Единое окно доступа к образовательным ресурсам

Тамбовская художественная культура: Учебное пособие

Голосов: 9

Рассматриваются вопросы становления и развития художественной культуры в Тамбовском регионе, освещаются проблемы развития этнического, религиозного, академического и любительского художественного творчества. Предназначено для учащихся и преподавателей средних общеобразовательных школ, учреждений дополнительного и среднего профессионального образования.

Приведенный ниже текст получен путем автоматического извлечения из оригинального PDF-документа и предназначен для предварительного просмотра.
Изображения (картинки, формулы, графики) отсутствуют.
         М.И. Долженкова, Ю.А. Толмачев


ТАМБОВСКАЯ ХУДОЖЕСТВЕННАЯ
        КУЛЬТУРА




            ♦ ИЗДАТЕЛЬСТВО ТГТУ ♦


                                     Администрация Тамбовской области
                         Управление культуры и архивного дела Тамбовской области
                                 ОГОУ СПО "Тамбовский колледж искусств"




                                  М.И. Долженкова, Ю.А. Толмачев



       ТАМБОВСКАЯ ХУДОЖЕСТВЕННАЯ
                КУЛЬТУРА
                                               Учебное пособие




                                                    Тамбов
                                              Издательство ТГТУ
                                                     2006
УДК 008(470.326)
ББК Т3(2Р-4Т)
    Д643


                                              Р е ц е н з е н т ы:
                                      Доктор культурологии, профессор
                                              Е.И. Григорьева,
                                    Кандидат педагогических наук, доцент
                                               И.Н. Вановская




Д643       Долженкова, М.И. Тамбовская художественная культура :
       учебное пособие / М.И. Долженкова, Ю.А. Толмачев. – Тамбов :
       Изд-во Тамб. гос. техн. ун-та, 2006. – 216 с. – 230 экз. – ISBN
       5-8265-0518-4.

           Рассматриваются вопросы становления и развития художествен-
       ной культуры в Тамбовском регионе, освещаются проблемы развития
       этнического, религиозного, академического и любительского художе-


       ственного творчества.
           Предназначено для учащихся и преподавателей средних общеоб-
       разовательных школ, учреждений дополнительного и среднего про-
       фессионального образования.
                                                     УДК 008(470.326)
                                                     ББК Т3(2Р-4Т)



    Работа выполнена при поддержке областного гранта на создание пособий, литературно-художественных
произведений, проведение акций по популяризации истории Тамбовского края и памятных дат России от 28
апреля 2006 года № 1.


ISBN 5-8265-0518-4            © Долженкова М.И., Толмачев Ю.А., 2006
                              © ГОУ ВПО "Тамбовский государственный
                                 технический университет" (ТГТУ), 2006




                                              Учебное издание

                                     ДОЛЖЕНКОВА Марина Игоревна,
                                     ТОЛМАЧЕВ Юрий Александрович


                     ТАМБОВСКАЯ ХУДОЖЕСТВЕННАЯ КУЛЬТУРА

                                               Учебное пособие



                                      Редактор И.А. Д е н и с о в а
                                Технический редактор М.А. Е в с е й ч е в а
                       Инженер по компьютерному макетированию М.Н. Р ы ж к о в а


                                          Подписано в печать 16.10.2006.
                         Формат 60 × 84/16. Бумага офсетная. Гарнитура Тimes New Roman.
                                    12,8 уч.-изд. л. Тираж 230 экз. Заказ № 550
                                     Издательско-полиграфический центр
                            Тамбовского государственного технического университета
                                     392000, Тамбов, Советская, 106, к. 14




