Единое окно доступа к образовательным ресурсам

Новейшая история России: Перестройка и переходный период. 1985-2005: Учебное пособие

Голосов: 2

Пособие посвящено проблемам отечественной истории последних двадцати лет - в годы Перестройки (1985-1991) и переходного периода (с 1991 г.). Показаны их причины, особенности, противоречия и некоторые итоги. Рассматриваются также вопросы внешней политики и культуры СССР эпохи Перестройки и новой России - в постперестроечное время. Учебное пособие предназначено для студентов всех специальностей и форм обучения, изучающих курсы отечественной истории и культурологии, и всех, интересующихся историей современности.

Приведенный ниже текст получен путем автоматического извлечения из оригинального PDF-документа и предназначен для предварительного просмотра.
Изображения (картинки, формулы, графики) отсутствуют.
    сознание, возродить предприимчивость и деловую инициативу,
подтолкнуть развитие производства снизу, расширить удовлетворение
покупательского спроса в тех областях мелкотоварного производства,
до которых у неповоротливой плановой государственной экономики
просто не доходили руки.
  В 1988 г. были приняты законы «О кооперации в СССР» и «Об
индивидуальной трудовой деятельности». Первый из них разрешал
трем и более владельцам открывать предприятия (кооперативы),
которые считались их совместной собственностью, второй допускал
частное предпринимательство в отдельных сферах без применения
наемного труда. Они во многом способствовали развитию
альтернативной экономики. Была прекращена кампания борьбы
с «нетрудовыми» доходами и против индивидуальной трудовой
деятельности, начатая постановлениями ЦК КПСС и СМ СССР «О
мерах по усилению борьбы с нетрудовыми доходами» (15 мая 1986 г.).
  Но, несмотря на заявления руководства страны о поддержке частной
инициативы, кооперативная и индивидуальная деятельность также
столкнулась с целым рядом трудноразрешимых проблем: правовых,
финансовых, снабженческих, психологических.
  Новые законодательные акты в области экономии, как и предыдущие,
оказались весьма несовершенными, кроме того, были деформированы
давлением аппарата и многими подзаконными актами. Так
случилось с Законом о государственном предприятии, который
оказался практически неработающим в условиях продолжавшегося
ведомственного диктата. Так случилось и с Законом о кооперации,
изначально наиболее отвечавшим условиям рыночной экономики,
однако неоднократно корректировавшимся в сторону ужесточения
государственного регулирования и контроля (в 1989 г. налоги на
кооперативы достигли 40 % и более).
  Существенную роль сыграли также прежние идеологические
установки: десятилетия пропаганды и репрессивных мер, направленных
на искоренение духа предпринимательства и частной собственности,
юридически поставленных в советское время под запрет, вытравили
«ген предпринимательства»
  и способствовали развитию у советских граждан страха перед
рынком, свойственного экономически опекаемым людям («психология
патернализма»). Сдерживали также неверие в прочность перемен,
память о недолговечности НЭПа и принятый в начале Перестройки
  1
    До этого: 1) в 1916 г. – во время Первой мировой войны; 2) в 1928–1935 гг. – в мирное время;
3) в 1941–1947 гг. – в связи с Великой Отечественной войной.
                                              31


