Единое окно доступа к образовательным ресурсам

Русские говоры Обонежья: ареально-этимологическое исследование лексики прибалтийско-финнского происхождения

Голосов: 3

В книге представлено около 2 000 русских диалектных слов прибалтийско-финнского происхождения с указанием на населённый пункт, в котором слово было зафиксированно, и с подробным этимологическим комментарием (впервые приводится около 100 новых этимологий). Основные данные были получены автором в ходе диалектологических экспедиций 1990-2001 гг., во время которых было обследовано 55 населённых пунктов на побережье и островках Онежского озера, опрошено около 150 информантов. Анализировалась лексика природы, сельского хозяйства, быта и т.д.

Приведенный ниже текст получен путем автоматического извлечения из оригинального PDF-документа и предназначен для предварительного просмотра.
Изображения (картинки, формулы, графики) отсутствуют.
    84                      ´
                       КУКЛИ

 ´
КУКЛИ

В значении ‘незрелый плод морошки с чашелистиками
и плодоножкой’, а также ‘высушенная плодоножка с ча-
шелистиками, применяемая как средство от кашля’ это
слово зафиксировано в Подпорожском р-не (Шеменичи,
Корба, Курпово, Яндеба, Юксовичи), в Вытегорском р-не
(Мегра, Казаково, Ошта), в Пудожском р-не (Гакукса).
На смежной территории анализируемое слово употребля-
ется в Лодейнопольском р-не (Ефремково), в Тихвинском
р-не (Макарнино), в Каргопольском р-не. Чаще данная
лексема употребляется в сочетании с предлогом «в»: в
куклях ‘о незрелой морошке’.
   Зафиксирована также форма кукели, в кукелях, от-
                                 ´         ´
меченная в Медвежьегорском р-не (Шуньга, Челмужи), в
Пудожском (Каршево, Авдеево), на смежной территории
отмечается: кукел´ в Вашкинском р-не, кук´ ль в Карго-
                  я                       е
польском. Диминутив кукелёк в Каргопольском. Дими-
нутив кукелёк, кукельки употребляется в Прионежском
р-не (Ладва, Суйсарь), в Медвежьегорском р-не (Тихвин
Бор, Есино), в Пудожском р-не (Пелусозеро, Каршево,
Гакукса, Песчаное), в Кондопожском р-не (Новинка). Ди-
минутив кукелёчки отмечается в Медвежьегорском р-не
(Палтега, Есино), в Прионежском р-не (Суйсарь). В Ки-
рилловском р-не зафиксировано слово кукель ‘головка
                                        ´
клевера’. К´
           уколь ‘незрелый плод морошки’ распростра-
нен в Онежском р-не; кукелёчек ‘головка льна’ — в Че-
реповецком.
   Вариант кукулёк, кукульки ‘завязь морошки’ упо-
                              ´
требляется в Пудожском р-не (Пелусозеро), а также в
Онежском, Плесецком, Каргопольском р-нах. Материалы
СРНГ (1971) дают лексему кукуль ‘чашелистики морош-
                            ´
ки’ в Каргопольском р-не. Дериваты куколёк, кукольки
                                              ´      ´
отмечаются в Вытегорском р-не (Мушниковская), в Пу-


                         ´
                        КУКЛИ                       85
дожском р-не (Колгостров, Корбозеро) в значении ‘незре-
лый плод морошки’. В КСРНГ слово кукольки дается в
                                      ´
значении ‘почки березы’ в Медвежьегорском р-не (Гань-
ковец), а с иным ударением кукольки ‘цветоножка’ в
                                       ´
Каргопольском р-не (Давыдово). Кроме того, КСРГК от-
мечает куколёк ‘завязь морошки’ в Онежском р-не, а
эта же форма в значении ‘головка клевера’ фиксируется
в Киришском р-не.
   Лексема куколка ‘завязь морошки’ отмечена в Ваш-
              ´
кинском р-не, значение ‘головка клевера’ бытует в Ба-
баевском р-не. КСРГК фиксирует дериват кукольник в
                                            ´
значении ‘морошка’ в Плесецком р-не, в значении ‘клевер’
в Кирилловском р-не.
   В н. п. Челмужи Медвежьегорского р-на представлена
единственная фиксация — х´  ухли, в х´
                                     ухлях ‘о незрелой
морошке’. По-видимому, анализируемый материал свя-
зан с широко распространенными в вологодских гово-
рах и представленными в СВГ словами: куглина ‘го-
                                            ´
ловка льна; клевера’, куколка, куколёк ‘головка льна;
                       ´
клевера’, куколка, куколёк, куколь, куколька в тех
            ´                  ´         ´
же значениях. Калима, основываясь на материалах Да-
ля (куклина ‘семенные головки льна или одна шелуха’,
      ´
без указания места), Подвысоцкого (к´ глина, куглина
                                      о          ´
в том же значении в Архангельском, Онежском, Хол-
могорском, Пинежском уездах), Куликовского (куглин´   а
‘коробка конопли’ в Каргопольском, Пудожском уездах),
делает вывод о прибалтийско-финском характере заим-
ствования, приводя, однако, только финский материал,
фин. kouhlo [Kalima 1915]. На наш взгляд, вепс. kaukol,
koukel ‘головка льна, конопли с семенами’ в результате
метафорического переноса могли распространить сходное
наименование на головки клевера, также и незрелые пло-
ды морошки. В данном случае еще возможна контамина-
ция со словом кукелёк ‘бутон, нераспустившийся цве-