                          М.И. Долженкова, Ю.А. Толмачев


ТАМБОВСКАЯ ХУДОЖЕСТВЕННАЯ
         КУЛЬТУРА




        ♦ ИЗДАТЕЛЬСТВО ТГТУ ♦


                                    ЧИТАТЕЛЬСКОЕ СПАСИБО


     Я с огромным удовольствием познакомился с учебным пособием "Тамбовская художественная культура"
М. Долженковой и Ю. Толмачева. Авторы проделали, можно сказать, гигантскую работу в библиотеках и архи-
вах, собирая и систематизируя столь объемный и разнообразный материал. Это работа не одного года. И они
убедительно показали, что культура Тамбовщины – явление сложное, она продукт многовекового развития. На
ее формирование влияли не только психо-физиологические особенности этнических групп, проживавших в
древности в нашем регионе, но и природная среда, климатические условия и многое другое (об исторических
катаклизмах я не говорю, это само собой разумеется). Как в тигеле переплавлялись свычаи и обычаи, вкусы и
традиции мещерско-мордовских, татарских и славянских племен, заселявших южную окраину государства Рос-
сийского. И это отнюдь не скучная история далеких времен, это наши истоки, это начало, без которого не было
бы и настоящего. И мы обязаны его знать. То, что мы сегодня имеем, не свалилось с неба, не родилось, как Аф-
родита из морской пены. Был многовековый путь складывания, взаимопроникновения культур разных народов,
их синтезирование. Только специалист может определить это взаимовлияние. Отчетливо, например, прослежи-
вается влияние мордовского этноса на русский в изделиях декоративно-прикладного искусства. Многие эле-
менты их ремесла копировались русскими мастерами, о чем свидетельствуют и продолжают нас удивлять ар-
хеологические находки последних лет. Следы мордовского этноса прослеживаются и в топонимике нашего
края, в устном народном творчестве. Да, на каком-то этапе развития русской государственности славянская
культура начала оказывать все большее влияние на соседние народы, соединив в себе черты языческих и хри-
стианских представлений о мире. Складывалась своеобразная ментальность жителей региона. И авторы назы-
вают характерные ее особенности: жестокость, находчивость, оптимизм, рачительность, упорство. Миграция
населений привела к тому, что на рубежах складывающегося Российского государства концентрировались лю-
ди энергичные, деятельные, смелые, способные постоять за себя и своего ближнего. И это нашло отражение в
легендах, былинах и песнях земли Тамбовской.
     Авторы в данном случае не являются первооткрывателями этих истин, они напоминают нам о них, уважи-
тельно называют имена ученых-фольклористов и краеведов, скрупулезно разрабатывающих эти темы. Но экс-
курс в историю был необходим.
     Последующие одиннадцать глав учебного пособия убедительно иллюстрируют поставленную авторами
задачу: они повествуют об особенностях традиционного фольклора Тамбовской губернии и сложностях его
изучения, развитии различных жанров народного искусства. Но и не только об этом. Весьма интересны и по-
знавательны их очерки об усадебной культуре края, о дореволюционных культурно-просвети- тельных общест-
вах, тамбовском костюме и еще многом другом, что дополняет представление о художественной культуре Там-
бовщины. И авторы не бесстрастные протоколисты и наблюдатели: они обращают внимание на то, что в нашей
области нет еще программы возрождения и развития народной художественной культуры, сетуют на угасание
традиционных для нашего края ремесел, на утрату традиций многих жанров устного творчества. В то же время
вызывает у них оптимизм проводимые в последнее время различные научно-практические конференции, фес-
тивали, ежегодные выставки изделий народных умельцев, что говорит о неравнодушии к нашему духовному
наследию. Да и издание этого пособия свидетельствует о том же: мы не Иваны, не помнящие родства.
     Учебное пособие, подготовленное педагогами Тамбовского колледжа искусств, несомненно, будет стиму-
лировать краеведческую и научную общественности к дальнейшим поискам, способствовать популяризации и
распространению художественных достижений, связанных с нашим краем.
     Я, краевед со стажем, радуюсь этому изданию и благодарен его создателям. Думаю, что буду в этом не
одинок.

                             Заслуженный работник культуры России
                                      Иван Овсянников