Закон «О борьбе с нетрудовыми доходами населения».
  Очередным противоречием Перестройки стало и то, что быстрый
рост кооперативов не привел к развитию производства, так как они
занимались главным образом скупкой и перепродажей товаров (то
есть спекуляцией).
  Развитие коммерческих структур. С 1989 г. отмечалась тенденция
падения производства в промышленности и сельском хозяйстве в
государственном секторе, тогда как в кооперативном, арендном,
а затем и частном секторе происходили обратные процессы. Уже
в 1989 г. на арендных условиях в промышленности работало 1332
предприятия, в строительстве – 731, в общественном питании –
1043. Количество кооперативов, акционерных обществ, частных
предприятий также возрастало с 1989 г.
  Реальные сдвиги в экономической реформе произошли лишь в
1990 г., когда появились законы о малом предприятии, акционерных
обществах, совместных предприятиях, коммерческих банках. После
этого количество негосударственных предприятий стало быстро
расти. Постепенно и государственные предприятия, и организации
стали преобразовываться в различного рода частные и акционерные.
Правда, зачастую экономическую власть получали в них бывшие
номенклатурные работники. Несмотря на сохранение высоких налогов
на прибыли (от 35 до 45 %), законы 1990 г. создали определенные
условия для развития коммерческих структур.
  Особенно бурный рост негосударственных предприятий начался с
середины 1991 г. Это было вызвано как определенной либерализацией
самого процесса юридического оформления новых предприятий,
так и дальнейшим падением жизненного уровня широких масс, что
стимулировало экономическую активность населения.
  Нарастание экономического кризиса. Экономическая реформа 1987–
1989 гг., целью которой было побудить предприятия к эффективной
работе за счет хозяйственной самостоятельности и создания
материальных стимулов к конкуренции, пробудить экономическую
инициативу коллективного и индивидуального производителя, допустив
частника в сферу производства и торговли, – тоже провалилась.
  Нерешительность и половинчатость правительственной политики
делали маловероятным переход к рыночной экономике. В «новой»
правительственной программе, представленной премьер-министром Н.

  1
    Сталинизм – это система идей (идеология), на которой базировался политический режим
во главе с И. В. Сталиным, и сам этот режим, а сталинщина – это репрессивная практика этого
режима.
                                            32


И. Рыжковым Верховному Совету СССР в мае 1990 г., декларировавшей
переход к рыночной экономике, ничего не говорилось ни о «смешанной
экономике», ни о признании принципа частной собственности.
Зато предусмотренное правительством повышение цен на целый
ряд продовольственных и иных товаров вызвало в конце мая 1990
г. ажиотажный спрос, окончательно расстроивший всю систему
государственной торговли. Произошло ужесточение бюджетного и
денежного дефицитов.
  Экономические преобразования, попытка перевода промышленности
на рыночные отношения привели к спаду производства. Если в
1986–1989 гг. экономика имела незначительный, но все-таки прирост
(согласно официальным цифрам, в 1986–1988 гг. прирост составлял
в среднем 2,8 % валового общественного продукта, в 1989 г. – 2,4 %),
то в 1990 г. наблюдалось его реальное падение примерно на 2 %. В
1991 г. падение ВНП (валового национального продукта) составило от
6 до 10 %, а по отдельным отраслям, таким, например, как угольная,
нефтяная, текстильная и некоторые другие, – до
  20–25 %. В 1992 г. (уже после Перестройки) продолжалось
дальнейшее падение производства.
  На протяжении всего периода Перестройки, начиная с 1985 г.,
происходило увеличение денежной массы при отставании роста
производства. Это приводило к увеличению товарного дефицита,
особенно в легкой промышленности и производстве продуктов питания,
и росту инфляции. Только в 1990 г. годовая инфляция достигла 25 %,
рост цен составил, по некоторым оценкам, 40–50 %, а по отдельным
товарам и более. В 1991 г. темпы инфляции стали еще более
внушительными. К концу этого года они составляли 5–10 % и более
ежемесячно. Незначительные компенсации наименее обеспеченным
слоям населения не могли остановить ускоряющееся падение их
жизненного уровня. Повысились доходы лишь у 10 % населения. В
стране расцветала спекуляция, черный рынок, мафиозные группы
захватывали целые сферы в торговле и распределении.
  Мало что изменилось и в правительственной программе нового
премьер-министра В. C. Павлова, обнародованной в феврале 1991
г. Она тоже предусматривала резкое повышение цен (в 3–4 раза) с
апреля 1991 г. Это тоже не привело к нормализации товарного рынка
в СССР, и в конце 1991 г. было объявлено, что с начала 1992 г. все
цены будут рыночные, что вызвало резкий подъем цен уже в конце
1991 г.
  До конца 1991 г. так и не был решен вопрос о земле, хотя формально
                                33


