетом того, кому и с какой целью она должна служить, всегда составляет предмет забот
редактора.
       Готовя к печати текст «Азбуки», ее редактор проявил себя не только как грамматист,
в совершенстве постигший научные рекомендации своего времени, но и как чуткий
наблюдатель явлений, характерных для современного ему языка. Подчеркнуто строгим
следованием избранному принципу, расположением материала на полосе, его
полиграфическим оформлением достигнута редкая соразмерность частей книги, на каждой
странице которой ровно 15 строк. Методика, воплощенная мастером книги в приемы
организации и оформления материала, обрела характер системы, а гармоничность книги, ее

                                                                                     112


внутренний ритм сообщили форме ту законченность и простоту, которая помогла читателю
сделать первый шаг по пути осмысленного запоминания.
Редакторская подготовка книг в XVII века
       Начавшийся для России событиями Смутного времени, событиями короткого, но
кровавого царствования Бориса Годунова, XVII век проходил под знаком ожесточенной
политической борьбы внутри страны и жестоких схваток с интервентами. Он начал новый
период русской истории, который характеризуется слиянием областей, земель и княжеств в
одно целое.
       Эти изменения не могли не отразиться на развитии русской книжности. Книг стало
значительно больше. Заметно возросло количество рукописных книг, печатных книг за
столетие было выпущено около 500 названий. Начинает развиваться книжная торговля.
       При Иване Грозном книги продавались в Москве на торжище. Существовал книжный
ряд, где торговали книгами попы и дьяконы, книги продавались и в овощном ряду вместе с
заморскими фруктами, их можно было купить и в лавках, торговавших церковной утварью.
Долгое время, до 1597 г., когда «Апостол» был выпущен уже тиражом 1050 экземпляров,
печатные книги стоили дороже рукописных.
       В XVII в. на Красной площади было определенное место для книжной торговли –
Спасский мост у Фроловской башни против Спасских ворот. Каменный мост с четырьмя
арками был перекинут через ров, наполненный водой. Спасские ворота иначе назывались
Святыми. Это было особо чтимое духовенством место, где собирались «безместные попы»,
которых нанимали для службы московские бояре. Здесь церковные книги быстро находили
сбыт. Лавки имели плоскую односкатную крышу, прилавок был откидным и служил
одновременно дверью. Эти лавки у Спасского моста существовали еще в начале XIX в.
       Книжный ассортимент в XVII в. постепенно расширялся. Стали продавать «Букварь»,
«Травники», «Пчелы», различные сборники. Вышла в свет первая русская книга по военному
делу, были изданы книги по технике, географии.
       Особенность печатного дела в России в XVII в. состояла в том, что это было дело
государственное, которое контролировалось государством и церковью. И хотя общий
репертуар книг в этот период заметно расширился, первое место среди печатных изданий
продолжали занимать книги религиозного содержания.
       В 1614 г. в Москву был вызван из Нижнего Новгорода бежавший туда во время
нашествия поляков Никита Федоров Фофанов. Вместе с Кондратием Ивановым и софийским
попом Никоном он, по приказу царя, стал восстанавливать разрушенную и сожженную во
время войны с поляками типографию, заготавливать станки и шрифты. Из царской казны для
этого было отпущено 387 рублей 29 алтын 5 денег, значительная по тому времени сумма.
       На месте, где стояла раньше типография, на Никольской улице, было построено новое
двухэтажное каменное здание. В 1620 г. туда была перенесена из Кремля государева штаба
(так называлась тогда типография). В следующем году на Московском печатном дворе уже
было занято более 80 мастеровых, а в 1649 г. печатный двор имел 12 станов, на которых
работало более 140 человек.
       Если Иван Федоров владел всеми типографскими специальностями, сам был и
гравером, и печатником, и художником, и переплетчиком, сам готовил к изданию текст, то в
XVII в. четко выделилось более 10 полиграфических специальностей: словолитцы,
наборщики, тередорщики (печатники), батырщики (набивали краску на печатную форму),
олифляники (разводили типографскую краску), рудники (коптили сажу и приготовляли из
нее печатную краску), резчики (вырезали пуансоны для отливки литер и деревянные формы
для отливки гравюр), знаменщики (художники), переплетчики. В мастеровые брались люди,
имевшие «поручные записи» от тех, кто уже работал на печатном дворе.
       Перед началом печатания каждой книги служили молебен, рабочим выдавали на
калачи. К печати приступали по указу государя и по благословению патриарха. Печатанию
предшествовала подготовка текста. Ее вели справщики, назначаемые на должность с ведома
царя. Подготовка текста к печатанию стала самостоятельной специальностью.