86                ´      ´
                 КУКЫШКАРАНДЫШ

ток’, отмеченным Куликовским в Петрозаводском уезде
и также заимствованным из фин. kukka, кар. kukkaine
‘цветок’.
   Кукли ‘незрелые плоды морошки’ фиксируется в ос-
новном в Подпорожском, Вытегорском, южной части Пу-
дожского р-нов, а также в смежных р-нах с вепсским суб-
стратно-адстратным влиянием. Вариант кукели, с этим
                                         ´
же значением, отмечается спорадически в Заонежье и в
прилегающих к нему р-нах. Следует подчеркнуть, что в
Обонежье употребляются в основном эти варианты в зна-
чениях, связанных с понятиями о незрелых плодах мо-
рошки. В более восточных вологодских говорах сходные
формы имеют значения ‘головка льна, конопли’, что мо-
жет быть вызвано другой субстратной основой.
   В архангельских говорах зафиксирован префиксаль-
ный дериват пакуль ‘оставшаяся после цветка морошки
                 ´
чашечка снизу ягоды’, отмеченная Подвысоцким в Онеж-
ском уезде; ‘незрелая ягода’, представленная в СРНГ в
том же уезде (1878 г.).
   В узком ареале — Подпорожский р-н (Ульино, Пидь-
ма) отмечаются лексемы кукушки, кукыши, куковки,
имеющие значение ‘незрелые плоды морошки’, возможно
относящиеся к анализируемому выше гнезду.

 ´       ´             ´
КУКЫШКАРАНДЫШ, КУКОШКАРАНДЫШ,
     ´
КУКАРАНДЫШ
В значении ‘шиповник’ форма кукышкар´ ндыш отме-
                               ´        а
чена в Подпорожском р-не (Шеменичи, Ульино, Корба,
Юксовичи, Заозерье). Вариант кукар´ ндыш с тем же
                                   а
значением зафиксирован в Прионежском р-не (Ладва, Пе-
дасельга) и в примыкающей к нему части Подпорожско-
го р-на (Шустручей). По данным КСРНГ с другим во-


                   ´      ´
                  КУКЫШКАРАНДЫШ                       87
кализмом кукор´ ндаш отмечается в н. п. Ладва. Вари-
                  а
ант кукиш-карандыш отмечается в присвирских насе-
       ´
ленных пунктах Пидьма, Усланка, Курпово. Кроме то-
го, в н. п. Курпово отмечен как менее частотный вариант
кукушкарандыш. В н. п. Мегра Вытегорского р-на по
  ´
ПЛГО записан вариант кукарандыш.
                          ´
    На смежной территории схожая лексика не зафикси-
рована. Первые фиксации различных вариантов даются
в словаре Куликовского кукиш, кукуш-кар´ нды по те-
                                   ´          а
чению р. Свири; кукиш-карандыш — также по течению
                    ´
р. Свири и в Петрозаводском уезде в значении ‘ягоды ши-
повника’. Вариант куккыш-карангыш в значении ‘цве-
                      ´
ток дикой розы’ дается в материалах Лескова. Лесков
полагает, что в данном случае заимствование из олон.
(ливв.) kukoin-karangaine. Калима считает, что здесь за-
имствование из вепсского языка — вепс. kukein-karang,
kuki˘n-karandis, приводя материалы Сеталя [Лесков 1892:
     ı          ˇ
100; Kalima 1915: 137]. В СВЯ приводится kukoinkarang,
kukinkarang в значении ‘шиповник’. Проведенный нами
опрос показал, что вепсы осознают, что данное слово
представляет собой композит: kukoin- означает ‘петуши-
ный’, -kukoi ‘петух’ [СВЯ: 242], а вторая часть -karang
не сохранилась в вепсском языке как значимая лексе-
ма, но рефлексы ее фиксируются в других прибалтийско-
финских языках: фин. karanka ‘жердь, шест’, ‘засохший
толстый сук ели’, ‘прут в изгороди’, кар. karango ‘свесив-
шаяся в реку ветвь дерева’, ливв. karango ‘cуxое дере-
во’, karangahane ‘высохшее на корню дерево’, люд. ka-
rangahaine, kuzen karangahaine ‘засохшая ель’ [SKES:
161], ливв. karango ‘сухостойное дерево’ [СКЯМ: 125],
кар. твер. karango ‘сухая, костлявая корова или лошадь’
[СКЯП: 88], кар. karanko ‘о ком-либо длинном и худом’,
karanneh ‘кривое изогнутое дерево, растущее на болоте’
[KKS 2: 67].