сельские и городские жители получили право брать землю в аренду
в наследственное пользование. Но земля реально принадлежала
местным Советам и колхозам, которые максимально препятствовали
развитию фермерских хозяйств, что было одной из причин падения
сельскохозяйственного производства.
  Безрезультатность экономических реформ. Таким образом, ни
одна из начатых экономических реформ практически не дала
положительных результатов. С одной стороны, будучи продуктом
политического компромисса, они объективно не были достаточно
радикальными (наиболее болезненные
  в социальном плане и непопулярные меры были отсрочены), с другой
стороны, по сравнению с привычными принципами и традициями
планового социалистического хозяйства, реформы, наоборот,
субъективно представлялись многим слишком радикальными и потому
одновременно вызывали неприятие у населения и сопротивление на
всех уровнях бюрократического аппарата.
  В этом состояло еще одно непреодолимое противоречие Перестройки.
Подобно тому, как в свое время П. А. Столыпин подвергался критике
слева за недостаточность своей аграрной реформы (которая
не затронула помещичьего землевладения) и справа – за ее
радикальность. В результате столыпинская реформа, в конечном
счете, себя не оправдала, как и экономические реформы Горбачева,
которого демократы обвиняли в недостаточной решительности в
деле проведения реформ, а правые (ортодоксальные коммунисты) –
в предательстве социалистических идеалов.
  Все эти новшества положили начало демонтажа централизованной
системы управления народным хозяйством. Старая система
управления экономикой разрушалась и деградировала, но новая на ее
месте не возникла. В этом нашло проявление имманентное (внутренне
присущее) противоречие большинства системных перемен, лучше
всего выраженное известным афоризмом Остапа Бендера: «Немое
кино кончилось, а звуковое еще не началось». Все это сопровождалось
заметным падением уровня жизни.
  К 1989-1990 гг. страна переживала глубокий экономический и
политический кризис. Обострилось противоборство двух основных
сил: демократы выступали за переход к рыночным отношениям,
консерваторы, ориентированные на насыщение страны товарами
без создания рынков капиталов и рабочей силы, активно защищали
плановое хозяйство и общественную собственность. В ходе
противоборства вырабатывались различного рода экономические
                                34


программы («400 дней», «500 дней» и др.) С. С. Шаталина, Г. А.
Явлинского, Н. И. Рыжкова, Л. И. Абалкина и других, но ни одна из них
не находила единодушного одобрения. 12 сентября 1990 г. Верховный
Совет РСФСР принял программу перехода к рыночной экономике «500
дней», но успеха она не имела.
  Замедление, а затем и реальное падение производства, рост
товарного дефицита и инфляции повлекли за собой быстрое
снижение жизненного уровня основных масс населения. Кризис в
производстве и распределении и отсутствие реальной программы
выхода из него привели в 1990–1991 гг. практически к карточной
системе (нормирование продажи товаров, в первую очередь
продовольственных, по талонам). Помимо углубления социально-
экономического кризиса и значительных бытовых неудобств это был
еще психологический шок, в значительной мере подорвавший доверие
к Перестройке
  и реформам вообще: в четвертый раз в нашей истории (причем
второй раз –
  в мирное время) вводилось карточное нормирование продуктов
питания и других предметов для многих – первой необходимости
(табак, водка)1.

 § 6. Социально-политические реформы

  Гласность и «революция сознания». Большие перемены произошли
  в СССР в социальной сфере. В начале Перестройки новая политика
была ограничена «генеральной линией на совершенствование
общества развитуго социализма» и стратегией «ускорения социально-
экономического развития», провозглашенными на апрельском (1985 г.)
Пленуме ЦК КПСС и XXVII съезде партии (в феврале–марте 1986 г.).
  Вместе с тем акценты в оперировании старыми идеологическими
категориями постепенно смещались. Так, на XXVII съезде и в принятой
им новой редакции Программы КПСС наряду с традиционным
повторением тезиса о социально-экономических, политических,
идейных и моральных преимуществах социализма перед капитализмом
впервые уже раздавалась (и даже поощрялась) серьезная критика
отдельных сторон реального социализма и было исключено положение
о строительстве коммунизма.
  В 1987 г. в СССР начали создаваться так называемые «неформальные»
движения под флагом защиты Перестройки. Перемещение центра
политической жизни от партийных структур к общественному мнению,
                                 35