                                             ВВЕДЕНИЕ


     Настоящее учебное пособие представляет собой обобщенный материал по истории художественной куль-
туры Тамбовского края. Оно может служить региональным компонентом учебных дисциплин историко-
культурологической направленности, а также при разработке образовательных программ учреждений дополни-
тельного образования. Учебное пособие посвящено рассмотрению культурно-исторических традиций Тамбов-
ского региона в период до 1917 года. В своей работе авторы опирались на документальные материалы, храня-
щиеся в Государственном архиве Тамбовской области, материалы дореволюционной периодической печати,
монографические исследования тамбовских краеведов и искусствоведов, а также многочисленные публикации,
отражающие особенности развития и проявления в регионе самых разнообразных компонентов народной ху-
дожественной культуры и профессионального художественного творчества.
     Как известно, понятие "регион" означает довольно крупную территориальную единицу страны с более или
менее однородными природно-климатическими условиями и характерной особенностью развития производи-
тельных сил на основе сочетания комплекса природных ресурсов и соответствующих административных, эко-
номических, социально-демографических, правовых и иных факторов. Тамбовский регион представляет собой
уникальную социально-культурную общность, географически совпадающую с территорией Тамбовской губер-
нии начала ХХ века, в состав которой входили территории, находящиеся сейчас в составе Тамбовской, Липец-
кой и Воронежской областей (Центральное Черноземье), Нижегородской области и республики Мордовия
(Волго-Вятский регион), Пензенской области (Поволжье) и Рязанской области (Центральный регион).
     Тем самым по типологии Тамбовский регион представляет собой крупный "межрегиональный куст", в со-
ставе которого объединены части территорий нескольких социально-экономических регионов России.
     Тамбовский регион расположен в центре Русской равнины и занимает центральную часть Окско-Донской
низменности (так называемую Тамбовскую низменность). Северная и центральная части региона относятся к
бассейну реки Цны и имеют общее склонение к северу. Западная часть региона относится к бассейну рек Воро-
неж и Дон и имеет общее склонение к юго-западу. Несмотря на то что регион находится на водоразделе рек
Волга и Дон, он располагается в Донской низменной полосе между Среднерусской и Волжской возвышенно-
стями. Наиболее возвышенными являются участки, находящиеся к западу от города Лебедянь и относящиеся к
Центральному плато. Преобладающим ландшафтом являются пологие холмы и широкие долины рек. Реки в
регионе имеют относительно слабое течение и в основном не судоходны. В северо-западной части региона река
Цна впадает в Оку, на востоке реки Ворона и Хопер, на юге река Воронеж, которая впадает в Дон за пределами
региона. Тамбовщина находится на границе лесной и степной зон. И если север региона покрыт густыми леса-
ми Мещеры, то юг представляет собой типичный степной ландшафт. Фауна Тамбовских лесов многообразна.
Долгое время промысловое значение в лесах края имели медведи, лоси, лисицы, зайцы, хорьки, тетерева, драх-
вы и волки.
     Тамбовский регион как административно-культурная единица складывался на протяжении ХVI – ХVIII
веков. Колонизация Тамбовского края происходит в конце ХVII века. Сюда приезжают "сходцы" – переселенцы
из разных концов русского государства. При разделении России на губернии по указу Петра I в 1708 году
большая часть земель, занимаемых позже Тамбовской губернией, отошла к Азовской губернии. Северная же
часть с городами Елатьма, Темников и Кадом подчинялись Казанской губернии. Спасский уезд в то время при-
надлежал к округу Темникова. При разделении губерний на провинции в 1719 году Усманский уезд был пере-
дан Воронежской провинции, западные части Лебедянского и Липецкого уездов переданы Елецкой провинции.
И только центральная часть – Тамбовский, Козловский, Борисоглебский, часть Моршанского и Кирсановский
уезды относились к Тамбовской провинции. Северная же часть земель относилась к Шацкой провинции. В 1725
году Азовскую губернию переименовали в Воронежскую, а в 1779 году было создано Тамбовское наместниче-
ство, границы которого примерно совпадали с границами губернии начала ХХ века. Официально Тамбовская
губерния была образована только в 1796 году. На рубеже ХVIII и ХIХ веков, правда, возникали небольшие кор-
ректировки карт: некоторые земли передавались то в Саратовскую, то в Воронежскую, то в Пензенскую губер-
нии. Таким образом, к 1802 году как административная единица сформировалась Тамбовская губерния, терри-
торию которой мы и рассматриваем как Тамбовский регион.
     Тамбовская губерния представляла собой территориальную единицу, сравнительно однородную по своему
социально- демографическому составу. По данным начала ХХ века основную массу населения составляли рус-
ские (94 %), 4 % населения составляла мордва и по 1 % приходилось на татарский и мещерский этносы. В
большинстве уездов губернии национальный состав был примерно таким же, исключение составляли Шацкий
(9 % мордвы и 7 % татар), Темниковский (23 % мордвы и 7 % татар) и Спасский (53 % мордвы и 2 % татар) уез-
ды. Демографической характеристикой могут служить следующие данные: в сельской местности на 1000 муж-
чин приходилось 1041 женщина, в городской – на 1000 мужчин 976 женщин. Тамбовская губерния была терри-
торией с относительно высоким уровнем естественного прироста населения. По социальному составу 98 % на-
селения были крестьянами, 0,5 % – представители потомственных дворян и 0,5 % – представители городских
сословий. По вероисповеданию подавляющее большинство населения губернии было православным (98,6 %);
0,7 % населения исповедовало ислам и 0,6 % были представителями иных религиозных течений (в основном
молокане).
     В 1803 году в состав Тамбовской губернии входило 12 уездов – Борисоглебский, Елатомский, Кирсанов-
ский, Козловский, Лебедянский, Липецкий, Моршанский, Спасский, Тамбовский, Темниковский, Усманский и