88                ´      ´
                 КУКЫШКАРАНДЫШ

    Отмеченные в Лодейнопольском р-не по СРНГ лексе-
мы кука, кукоши ‘дикая роза, шиповник’ [СРНГ: 16, 30,
            ´
44] могут иметь двойную мотивацию; с одной стороны,
данная лексема может быть своеобразно освоенным ва-
риантом заимствования из вепсского языка; с другой сто-
роны, здесь вероятна связь с фин. kukka ‘цветок’. Но в
силу того, что Лодейнопольский р-н является территори-
ей, где жили и живут вепсы, а в вепсском языке понятие
‘цветок’ представлено в форме cvetiune, an’ik, все-таки и
                                        ¨
в данном случае следует отдать предпочтение вепсской
этимологии kuksa ‘петушок’ (см. ниже петушки). Здесь
                ˇ
же отмечено слово кар´ ндыш ‘шиповник’ [СРНГ 13: 74],
                       а
которое явно восходит к другому этимону.
    Таким образом, вепсское слово целиком послужило
источником для лексем: кукошкар´ ндыш, кукакар´ н-
                           ´       а           ´      а
дыш, кукар´ ндыш, а вторая часть композита -karang,
              а
для лексемы кар´ ндыш (Лодейнопольский район). В Под-
                  а
порожском р-не (Усланка, Яндеба, Корба) понятие ‘ши-
повник’ выражается через словосочетание петунье дере-
во, понятно, что атрибутив является семантической каль-
кой с вепсского слова. В Вытегорском р-не (Ошта), в
Прионежском (Педасельга, Машезеро, Ладва, Заозерье),
в Медвежьегорском р-не (Кузаранда), в Пудожском (Ав-
деево, Гакукса) плоды шиповника имеют наименование
— петушки, что, на наш взгляд, также является отраже-
нием влияния семантической системы вепсского языка.
Тем более, что территориальное распределение слова пе-
тушки по данным СРНГ ограничивается Карелией.
    Труднее предложить достоверную этимологию слову
кука-бака ‘одуванчик’, отмеченного СРНГ в Вожегод-
  ´
ском р-не. Маловероятно, что данная лексема имеет от-
ношение к анализируемому гнезду, скорее всего, по край-
ней мере по форме она соотносится с коми-пермяцким —
куку-бака ‘гриб-трутовик’.
  ´     ´


                      ´
                     КУРУШКА                      89
   Отметим, что ряд вариантов различается территори-
ально — кукарандыш, кукышкарандыш и т. п., одна-
ко, общая дистрибуция заимствования связана с юго-
западным Прионежьем (Подпорожский, Прионежский,
Вытегорский р-ны). Причем на остальной обследуемой
территории Обонежья в Медвежьегорском, Пудожском
р-нах, почти во всех населенных пунктах по ПЛГО за-
фиксировано слово щипичник ‘шиповник’, информанты
                        ´
мотивируют его следующим образом: «щиплет, дак и щи-
пичник». В северной части Прионежского р-на (Суйсарь,
Заозерье) отмечены шипичник / шипишник и колюч-
ник, как видно, здесь уже другая мотивация. Форма ши-
пичник представлена также в Сегежском р-не (Валдай,
Вожма Гора). В н. п. Каршево Пудожского р-на бытует
в значении ‘шиповник’ слово шипильняк. В некоторых
населенных пунктах, наряду с заимствованным словом
употребляется исконный синоним — в н. п. Казаково Вы-
тегорского р-на шипица; н. п. Педасельга Прионежского
                    ´
р-на — роза; Шустручей — шипичник.
   В ладого-тихвинских говорах по КСРГК отмечена фор-
ма чипарыжка; в белозерских — чипарига.