                                                                                    113


       Во второй половине XVII в. справа книг на Московском печатном дворе была уже
налажена. Одним из доказательств этого является создание библиографического труда –
«Оглавление книг, кто их сложил».
       По всей вероятности, «Оглавление» было составлено при печатном дворе как
справочник, чтобы не повторять уже сделанного. Книги в нем расположены по алфавиту,
названы авторы и заглавия. Иногда об авторах сообщаются краткие биографические
сведения.
       Для нас «Оглавление» особенно ценно тем, что большинство книг описано в нем dt
visu. Книги, которых составитель не видел, отмечены условным знаком. Этот труд в целом
свидетельствует о высокой для своего времени библиографической культуре. Содержание
книг раскрыто, для печатных указаны место, год издания и типография. Например, «Василий
царь греком к сыну своему Яву царю мудру завет написа, имущ глав 66. Печатана в Москве
лета 7170 в 8». Здесь впервые в русской книге дан вспомогательный алфавитный указатель
имен и предметов, сокращения объяснены в специальном приложении.
       Справа книг велась в правильной палате, находившейся во втором этаже на
Никольской улице, напротив палаты приказной. Часть помещения была отделена дощатой
перегородкой под казенку, чулан, где хранились «впредь до переводу» на случай нового
издания «кавычные книги», с которых производилась печать. Здесь же находились
старинные рукописи и книги, к которым часто обращались при справе. Стены и потолок
правильной палаты были украшены росписью, в три окна вставлены слюдяные оконницы.
       Справщики работали за большим дубовым столом, крытым красным сукном. В
росписи, хранящейся в делах типографского архива, говорится, что сукнишко красное
настольное ветчано (ветхое). Шесть сукон красных багрецовых были предназначены для
того, чтобы носить царю книги « в поднос». Царь сам «клал цену» на книгу.
       Печатный двор должен был снабжать все церкви богослужебными книгами.
Справщикам запрещалось без доклада делать в тексте исправления. Приказ был строг: если
книжные справщики «на чистых переводах станут речения переменять или убавливать, или
прибавливать вновь», за самовольство и непослушание им грозила жестокая кара. Записная
книга царских указов позволяет установить их имена. Справой обычной было занято три,
иногда четыре справщика, чтец и писец. Позже появилась должность книгохранителя. Чтец и
писец были люди светские. Справщики, как правило, монахи, «старцы». Их обязанности
были точно определены: «Должность справщика – исправлять книжное правление, дабы в
печатании книжном каковых погрешности не было». Если книга печаталась с рукописного
оригинала, справщик работал с копией, специально подготовленной для него писцом,
которую тщательно выверяли, прежде чем отдать наборщикам.
       Особое место в истории редактирования русской книги XVII в. занимает
формирование учебной книги как типа издания. Такой книгой был, например, «Синопсис»
Иннокентия Гизеля, изданный в 1674 г. Его автора, преподавателя и ректора Киево-
Могилевской Академии, ставшего впоследствии архимандритом Киево-Печерской лавры,
современники называли за ученость Аристотелем. «Синопсис или краткое собрание от
разных летописцев о начале славяно-российского народа» - одна из первых русских
печатных книг по истории. Практически это был первый русский печатный учебник истории.
Книга выдержала больше двенадцати изданий.
       В издании учебных книг в Киеве, Остроге, Львове сформировалась определенная
традиция. «Азбуки», «Буквари», «Грамматики», где эта традиция прослеживается особенно
ясно, попадая в столицу, влияли на создание подобных им книг, часто служили образцами
для новых изданий.
       В XVII в. свои особенности начинает обретать редакторская подготовка не только
учебных книг. Но это пока лишь первые шаги.
       Большинство литературных произведений издавалось тогда без имени автора. В
изданиях 40-50-х годов XVII в. указывались только те авторы, которые почитались отцами
церкви. Позже стали указывать переводчиков. Лишь самый конец XVII в. дает нам имена