Шацкий. Границы и состав уездов губернии не менялся вплоть до 1923 года. Наиболее развитыми в культурном
отношении признавались Моршанский, Козловский и Кирсановский уезды.
      В современных гуманитарных исследованиях каждый регион России рассматривается как уникальная соци-
альная сфера, интегрирующая неповторимые особенности национально-демографического, культурно-
исторического, духовно-нравственного и педагогического характера. Культурно-историческое развитие любого
региона происходит в синтезе национальных, конфессиональных культур, социально-демографических процес-
сов, которые, однако, не препятствуют сохранению и возникновению самобытных национально-региональных
художественных традиций, проявлению самобытных мастеров и творческих школ, развитию самобытных эле-
ментов традиционной культуры и форм бытования, организации и самоорганизации художественного творче-
ства.
      Художественная культура Тамбовщины – явление очень многогранное. При ее анализе принципиальным
является комплексный, полидисциплинарный подход. Помимо исследования основ регионального этнохудоже-
ственного сознания и аутентичного фольклора важно изучение различных проявлений профессионального и
любительского творчества в сфере искусства, художественных ценностей, привнесенных религиозной культу-
рой различных конфессий, светской аристократической культурой ХVIII – ХХ вв.

   ОСОБЕННОСТИ ЭТНОКУЛЬТУРНОЙ ИСТОРИИ ТАМБОВСКОЙ ГУБЕРНИИ


     Территория Тамбовского региона издревле была заселена финно-угорскими племенами. Наиболее ранние
и достоверные свидетельства о культуре этих народов относятся к первому веку нашей эры.
     Римский историк Тацит (55 – 120 гг.), описывая финские племена, отмечал, что у них нет ни оружия, ни
лошадей, ни домов. Пища у них – трава, одежда – кожи, ложе – земля. Вся надежда у них в стрелах, которые по
недостатку железа они заостряют костями: охота питает мужей и жен. Детям нет другого убежища от зверей и
непогоды, кроме шатров, кое-как сплетенных из древесных ветвей: сюда возвращаются с охоты молодые, здесь
отдыхают старики [273]. Тацит приходит к выводу, что мордва считает лучшим для себя вести именно такой
образ жизни, нежели трудиться в поле, строить дома и постоянно бояться за судьбу своего имущества в окруже-
нии кочевников. В своем описании, относящемся к I веку нашей эры, Тацит, со свойственным ему психологиче-
ским и этическим анализом исторических событий, делает мудрый вывод об особенностях психологии мордов-
ского этноса: "Безопасные от людей, безопасные от врагов, они достигли самого трудного – отсутствия желаний"
[273].
     Летописец Нестор, повествуя о племенах – соседях славян, пишет о том, что "по Оке реке, где она течет в
Волгу, есть племя Мурома со своим наречием, и Мордва – со своим, и Черемисы – со своим". Мурома, мещера
и мордва были племенами финно-угорской группы. Мордва обитала по берегам реки Мокша, в основном на
территории Тамбовской и крайнем востоке Рязанской губерний.
     Археологи не раз находили остатки первобытной человеческой культуры на песчаных дюнах по берегам
рек Цны, Вороны, Лесного и Польного Воронежа, Кашмы.
     Очень активно культура мордвы изучалась археологами в первой половине ХХ века. Экспедициями, воз-
главляемыми А.А. Спицыным, В.Н. Ястребовым и П.П. Ивановым, подробно были исследованы Кошебеевский,
Лядинский, Пановский, Елизавето-Михайловский и Крюковско-Кужновский могильники в Моршанском рай-
оне. Результаты раскопок позволили составить довольно ясное представление о культуре и быте мордовского
племени в IV – ХI веках.
     В 1953 году при раскопках стоянки неолита, датированной пятым тысячелетием, у села Торбеево Мичурин-
ского района была собрана коллекция орудий труда, сделанных из камня: топоры, долота, пластинки, наконечни-
ки копий. Там же были найдены черепки глиняной посуды. Древние гончары украшали ее своеобразным ямочно-
гребенчатым орнаментом. Сохранились и стоянки древнего человека на Тамбовщине, относящиеся к бронзово-
му веку. Так, при раскопках у села Перикса была собрана коллекция орудий труда, сделанных из камня, бронзы
и керамики – кремневые и костяные орудия, глиняные сосуды, медные шила, долота, бусы из листочков меди.
Узоры на черепках керамики периксинской стоянки типичны для так называемых племен срубной культуры.
Говоря о находках в Моршанском уезде, тамбовский краевед П.Н. Черменский отмечал, что найденная в мор-
довских могильниках посуда испещрена вдавленным орнаментом, состоящем из точек, ямок и линий. Кроме
того, найдено было большое количество каменных и костяных орудий – наконечников стрел, копий, скребков,
топоров, удочек, точильных камней. Автор подчеркивал, что в железном веке наш край был заселен финскими
племенами, лишь в южные его части иногда заходили кочевые племена иранского происхождения – скифы и
сарматы [347].
     Раскопки курганов-могильников, часто встречающихся на юге области, позволяют сделать вывод о том,
что в эпоху раннего железного века (первое тысячелетие до нашей эры) междуречье Волги и Оки было заселено
племенами городецкой культуры, которые жили небольшими родовыми поселками в укрепленных местах – горо-
дищах. Такие городища обнаружены по реке Цне у сел Черняное и Кулеватово [245].
     Мордовский этнос, как известно, подразделяется на две большие ветви – мордву эрзян и мордву мокшан.
Территорию Тамбовщины, по-мнению ученых, заселял мокшанский субэтнос со свойственным ему качественно
определенным специфичным художественным сознанием, эпосом и фольклором. Вместе с тем в научной среде
существует и иное мнение. В частности, А.Е. Алихова и ряд других ученых утверждают, что в моршанской час-
ти бассейна Цны обитала особая подгруппа мордовского этноса, ассимилированная с русским этносом и даже