 ´
КУРУШКА
Данное слово отмечается в Обонежье в нескольких зна-
чениях. В Медвежьегорском р-не (Космозеро), а также
в Пудожском р-не (Канзанаволок) бытует значение ‘бе-
резовая сережка’. В Медвежьегорском р-не (Кефтеницы,
Типиницы, Шуньга) распространено значение курушка
‘еловая шишка’, данное значение зафиксировано также
в Беломорском р-не. В Медвежьегорском р-не (Черка-
сы) представлено значение ‘почка на хвойном дереве’,
на смежной территории в Беломорском, Каргопольском,
Вашкинском р-нах отмечено значение ‘водная лилия, кув-
шинка’.


90                      ´
                       ЛУЛАКИ

   Распространение данного слова в Обонежье (Заоне-
жье и юго-восточная его часть), в каргопольских, бело-
зерских и беломорских говорах позволяет говорить об его
неисконном характере. На наш взгляд, его можно возве-
сти к люд. kukkurain’e ‘шишка — сосновая и т. п.’.

 ´       ´
КЯБЕГА, КЯРБЕГА
Данные слова впервые представляются ниже как заим-
ствования из прибалтийско-финских языков. По данным
ПЛГО оно зафиксировано в Пудожском р-не (Римское) в
значении ‘мох на деревьях’. В КСРГК отмечается лексе-
ма кярбега в этом же значении в Лодейнопольском р-не
(Чидово).
   На наш взгляд, слово кябега можно возвести к вепс.
k¨ ‘пакля’, а кярбега к вепс. k¨
 abe                             arbe ‘лишайник, расту-
щий на коре деревьев’, ‘очески, отходы от чесания льна,
конопли’.
   Найти соответствия вепсским словам в других при-
балтийско-финских языках не удалось, хотя вероятна
связь с эстонским k¨
                   aba, keba ‘сосновая кора’.
   Возможно, что с анализируемым материалом связано
слово к´ пшуга ‘мох на деревьях’, отмеченное в Сегеж-
        а
ском р-не (Валдай, Вожма Гора).

 ´
ЛУЛАКИ
В значении ‘незрелые ягоды’ слово лулаки распростра-
нено в Вытегорском р-не (Яшкино, Щекино, Мушников-
ская, Игнатово, Девятины, Андома, Мегра, Ошта, Каза-
ково), в Подпорожском р-не (Юксовичи, Шустручей).
   Предыдущие фиксации этого слова находим у Кули-
ковского и Филимонова — лулаки ‘незрелые плоды’ в
                            ´
Вытегорском уезде (Коштуги). Калима, приводя вепсские


                 ´        ´
                ЛЯЙПИНА, ЛЕЙПИНА                   91
материалы Сетеля, тем не менее полагает, что этимология
данной лексемы не может быть разрешена определенным
образом, т. е. это для него слово с неясным происхожде-
нием [Kalima 1915: 157]. SKES уже относит слово лулаки
к заимствованиям из вепсского языка, помещая вепсский
этимон лuл в одно гнездо с фин. luu ‘кость’, при ижор.
luukka ‘незрелая ягода’, причем авторы SKES полагают,
что вепсская форма лuл происходит от адессива [SKES:
315]. На наш взгляд, скорее всего форма лuл связана
с вепсским прилагательным, образованным от существи-
тельного lu ‘кость’ — лuukaz, имеющем два значения
                            ˘
‘костлявый’ и ‘незрелый, неспелый — о ягодах’; суффикс
-kaz/-kaha со значением обильности широко представлен
                          ˘
в вепсском языке. Звук [u] (неслоговой) мог проясниться
на почве русских говоров в [л] (ср. вепс. suuk — рус.
                                            ˇ ˘
шелк), и полученная форма могла снова попасть в вепс-
ский язык, где она представлена как существительное —
лuл.
   Узкая локализация слова лулаки — Южное Прионе-
жье (в основном Вытегорский р-н и ближайшая к нему
часть Подпорожского р-на) позволяет принимать как ту,
так и другую вепсскую этимологию.
   Трудно сказать, связана ли финская фамилия Lallukka
с анализируемыми даными.