                                                                                   114


двух талантливых литераторов: Кариона Истомина и Симеона Полоцкого. Обоих отличала
любовь к просвещению, литературе, к книге и книгопечатанию.
       В середине XVII в. титульный лист становится элементом оформления книги.
Впервые он встречается в Острожских изданиях Ивана Федорова. В XVII в. титульный лист
стали украшать рамкой, иногда гравюрами или наборными украшениями. Кроме названия
книги титул обычно сообщал выходные данные, которые до этого содержались в
«летописи», помещенной в конце книги.
Из истории редактирования русских учебников грамоты
       Учебник – один из самых распространенных и долговечных типов книги. Именно
через учебник вошли в практику и закрепились в ней многие приемы редакторской работы,
которые плодотворно применяются сегодня. Обращение к начальным этапам истории
учебника позволяет увидеть, как эти приемы создавались и совершенствовались.
       Следующий этап в формировании русского учебника грамоты как типа книги – выход
в свет в 1694 г. лицевого «Букваря» Кариона Истомина, первой книги для обучения чтению и
письму, которая не содержит молитв и церковных заповедей. Их заменили нравоучительные
стихи. В предисловии к рукописному экземпляру «Букваря» Истомин указывал, что цель
обучения грамоте – не только чтение божественных книг. Гражданские обычаи и дела
«правные» требуют ее знания.
       «Букварь» Истомина вводил в практику новую методику обучения, которая включала
в этот процесс и впечатления зрительные.
       Видел ученик на картинках «Букваря» прежде всего то, что обычно окружало его в
жизни. Причем предметы церковного обихода занимали на рисунках далеко не главное
место. Гораздо больше здесь предметов быта – одежда, посуда, орудия труда…
       Современникам труд Истомина был известен мало, так как оттиснуто, было всего 20
экземпляров Букваря.
       Выходом в свет лицевого «Букваря» Кариона Истомина был завершен первый период
в истории русских печатных учебников. Он длился более ста лет, в течение которых учебник
грамоты формировался как тип книги.
Книга в эпоху Петра I
События первой четверти XVIII в. были подготовлены всем ходом развития русской
государственной жизни. На общем фоне исторического процесса они выделяются темпами
своего развития.
       За 27 лет, с 1698 по 1725 гг., было выпущено свыше 600 книг, не считая
многочисленных гравированных листов. Рукописная книга потеряла прежнее значение.
Время, когда она могла конкурировать с книгой печатной, прошло. Резко изменилось
содержание книг: за эти 27 лет было издано всего 48 книг духовных. Основную массу
печатной продукции представляли новые гражданские книги, которые были нужны для
обучения корабельных мастеров, инженеров, моряков. Начали регулярно издаваться
«Ведомости» - первая русская газета. Были открыты новые гражданские типографии в
Москве и Петербурге. И хотя Петербургская типография занимала в то время один домик в
три окна на Троицкой улице, но в ней печатались и «Ведомости», и календари, и книги. Петр
I часто бывал в типографии, смотрел пробные оттиски, читал корректуру. Была составлена
первая гражданская азбука. С 1708 г. исторические и мануфактурные книги, по велению
Петра, печатались гражданским шрифтом.
       В Москве, недалеко от Спасского моста, открылась первая публичная библиотека. Во
время одного из московских пожаров здание это сгорело, но чертеж его сохранился. На
фасаде здания видна надпись: «Всенародная публичная библиотека».
       Значительно пополнился новыми словами язык. Новые термины вошли и в
издательскую терминологию. Так, термин «сигнал» (сигнальный экземпляр) впервые
встречается в переписке Петра I с И.А. Мусиным-Пушкиным, который с 1701 г. заведовал
Московским печатным двором.