не сохранившая своего племенного названия. Нетипичность субэтноса моршанской мордвы проявилась, в част-
ности, в ориентировке захоронений. Если мокшане ориентировали захоронения на юг, эрзяне – на север, то
моршанская мордва на восток или юго-восток. Судя по раскопкам, в VII – Х веках пойма Цны была густо засе-
лена мордовскими племенами (встречается очень много материалов, они богаты и разнообразны). К началу ХI
века какие-то внешние политические или социально-экономические причины привели к резкому сокращению
захоронений и обеднению инвентаря. Сама же обрядовая культура начала сближаться с культурой мокшанского
этноса [255].
     Найденные материалы свидетельствовали о глубоком процессе разложения общинного строя в мордов-
ских племенах, появлении племенной аристократии.
     Мордовские племена были язычниками. Обнаруженные в раскопах следы обряда трупосожжения свиде-
тельствовали о почитании культа огня в мордовской общине. Кроме того, выявлены были свидетельства почи-
тания мордвой священных деревьев – лип, сосен, берез, дубов. Часто встречающиеся в украшениях изображе-
ния зверей, птиц, человеческих личин и фигур свидетельствуют не столько о декоративном, сколько о сакраль-
ном их происхождении и значении (маска человека, хищная птица, держащая в когтях мелкую птичку, бычья
голова – типичны для мордовских украшений). Мордовское племя поклонялось богам-покровителям охоты и
диких зверей, в мордовских захоронениях очень часто встречаются подвески-амулеты из когтей медведя, лося,
ястреба, лисицы, совы. Магическое значение имели также изображения на украшениях водоплавающих птиц
(лебедя или утки). Множество маленьких привесок к украшениям были выполнены в форме птичьих лапок.
Чрезвычайно распространенными были солярные символы и символы луны. Встречались серебряные украше-
ния-гривны серповидной формы и круглые бляхи, найдены были привески, украшенные в центре кружком с
отходящими от него радиально линиями.
     У цнинской мордвы были широко распространены шейные нагрудные украшения. На шею одевали одну
или несколько гривен в виде обруча или в виде петли. Пластина гривны украшалась тонким резным узором,
иногда к ней привешивались трубчатые или трапецевидные привески. Количество металлических украшений на
женщине подчеркивало ее социальный статус (до шести гривен и десяти массивных браслетов). Очень распро-
страненным украшением женщин были ожерелья из бус. Широко встречались стеклянные бусы синего цвета,
округлые с диаметром 3 – 7 мм, реже – многогранные полупрозрачные. Но самыми ценными, по-видимому,
были мозаичные бусы зеленого цвета с разводами и концентрическими глазками различных оттенков. Низ гру-
ди и живота также украшали различными привесками (бляхи со стилизованными ажурными конскими головка-
ми). Часто встречаются дисковидные бляхи с дверкой посередине, украшенные тонким орнаментом зигзаговой
нарезки.
     Обнаруженные в результате раскопок предметы красноречиво свидетельствуют о сильном влиянии на
мордовскую культуру культуры других народов, окружавших эту территорию. Помимо заимствований матери-
альной культуры, шел процесс заимствования обычаев и обрядов.
     Соседями мордвы по региону были волжские болгары и вятичи. С юга земли мордвы граничили с Хазар-
ским каганатом, и мордва была фактически данником Хазарского государства. Многочисленные бронзовые и
серебряные украшения мужчин и женщин подтверждают предположение о широких торговых связях с южны-
ми областями, в частности, с аланами подонья, входившими в состав Хазарского каганата. Аланы, стоявшие в
этот период на более высоком уровне культурного развития с каменным градостроительством и развитой тор-
говлей, оказывали наибольшее влияние на культуру мордвы. Оружие мордвы было сходно с вооружением алан.
Многие из аланских украшений стали моделями для изготовления мордвой собственных уборов. В могильни-
ках сохранились богатые поясные украшения из бронзовых и серебряных с позолотой бляшек, пряжек, подве-
сок; встречаются также остатки тканей, напоминающих парчу со сложным рисунком. Скорее всего, в обмен на
металл и дорогие ткани, оружие и украшения мордвины давали шкурки пушных зверей, мед, воск, скот и дру-
гие продукты земледелия и скотоводства [274].
     Особый интерес исследователей вызвала находка перстня, на камне которого выгравирована человеческая
фигурка, исполняющая некий танец. Руки человека подняты, и в них он держит два ветвистых предмета, может
быть, рога оленя. Перстень этот относится к хазарскому времени, а о входивших в состав каганата савирских
племенах известно, что они устраивали коллективные камлания – дикие пляски и битвы на мечах. Может быть,
на перстне изображен какой-то момент языческого шаманского действа.
     Скульптурное изображение головы животного на огниве позволяет предположить магическое значение
изображения. Арабский ученый-географ Х века Ибн-Руста свидетельствовал, что среди хазарских народов
очень много племен, исповедовавших в доисламский период очень синкретичную (из-за кочевого образа жиз-
ни) языческую религию [255].
     С падением Хазарского каганата аланские племена продвинулись на северо-восток и растворились в мор-
довском этносе.
     Сохранились на территории Тамбовского края и следы пребывания иранских (скифы, сарматы) и тюркских
(гунны, авары, болгары, кочевники – печенеги и половцы) племен. Под их напором восточно-русское племя вяти-
чей в ХI веке вынуждено было покинуть подонье и выселиться на Оку. Следами этих событий служат половецкие
курганы – памятники погибшим в боях с рязанским княжеством. Над некоторыми из них возвышались грубые
каменные изваяния женщин, по мнению Черменского, неких сакральных символов половцев [348]. В Кирсанов-
ском уезде, например, был обнаружен гигантский надгробный памятник – изображение первобытного человека,
грубо вытесанная каменная баба. В Мельгуновской волости Тамбовского уезда крестьянами были найдены две
первобытные скульптуры (каменные бабы), которые были переданы в губернский музей.
     Подтверждением связи с тюркской культурой служит найденная в могильнике застежка, украшенная голо-