средствам массовой информации, нарождающимся «неформалам»
стало важным фактором смены идеологических позиций и перемен
в самой КПСС.
  Сначала произошло своеобразное возвращение к «идеалам
Октября». Предпринимались попытки объяснить глобальный кризис
системы как совокупность частных кризисов в конкретных сферах
общественной жизни, показать народу, что причины сползания страны
в пропасть заключаются не в доктрине, а как раз в отходе конкретных
руководителей партии от истинного учения, в «деформациях»
социализма, т. е. не в недостатках системы, а в недостаточности
претворения ее в жизнь. Предшественники стали обвиняться в
субъективизме, волюнтаризме, установлении культа личности, отходе
от «генеральной линии партии» и прочих грехах.
  Но как вскоре показала реальность, сам данный подход был
недостаточным, чтобы заставить государственный механизм
эффективно работать. Необходимо было также «подключить» к
процессу перемен и простых людей, поэтому был сделан следующий
шаг в сторону демократии. При этом в пропагандистской лексике какое-
то время сохранялся тезис о необходимости «возродить ленинский
облик нового строя» (например, на февральском (1988 г.) Пленуме
ЦК КПСС).
  Этим шагом стал январский (1987 г.) Пленум ЦК КПСС, после
которого расширилась сфера деятельности средств массовой
информации, перешедших от отдельных прорывов в запретные зоны
к широкой критике социальных болезней, к бичеванию не «отдельных
недостатков», а пороков системы.
  В политической сфере М. С. Горбачев выдвинул лозунг «гуманного,
демократического социализма с человеческим лицом».
  Самое большое социальное достижение Перестройки – это,
несомненно, гласность, несмотря на ее половинчатость и
ограниченность.
  Гласность стала средством развертывания «революции сознания»,
без чего было невозможно задействовать «человеческий фактор». Был
снят запрет на многие темы идеологического характера, ослаблена
цензура, что привело
  к публикациям многих ранее не издававшихся книг.
  Первоначально гласность трактовалась как конструктивная критика,
направленная на борьбу с искажениями социализма. Затем гласность
затронула более глубокие идеологические пласты и запретные ранее
темы. Начался пересмотр нашего прошлого, которое, как тогда
                                36


говорили, оказалось непредсказуемым. Освоение «белых пятен»
истории происходило драматически, люди болезненно переживали
феномен «внезапного прозрения», общество быстро политизировалось
и поляризировалось.
  Был продолжен процесс десталинизации, начатый еще в годы
хрущевской «оттепели» и замороженный в годы «застоя». Но теперь
она пошла значительно дальше – рассмотрению и разбору подлежали
абсолютно все дела. Тема Сталина, сталинизма и сталинщины1
выдвинулась на главное место
  в исторической публицистике, художественной литературе и
киноискусстве. Писатели, журналисты, публицисты стали именоваться
«прорабами Перестройки».
  Началась посмертная реабилитация жертв сталинских репрессий.
В сентябре 1987 г. Политбюро ЦК КПСС создало специальную
«Комиссию по дополнительному изучению материалов, связанных с
репрессиями, имевшими место в период 30–40-х и начала 50-х годов».
Эту комиссию по реабилитации возглавил секретарь ЦК по идеологии
А. Н. Яковлев. Его стали называть «идеологом Перестройки».
  Пересмотр затронул не только прошлое, но и настоящее. Были
приняты следующие меры:
  многим диссидентам возвращено гражданство. В декабре 1986 г. М.
С. Горбачев сам позвонил сосланному в январе 1980 г. в Горький (ныне
Нижний Новгород) академику А. Д. Сахарову (в квартиру которого
перед этим специально провели телефон), чтобы сообщить, что его
административная ссылка завершена. В 1987 г. были освобождены
200 политзаключенных (1/5 часть);
  15 февраля 1989 г. завершился вывод ограниченного контингента
советских войск из Афганистана, была прекращена бесславная война,
  1
     Название, данное редакцией газеты, представляет собой парафраз (пересказ) слов
М. С. Горбачева на февральском (1988 г.) Пленуме ЦК КПСС, сказавшего про марксистско-
ленинские принципы: «Принципами, товарищи, мы не должны поступаться ни под какими
предлогами».
   2
     На самом деле текст представлял собой переработанный Н. А. Андреевой материал двух ее
собственных откликов на два интервью писателя А. А. Проханова (автора известного романа
«Дерево в центре Кабула» и др.) в газете «Ленинградский рабочий» (24 июля 1987 г. и 2 января
1988 г.). Первый из отзывов был опубликован под редакционным названием «Воспоминания
о будущем?» (Ленингр. рабочий. 1987. 9 окт. С. 4), второй – не напечатан. Тогда Нина Андреева
послала копии своих откликов в «Ленинградскую правду» и еще в три центральные газеты,
в том числе в «Советскую Россию». 23 февраля ей позвонили из редакции этой газеты, предложив
на базе этих откликов подготовить статью. Андреева переработала материал, сократив его на
треть, и 9 марта передала приехавшему в Ленинград редактору газеты В. Н. Денисову. 13 марта
этот материал был напечатан как письмо в редакцию (Андреева Н. Неподаренные принципы, или
Краткий курс истории перестройки: Избранные статьи, выступления) / Сост. А. И. Белицкий.
Л., 1992. С. 3–25).
                                             37