                                                                                     115


       Главной отличительной чертой книги Петровской эпохи была ее подчиненность
общегосударственным целям. Уже от первого своего типографа Яна Тессинга Петр требовал,
«чтобы те чертежи и книги напечатаны были к славе нашему, великого государя, нашего
царского величества превысокому имени и всему нашему российскому царствию меж
европейскими монархи цветущей, наивящей похвале и ко общей народной пользе и
прибытку… а пониженья б нашего царского величества превысокой чести и государства
наших в славе в тех чертежах и книгах не было».
       На протяжении всей первой четверти XVIII в. эта тенденция отчетливо видна в
книгоиздательстве, которое и юридически было подчинено государству. Если по
соображениям государственным книгу надо было скорее издать, принимались самые
срочные меры, отыскивались переводчики и все необходимые специалисты.
      Большую роль в развитии книжного дела сыграла заинтересованность в нем Петра I.
Сотни документов подтверждают это. Петр сам намечал книги для перевода, указывал,
какими рисунками и чертежами ее снабдить. Многие книги просмотрены Петром во время
издания, дополнены им, появились по его приказанию. Он придавал большое значение
языку, заботился о внешнем виде книги. Не было ни одной подробности в издании, куда бы
ни вмешался царь.
       Основным направлением книгоиздательства стало издание сочинений о
«художествах», как называли тогда математику, медицину, военное дело, позже – историю,
географию и прикладные дисциплины.
       Печатная техническая книга стала при Петре необходимой. Количество произведений
художественных было по сравнению с книгами практических знаний ничтожно мало.
       Потребность в учебнике, в книге практических знаний привела к выработке
специфических приемов изложения материала, его компоновки, оформления, - приемов,
которые помогали сделать изложение доступным для понимания и облегчали запоминание
практически важных сведений. Это обращение к диалогическому построению книги, к
форме бесед, распространенной, как мы видели, в грамматике и букварях XVII в. Часто
материал излагался от имени определенных лиц. Изложение было персонифицировано даже
в книгах по технике. Построение книги в форме вопросов и бесед позволяло сделать
изложение занимательным и одновременно служило средством организовать материал.
       При Петре I книги стали снабжать аппаратом. Он любил предисловия, послесловия и
всевозможные объяснения. Ими Петр приказывал сопровождать не только книги
практических знаний, но даже книги духовные, издание которых в то время было
немаловажным политическим делом.
       Необходимой частью учебников и книг практических знаний стали различные
приложения – словари, таблицы, рисунки.
       Сильно изменился общий вид книг. Гражданский шрифт был значительно убористее
полуустава. Формат книг уменьшился. Сам Петр был любителем книг, которые «в кармане
мочно носить». Не стало двухцветной печати – заглавных красных букв, исчезли почти
совсем заставки.
       Все эти изменения – новые приемы в организации материала, проведение отчетливой
линии в развитии книгоиздательского дела – достигались на ступени подготовки книги к
печати, на редакторском этапе работы над ней. Новые приемы работы были приемами
редакторскими. Они были найдены в соответствии с теми задачами, которые были
поставлены перед книгой, и развиты людьми, которых мы можем назвать специалистами
своего дела.
       Издание книг при Петре I приобрело такой размах, что издательская работа
потребовала четкой организации. Были созданы даже редакторские коллективы. Один из
таких коллективов готовил к изданию книги по военному делу при Артиллерийском приказе.
Сам царь и приближенный Петра I Брюс руководили их работой.
       Народ прозвал Брюса колдуном за ученость и астрологические познания. Больше
всех других изданий, подготовленных Брюсом, был популярен календарь, который известен