вой быка с бородой и короной. Это изображение восходит к тюркскому культу быка Огуз-Хана. Также была
найдена серебряная накладка, на которой внутри круга из растительного орнамента были изображены три гри-
фона, которые с глубокой древности обозначали культ солнца.
     В селе Стежки Козловского уезда была обнаружена и передана Тамбовской ученой архивной комиссии
статуя Будды. Специальное исследование проблемы происхождения этой статуи предпринял председатель ко-
миссии А.Н. Норцов. По результатам собственного исследования и консультаций с британскими специалиста-
ми он пришел к выводу, что это классическое изображение Будды, сидящего в позе лотоса, выполненное в
бронзе, скорее всего, калмыцкого происхождения, и появление его связано с многочисленными миграциями
кочевых буддийских племен в период с ХIII по ХVIII века по территории Тамбовской губернии [276].
     Некоторые татарские князья из-за междоусобиц уходили в леса Мокши и там правили мордовскими пле-
менами. От потомков этих князей произошли тамбовские столбовые дворянские роды Кугушевых, Енгалыче-
вых, Тенешевых.
     Родство моршанской мордвы с северо-окским славянским племенем мурома проявилось в ношении свое-
образных украшений для ног – оборов, то есть обмотка нижней части голени, поверх онучей, узкими ремешка-
ми с нанизанными на них мелкими бронзовыми обоймочками. В Лядинском могильнике было найдено типич-
ное муромское украшение – бронзовая коромыслообразная привеска, что свидетельствовало либо о заимство-
вании обычая носить украшение у соседнего племени, либо о родственных отношениях между представителя-
ми мордовских и муромских племен.
     Северными соседями мордвы были славяне вятичи. Именно об этнокультурных особенностях этого пле-
мени, еще не вошедшего в состав Киевского государства, до нас дошли сведения из летописи, написанной Не-
стором. Характеризуя соседей цнинской мордвы славянское племя вятичей, автор писал, что "жили они в лесу
как звери, ели все нечистое, срамословили перед отцами и перед снохами, браков у них не было, но устраива-
лись игрища между селами, где молодые люди, сговорившись с девицами, похищали их; держали по две и по
три жены. Если кто умрет, творили над ним тризну, сжигали труп и, собравши кости, складывали в малый со-
суд, который ставили на столпе на распутьи" [315]. Признавая несколько неуважительное и осуждающее отно-
шение Нестора к нецивилизованным славянским племенам, необходимо признать, что вятичи обладали доста-
точно развитой обрядово-праздничной культурой, передавали и хранили родовые традиции. Упоминаемые Не-
стором игрища и тризна предположительно сопровождались магическими обрядовыми действами под руково-
дством волхвов с использованием элементов вокального, инструментального, драматического, хореографиче-
ского и изобразительного искусств, характерных для первобытного уровня развития.
     В IХ веке с укреплением древнерусского государства славянская культура начала оказывать все большее
влияние на соседние народы, в том числе живущие в бассейне реки Цны.