начатая прежним советским руководством 24 декабря 1979 г.; в ней, по
официальным данным, погибло 14 453 советских солдата и офицера
и около 1 млн афганцев;
  расширена самостоятельность предприятий, на время введена
выборность директоров (1987 г.);
  были кардинально изменены церковно-государственные отношения.
  30 апреля 1988 г. состоялась встреча М. С. Горбачева с Патриархом
Москвы
  и Всея Руси и членами Священного Синода;
  в политическую жизнь вовлекались широкие народные массы,
были проведены первые альтернативные (из нескольких кандидатур)
выборы на I съезд народных депутатов СССР (1989 г.);
  явочным порядком возрождалась многопартийность. Возникли
такие оппозиционные КПСС партии, как «Демократический союз»,
«Демократическая партия России», «Либерально-демократическая
партия СССР» (лидер – В. В. Жириновский) и др. К 1989–1990 гг. в
стране насчитывалось около
  50 партий, как в Первую российскую революцию 1905–1907 гг.
  Выражая принципиальное осуждение массовых репрессий, даже
сдвинув вскоре хронологические рамки начала этих репрессий к
середине 1920-х гг., советское руководство не решилось коснуться
массовых репрессий, организованных большевистской партией ранее,
и возложило всю вину за произвол и беззаконие только на Сталина
и его окружение. Имена Ленина и его соратников находились под
идеологическим табу, что не позволяло беспристрастно оценить их
деятельность.
  На февральском (1988 г.) Пленуме М. С. Горбачев заявил о намерении
партии «возродить ленинский облик нового строя», признав тем самым,
что этот облик утрачен. На пленуме была сделана попытка объяснить,
почему партия и народ на протяжении 70 лет не смогли «достаточно
полно реализовать ленинские принципы нового общественного строя».
Среди названных причин было и возвращение к тезису XX съезда
КПСС о «культе личности», и новый тезис – о сложившейся в 1930-е
гг. «командно-административной системе управления».
  В аналогичном духе проходила и XX партийная конференция,
которая состоялась 28 июня – 1 июля 1988 г. В резолюции «О ходе
реализации решений XXVII съезда КПСС и задачах по углублению
перестройки», принятой на Конференции, присутствует программный
тезис времен «застоя», но в новом, «перестроечном» оформлении:
«Решение судьбоносных для страны и социализма задач перестройки
                                38