                                                                                  116


по имени составителя как «Брюсов календарь». Календарь издавался в 1709 – 1715 гг. и
пользовался большим спросом. Печатала его Московская гражданская типография.
       Хорошо сохранившийся экземпляр календаря находится в кабинете Петра I в
Эрмитаже. Напечатан он на шести больших листах. Текст заверстан в две таблицы,
разделенные на двенадцать вертикальных столбцов. Вверху каждого столбца – знак зодиака
и картинка, изображающая, чем занимаются люди в этом месяце. В календаре указаны
церковные праздники, перечисляются «предзнаменования времени по планетам».
       С основанием Петербургской типографии ее цейх-директором был Михаил Аврамов.
До этого он служил в Посольском приказе, учился в Голландии, служил в Оружейной палате.
Он сумел хорошо поставить дело, типография выполняла самые разнообразные заказы.
       Многие книги, изданные в первой четверти XVIII в., были переводными. Разработка и
осмысление основных принципов перевода стали в то время необходимыми.
       Первыми переводчиками были жившие в России иностранцы – толмачи Посольского
приказа. Басни Эзопа перевел Лозинский, много переводил и по поручению Петра I
просматривал переводы, сделанные другими, голландец Андрей Виниус.
       Описании событий в первой русской печатной газете «Ведомости», начавшей
регулярно выходить с января 1703 г., строились и редактировались по-иному. Уже первые
сообщения «Ведомостей» («На Москве вновь ныне пушек медных гоубиц и мартиров вылито
400. Те пушки ядром по 24, по 18 и по 12 фунтов… А меди на Пушечном дворе, которая
приготовлена к новому литью, более 40000 пуд лежит…») – позволяют судить о требованиях
к изложению информации – точности фактов, предельной лаконичности языка.
       Указом Петра был назначен первый постоянный сотрудник «Ведомостей» Борис
Волков, обязанностью которого было получать у почтмейстера все иностранные газеты и,
«переводя, приличное к печати отсылать». Вторым постоянным сотрудником газеты стал
Яков Синявин, который должен был «ведомости публичные о всем давать здешнем», то есть
вести хронику придворной жизни, писать о деятельности коллегий. Петр требовал, чтобы
содержание известий излагалось кратко и было доступно пониманию читателей.
Разработка основ редактирования в XVIII веке
С XVIII в. мы наблюдаем в книжном деле такие процессы, развитие которых прослеживается
вплоть до наших дней. Именно тогда закладываются те логические и лингвистические
основы теории редактирования, те традиции в работе над текстом, многими из которых мы
руководствуемся и по сей день, происходит дальнейшее формирование различных типов
книг, вырабатываются приемы, посредством которых редактор проявляет свое отношение к
содержанию книги.
       Три имени должны, прежде всего, привлечь наше внимание, когда мы говорим о
первых ступенях в развитии научного подхода к редакторской работе над авторским текстом,
над подготовкой книги к изданию. Это А.Д.Кантемир, В.К.Тредиаковский и М.В.Ломоносов.
       XVIII в. – время, когда благодаря развитию книгоиздательского дела книга,
литературные произведения, делаются доступными всем грамотным людям. Складывается
понятие общенациональной языковой нормы. Писатель начинает писать для читателя,
которого, правда, еще не всегда представляет себе точно, но все же он пишет для читателя,
для печати. Этот писатель уже заботится о том, как привлечь и удержать внимание читателя,
стремится заинтересовать, в чем-то убедить или переубедить его.
       А.Д.Кантемира называют первым русским писателем в современном смысле этого
слова, хотя при жизни он напечатал только переводы Горация и Фонтенеля. Но его читали.
Сатиры Кантемира ходили по рукам в списках. В Сатире XVIII Кантемиром изложены
мысли о языке, о труде писателя: слово должно точно выражать понятие, ценность слова – в
содержании.
       Привлечение знаний из области логики оказало в дальнейшем влияние на
формирование теории и практики редактирования.
       Интересны теоретические положения, касающиеся перевода, которые сформировал
Кантемир. Задача переводчика – точно передать подлинник. Отступления от него возможны

                                                                                     117



    
Яндекс цитирования Яндекс.Метрика