     В любом случае мы вправе сделать вывод о достаточно подвижной ментальности мордовского субэтноса,
его способности безболезненно воспринимать культурные влияния извне. Все это подтверждает положение о
том, что в моршанской части бассейна Цны жила иная племенная группа мордвы, не сохранившая по ряду причин
своего племенного названия и растворившаяся позже среди русского населения [255]. Под напором русских ко-
лонистов мордва уже в ХVI веке покинула поценье и переселилась в леса Пензенской и Симбирской губерний.
Тамбовский краевед П.Н. Черменский [348] полагал, что уже к ХV веку мещерские мордовские племена поки-
нули наш край. Часть этого этноса выселилась на Волгу, и потомки этого этноса теперь известны как марийцы.
Небольшая же часть мордовского этноса "обрусела" и составила социально-демографическую группу, которую
в ХХ веке называли "мещеряками".
     Следы пребывания мордовского этноса сохранились в тамбовской топонимике. Так, в переводе с мордов-
ского слово Шацк означало "хороший урожай"; Тамбов – "мять, толочь, углубление"; Пичаево – "сосновая ба-
ба"; Цна – "вкусная вода"; Трегуляй – "бурная река"; Ляда –"косить" и так далее. В мордовском фольклоре су-
ществовала поэтичная легенда о храбром юноше-богатыре Сампуре и верной девушке Цне. Когда Сампур за-
держался в походе, Цна взмолилась: "Пусть вернется мой любимый, я омою его раны слезами". Так и суждено
было случиться. Сампур пал в бою, а из слез девушки образовалась прозрачная река, которая течет у подножия
возвышенности, где раскинулся поселок Сампур [3].
     В начале ХVI века территория среднего и нижнего Поволжья, в том числе и территория Тамбовского края,
была присоединена к русскому государству. С этого времени начинается активное проникновение русской куль-
туры в регион, археологические памятники культуры, относящиеся к этому времени, чаще всего имеют русское
происхождение [245].
     В этническом отношении в ХVI – ХVII веках на территории губернии активно шли ассимиляционные про-
цессы. Мордовский этнос, который относился к русскому этносу достаточно почтительно и уважительно как к
более цивилизованному и просвещенному народу, следовал русским этнокультурным традициям и брал их за
эталон. В целях просвещения мордвинов-язычников Алексей Михайлович послал в Тамбовско-Шацкую про-
винцию архиепископа рязанского и муромского Мисаила с миссионерской проповедью. Многих архиепископ
"обратил к Христу", но сам пал жертвой языческого фанатика. По приказу царя Федора Алексеевича в Тамбове
была учреждена епископская кафедра с назначением на нее преосвященного Леонтия [59].
     Большинство мордовцев приняли православие, однако многие обычаи и традиции (религиозные, кален-
дарно-земледельческие и даже семейно-бытовые) несли в себе черты традиционной мордовской культуры, зна-
чительно отличаясь от характерных для русского этноса. Не всегда взаимоотношения между мордвой и славяна-
ми были безоблачными. Так, из челобитной князя Кудашева от 1684 года узнаем, что он протестовал против уст-
раиваемого на его землях мордовского похоронного обряда, сопровождаемого нанесением большого вреда поко-
сам [278].