 ´        ´
ЛЯЙПИНА, ЛЕЙПИНА
В значении ‘кусок бересты’ вариант ляйпина зафиксиро-
ван в Прионежском р-не (Педасельга, Ладва), в Вытегор-
ском р-не (Бараны) отмечен вариант лейпина.
   В словаре Куликовского представлена лексема л´ й-
                                                   я
пина ‘широкая полоса бересты’, отмеченная по КСРГК
в Пудожском р-не, а также на смежной территории в
Каргопольском, Онежском, Кирилловском, Вашкинском


92            ´         ´    ´  ´
             МЯНДА, МЯНДАК, МЯНДАЧ

р-нах, в значении ‘участок пахотного поля’ отмечается
в Каргопольском р-не; ляп´ к ‘участок пашни на берегу
                            а
залива’ бытует в Плесецком р-не.
   Калима приводит вепсские материалы Сетяля, к кото-
рым, по его мнению, восходит русское слово — вепс. l’aip
‘кусок бересты’ [Kalima 1915: 158]. В СВЯ представлено
три варианта l’aip, l’eip, лaip в значении ‘полоса бере-
               ¨
сты, березовой коры и т. п.’, ‘пятно, полоса’, что также
подтверждает этимологию, предложенную Калимой. Бы-
тование в зонах адстратного вепсского языкового влия-
ния в Вытегорском и Прионежском р-нах анализируемых
слов предполагает их непосредственную связь с вепсским
материалом, причем вариант ляйпина соотносится с при-
онежским диалектом, а лейпина со средневепсским диа-
лектом.

 ´         ´    ´  ´
МЯНДА, МЯНДАК, МЯНДАЧ
Основное значение приведенных выше слов ‘сосна с тол-
стым слоем заболони’, такие деревья обычно растут на
болоте или низменных местах и непригодны для исполь-
зования в строительстве. Повсеместно в Обонежье рас-
пространено словосочетание мянд´ вое дерево в указан-
                                о
ном значении в противопоставлении сочетанию рудовое
дерево в значении ‘хорошее строевое дерево’. Лексема
мянда отмечена в Вытегорском р-не (Мегра), в Медве-
жьегорском р-не (Ламбасручей, Загубье, Великая Губа,
Сенная Губа), в Кондопожском р-не (Тулгуба, Лижма),
в Прионежском р-не (Суйсарь, Ялгуба), в Сегежском р-
не (Валдай, Вожма Гора). На смежной территории сло-
во мянда ‘сосна с толстым слоем заболони’ отмечается
в Плесецком р-не. В значении ‘слой дерева под корой’
лексема мянда бытует в Вытегорском р-не (Черная Сло-
бода), в Прионежском р-не (Ялгуба), в Пудожском р-не


              ´         ´    ´  ´
             МЯНДА, МЯНДАК, МЯНДАЧ                   93
(Потанино), в Кондопожском р-не (Кулмукса), а также
в Бокситогорском р-не. В Вытегорском р-не (Бараново)
м´ нда распространено в значении ‘моховое ягодное бо-
 я
лото; иногда поросшее редким мелким лесом’, а также в
Бабаевском и Белозерском р-нах. Значение ‘толстый низ-
корослый человек’ слово м´ нда, по-видимому, получи-
                          я
ло в связи с метафорическим переносом, оно отмечается
в Медвежьегорском р-не (Великая Нива, Пабережье), в
Кондопожском р-не (Горка); с иным ударением мянд´ ва
Вытегорском р-не (Ошта).
   Слово мянда впервые зафиксировано в Опыте в двух
значениях: 1. ‘верхние слои сосны темноватые и водя-
нистые, а не смолистые’ в Верховажье Вологодской гу-
бернии; 2. ‘редкослойный, не на боровом месте расту-
щий лес’ в Олонецкой губернии. В словаре Подвысоц-
кого м´ нда ‘растущее на болоте дерево’. У Куликовского
      я
— мянда ‘слой древесины, находящийся непосредственно
под корой’ в Каргопольском уезде, в Вытегорском (Черная
Слобода), в Заонежье (Шуньга), а также по течению реки
Свири. На более широком ареале слово имеет значение
‘болотная ровно как и горная сосна, негодная на поделки’,
отмеченная в Петрозаводском, Пудожском, Повенецком,
Каргопольском, Лодейнопольском уездах. В Вытегорском
и Каргопольском уездах м´ нда имеет значение ‘толстяк’,
                          я
а кроме того в последнем уезде Подвысоцкий отмечает
выражение косая мянда. В Вытегорском и Пудожском
уездах мянда бытует в значении ‘сосна’.
   В словаре Беляевой отмечается мянда ‘заболонь’. Чай-
кина пишет, что первая фиксация слова мянда ‘болото
покрытое редким хвойным лесом’ в говорах Белозерья да-
тируется XVI веком. Она выделяет в данной лексеме три
значения: 1. ‘болотная сосна’ в вологодских, тотемских,
никольских, великоустюгских; в архангельских, пинеж-



    
Яндекс цитирования Яндекс.Метрика