требует повышения руководящей роли партии и новых критериев
оценки выполнения ею этой своей роли». Однако цель, которая стояла
перед XX партконференцией – сплотить партию и партийный аппарат
под единым руководством М. С. Горбачева, – не была достигнута.
  В 1989 г. осторожно был снят запрет на обсуждение темы
Ленина и учения марксизма-ленинизма как единственно верного
и непогрешимого. Эти новшества привлекли к идеям Перестройки
главным образом интеллигенцию, согласную на временное ухудшение
жизни ради гласности, слова правды и раскрепощения мысли,
которые дала Перестройка. Традиционно до определенной меры
оппозиционная или немного фрондерствующая, интеллигенция в
значительной своей части условно поддержала Горбачева в надежде,
что времена «застоя» (или, того хуже, – культа личности) больше
никогда не вернутся. (Подобно тому, как в период Гражданской войны и
«военного коммунизма» крестьянство условно поддержало советскую
власть и было готово временно терпеть продразверстку и воевать в
Красной Армии, лишь бы не вернулись помещики в случае победы
белых.)
  В условиях гласности многочисленные средства массовой
информации (СМИ) – журналы, газеты, теле- и радиовещание –
привлекали к себе всеобщее внимание, формировали общественное
мнение. В СССР был подлинный журнально-газетный бум, в почтовых
отделениях в конце года выстраивались огромные очереди за
подпиской на газеты и журналы.
  Процессы обновления СССР и их лидер приветствовались
мировым сообществом. Внешняя политика Горбачева, поднявшего
«железный занавес», обеспечила ему уважение в мире, он завоевал
широкую популярность, особенно после падения Берлинской стены,
воссоединения Германии и «бархатных» революций в Восточной
Европе (1989–1990), которые он мог, но не захотел предотвратить или
подавить. На Западе его любовно называли Гурби. В знак признания

  1
     Казалось бы, парадоксально, но самая крупная республика – РСФСР – была единственной
в составе СССР, не имевшей своей коммунистической партии. Этот запрет шел еще от
И. В. Сталина, опасавшегося возможного появления организованной внутрипартийной
оппозиции. Из схожих (но уже государственных) соображений Сталин всегда ревниво относился
к попыткам ленинградского руководства занять сколько-нибудь самостоятельное положение, в
том числе в правительстве РСФСР. Отсюда и печально знаменитое послевоенное «Ленинградское
дело», по которому было репрессировано около 2 тыс. человек.
   2
     Благодаря этому КП РСФСР часто именовалась в прессе «партией Полозкова». 6 августа 1991
г. И. Полозкова сменил В. Купцов. После ликвидации попытки государственного переворота в
августе 1991 г. КП РСФСР была запрещена наряду с КПСС.
                                            39


его ведущей роли в мирном процессе, который сегодня характеризует
важную составную часть жизни международного сообщества, 15
октября 1990 г. он был удостоен Нобелевской премии мира за вклад в
снижение международной напряженности и осуществление политики
гласности.
  Однако внутри страны ситуация была иной. Перестройка
превратилась
  из аппаратного реформирования в движение масс и стала
неуправляемой. Процесс демократизации общественной жизни вел
к неожиданным для самого архитектора Перестройки результатам.
  Гласность и Перестройка выходят из-под контроля. Гласность
помогла освободить ранее сдерживаемые силы, направленные на
либерализацию режима. Но по мере развития гласности управлять
ею становилось все труднее. Постепенно гласность стала выходить
из-под контроля и стала самостоятельно развиваться без указаний
«сверху». Определенную роль в этом сыграли литературные
произведения («Собачье сердце» М. А. Булгакова, «Котлован» А.
П. Платонова, «Архипелаг ГУЛАГ» А. И. Солженицына и др.), в
которых проводилась мысль, что социалистический эксперимент был
изначально несостоятелен. В статьях Л. И. Абалкина, А. А. Нуйкина,
В. И. Селюнина,
  Н. П. Шмелева и других, содержалась критика ошибок Перестройки,
проводилась идея необходимости радикальной экономической
реформы.
  Задуманная как средство борьбы с «недостатками социализма», без
«подрыва его ценностей», гласность обратилась к принципиальным
вопросам
  о самой законности партийной власти. Распространение гласности
усилило растерянность и разобщенность умов. Она подняла на новый
уровень недовольство существующим порядком и поощрила самые
разнообразные формы протеста против него, и в итоге – политизацию
и идеологическую поляризацию все более широких слоев общества,
происходившую на фоне резкого ухудшения условий жизни и
экономического кризиса.
  1989–1990 гг. были периодом, когда реальная власть стала постепенно
уходить из рук верхушки партаппарата. Ослабление партийной власти
и рост недовольства «пробуксовыванием» Перестройки проявились
в начале широкой критики самих основ марксизма, социализма и
деятельности В. И. Ленина, в усилении влияния неформальных
движений и организаций, в формировании оппозиционных КПСС
                                 40



    
Яндекс цитирования Яндекс.Метрика