     Впрочем, нельзя не учитывать и обратного влияния мордовского этноса на русский. Особенно ярко это
проявилось в изделиях декоративно-прикладного искусства. Элементы художественного ремесла, цветовая па-
литра, форма мордовских изделий в ряде случаев копировались русскими мастерами. Мордовские ремесленни-
ки славились навыками изготовления обуви из кожи и шерсти. Благодаря выполнению ими частных заказов,
мордовские традиции ремесла постепенно проникали в быт и культуру русских.
     Основные черты характера, ментальность жителей региона во многом определялись в ХVI – ХVII веках
социально-экономическими факторами, в частности, массовыми миграционными процессами. Начало заселе-
ния славянами земель, составивших позднее Тамбовский регион, связано с формированием оборонительной
черты на юге государства. Туда для охраны рубежей направлялись служилые люди. Позднее, с расширением
границ государства на юг, военная деятельность этих людей перестала быть актуальной. Служилые люди "осе-
ли" в регионе и занялись сельским хозяйством. Именно они составили основу для формирования социального
слоя однодворцев. Эта миграционная волна дополнилась переселением на переставшие быть пограничными
плодородные земли свободного от крепостной зависимости населения более северных регионов России. По-
этому правомерно предположить, что миграционные процессы привели к концентрации в регионе людей, обла-
давших специфическими личностными качествами и мотивацией, которые и предопределили переселение по-
следних в необжитые южные регионы.
     Чаще всего в качестве методики изучения характерологических и этических черт жителей региона иссле-
дователи применяют анализ произведений устного народного творчества (сказок, пословиц, поговорок), запи-
санных на Тамбовщине.
     Людям, которым предстояло обосноваться и обзавестись прибыльным хозяйством на новом месте, пусть
даже с более благоприятными природно-климатическими условиями, но расположенном среди непроходимых
лесов или целинных степей, необходимо было обладать особым характером. Именно этим, по-видимому, объ-
ясняются подмеченные некоторыми исследователями такие особенности жителей региона, как жесткость в об-
щении с другими людьми, находчивость, оптимизм, рачительность, упорство. Заметим, что рачительность все-
гда противопоставлялась жадности. Очень ценились среди населения региона деловые качества, умение руко-
водить работой других ("атаманом артель крепка"), любовь к порядку, уважение к мастерству.
     Наряду с этим, большое значение в формировании ментальности имело понимание того, что без поддерж-
ки родных и друзей сложно рассчитывать на достижение результатов. Отсюда, наверное, высокий рейтинг сре-
ди населения таких качеств, как единение, братство ("один не воин").
     Очень отрицательно относились тамбовчане к необязательности, непунктуальности, некачественной рабо-
те ("авось да небось", "шьет да порет"), лени, праздности, болтливости, разговорам, не подкрепленным реаль-
ным делом, зависти, нечистоте на руку.
     Чигринская Л. в своем исследовании [349] подчеркивает, что в произведениях устного народного творче-
ства, записанных в регионе, можно увидеть явную независимость и даже атеистичность представлений тамбов-
ских жителей. Автор подчеркивает, что из анализа загадок, пословиц и поговорок, распространенных на Там-
бовщине, видно, что в содержании этих жанров народного творчества, несмотря на активную деятельность в
регионе церквей, практически отсутствует целенаправленная религиозная тематика. Чигринская Л. также ут-
верждает, что угрожающую жестокость тамбовских поверий можно объяснить тем, что тамбовцы игнорировали
посещение церкви, предпочитая ему производительный труд [349].
     Вместе с тем Л. Чигринская указывает на то, что очень важными в сознании тамбовцев были товарно-
денежные отношения. Известны, в частности, пословицы "Был бы ум, будет и рубль, не будет ума, не будет и
рубля", "Без хозяина и земля сирота", "Без хозяина и товар сирота", "Как рубль есть, так и ум есть, как два руб-
ля, так и два ума". Автор подчеркивает, что в духовной жизни тамбовчан возрастало значение материальных
ценностей: "Не слуга в лаптях, купи котики".
     Несколько иные нравственные отношения и идеалы начинают складываться в регионе в ХVIII веке с нача-
лом новой волны миграции. На Тамбовщину попадают переселенцы поневоле – крепостные крестьяне. Дубасов
И.И. [211] указывал, что архивные документы хранят многочисленные свидетельства необузданной жестокости
и самодурства тамбовских помещиков, которые вынуждали крестьян прибегать к крайним мерам – стихийным
выступлениям, убийствам, поджогам имений. Причем такие формы выражения недовольства со стороны кре-
стьян имели место и после отмены крепостного права. Губернские власти постоянно подавляли военной силой
стихийные выступления крестьян против помещиков, пресекали деятельность бандитских формирований.
     Дополним характеристику регионального этносознания анализом основных идей жителей региона по во-
просам художественного воспитания.
     Решая проблему передачи накопленного опыта последующим поколениям, каждая нация осуществляет по-
ставленные воспитательные цели, опираясь на национальную философию воспитания, национальный менталитет.
Последние же складываются с учетом региональной специфики. При этом сформулированные народной мудро-
стью педагогические постулаты остаются на конкретном территориальном пространстве неколебимыми в течение
многих столетий, вне зависимости от сиюминутных социально-культурных процессов. Напротив, со временем
выкристаллизовываются своего рода региональные педагогические модели, образы поведения, соответствующие
тому типу человека, который отвечает требованиям национально-региональной культуры, политики и права.
     С развитием этноса постепенно аккумулировались знания о психологических и возрастных особенностях
детей. Особую важность получило постижение народной мыслью значимости среды воспитания, зависимости
последнего от наследственных факторов. В этой связи столь необходимым представлялось участие детей и
подростков в игровой и обрядовой деятельности, которые рассматривались как факторы роста, развития и фор-
мирования нового поколения. Игры чередовались с посильным трудом или сливались с ним.



    
Яндекс цитирования Яндекс.Метрика