Единое окно доступа к образовательным ресурсам

Руcская проза 1950-х - начала 2000-х годов: от мировоззрения к поэтике: Учебное пособие

Голосов: 2

Дается характеристика типологических разновидностей прозы последних десятилетий: философская проза, произведения мемуарного жанра, "женская" проза, "малая проза" А. Солженицына. Представлены крупнейшие творческие личности современной эпохи, художественные произведения писателей, которые имели читательский успех и оказали влияние на современное литературное развитие. Адресовано студентами, обучающимся по специальностям издательского дела и книжного бизнеса.

Приведенный ниже текст получен путем автоматического извлечения из оригинального PDF-документа и предназначен для предварительного просмотра.
Изображения (картинки, формулы, графики) отсутствуют.
                     Федеральное агентство по образованию
Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования
       Ульяновский государственный технический университет




                   А. А. ДЫРДИН, Д. В. РЫКОВА




               РУССКАЯ ПРОЗА
       1950-х – НАЧАЛА 2000-х ГОДОВ.
     ОТ МИРОВОЗЗРЕНИЯ К ПОЭТИКЕ


                          Учебное пособие
            по курсу «Современный литературный процесс»




                               УЛЬЯНОВСК
                                  2005


   УДК 882.09(082) “19/20” (075)
   ББК 83.3 (2Рос=Рус)6я7
     Д 90



    Утверждено редакционно-издательским советом университета в качестве
                             учебного пособия
                                Рецензенты
                      И. В. Трофимов, А. П. Рассадин




     Дырдин, А. А.
Д 90 Руcская проза 1950-х – начала 2000-х годов: от мировоззрения к поэтике:
     учебное пособие / А. А. Дырдин, Д. В. Рыкова. – Ульяновск: УлГТУ,
     2005. – 124 с.

     ISBN 5-89146-700-0
      Дается характеристика типологических разновидностей прозы последних
   десятилетий: философская проза, произведения мемуарного жанра, «женская» проза,
   «малая проза» А. Солженицына.
      Представлены     крупнейшие    творческие    личности  современной    эпохи,
   художественные произведения писателей, которые имели читательский успех
   и оказали влияние на современное литературное развитие.
      Адресовано студентами, обучающимся по специальностям издательского дела и
   книжного бизнеса.

     Введение, разделы I–II пособия написаны А. А. Дырдиным, раздел III – Д. В. Рыковой.

                                                    УДК 882.09(082) “19/20” (075)
                                                        ББК 83.3 (2Рос=Рус)6я7




                                                 © Дырдин А., Рыкова Д., 2005
   ISBN 5-89146-700-0                            © Оформление. УлГТУ, 2005



                                            2


                          ОГЛАВЛЕНИЕ

Введение………………………………………………………………………..4
                             Раздел I
Философская проза XX века: обретение духовно-эстетического единства
Глава I. М. Пришвин, А. Платонов и Л. Леонов в художественном
сознании второй половины XX века………………………………………..7

§ 1. Образно-символическая философия М. Пришвина: расширение
границ мемуарно-автобиографичекого жанра……………………………… 9
§ 2 Образы русской классики в прозе М. Пришвина (Илья Обломов на
страницах писательского Дневника)…………………………………………..11
§ 3. Дневник М. Пришвина как личностно-исповедальный текст……….. 17

Глава II. А. Платонов и духовно-символическая традиция русской
словесности

§ 1. А. Платонов – писатель сокровенной мысли………………………………. 24
§ 2. Сердце в образной антропологии А. Платонова……………………….26
§ 3. Славянофильский подтекст романа «Чевенгур»……………………….46

Глава III. Художественный метод Л. Леонова в романе «Пирамида».
Эволюция стиля и постоянство мировоззренческой позиции

§ 1. Роман «Пирамида» в контексте христианской культуры……………. 54
§ 2. Апокалиптика и эсхатология Л. Леонова………………………………62


                           Раздел II
Творчество писателей-традиционалистов в контексте современности

Глава I. Своеобразие «малой прозы» А. Солженицына…………………...77
Глава II. Русская классика и современная проза. В. Распутин…………...83

                           Раздел III
   Новые тенденции в русской литературе последних десятилетий

§ 1. Эволюция «женская прозы»: жанр и сюжет………………………… 93
§ 2. Художественный мир Л. Петрушевской…………………………… 108

Список рекомендуемой литературы………………………………………. 123


                                  3


                               ВВЕДЕНИЕ

      Русская литература последних десятилетий ХХ – начала ХХI века
представляет собой калейдоскоп эстетических направлений, творческих
личностей, произведений, стилевых и сюжетных решений. В главном
русле (мейнстриме) российской словесности соединяются три различных
потока: высокая литература, представленная, в основном, «возвращен-
ными» (опубликованными в течение 1980-х – первых лет XXI века)
произведениями классиков прошедшего столетия (А. Платонов,
М. Пришвин, М. Булгаков, Б. Пастернак), книгами писателей русского
зарубежья (Б. Зайцев, И. Шмелев, Б. Поплавский, М. Алданов,
В. Набоков), эстетическими открытиями писателей старшего (Л. Леонов,
А. Солженицын, В. Шаламов, В. Максимов,) и среднего поколения
(В. Шукшин, В. Астафьев, Б. Екимов, В. Белов, В. Распутин, В. Крупин,
В. Маканин, В. Ерофеев, Л. Бородин), образно-стилевыми поисками
литераторов «младшей генерации» (Г. Петрушевская, Н. Горланова,
А. Слаповский,     О. Славникова, Т. Толстая, Л. Улицкая, А. Варламов,
М. Харитонов, О. Николаева, В. Шаров, О. Павлов, М. Шишкин,
Б. Евсеев и др.) и беллетристика, в разряд которой входят отдельные
книги не только Б. Акунина и В. Пелевина, но и таких маститых
прозаиков, как Д. Гранин, В. Аксенов, В. Войнович, Саша Соколов и др.
      Еще одним специфическим звеном современной прозы является
массовая литература – самая заурядная в художественном плане, и самая
«всеядная» в смысле заимствований.
    Картина современного литературного развития может быть дополнена
новыми формами бытования литературы: тексты, создаваемые с помощью
новейших электронных технологий, интернет-тексты (сетература).
    Поиски новой эстетики, стремление отринуть установки соцреализма,
принимать в себя художественные новации мировой литературы, отказ от
классических традиций и возвращение к ним, как и к авангарду первой
трети XX столетия, порождает противоречивую множественность
современных художественных систем от постмодернизма и концептуа-
лизма, неоромантизма, неосентиментализма и неонатурализма, до
постсимволизма, постреализма, сюрреализма и трансметареализма
(традиоционализма).
    Современная русская литература – результат мировоззренческих,
духовно-эстетических и формально-стилевых исканий минувшего века, итог
жанровых и дискурсивных изменений в словесности новой эпохи, пришед-
шей на смену тоталитарному времени, периоду советской цивилизации.
      Курс «Современный литературный процесс» и его наиважнейшая
составная часть «Современный литературный процесс в России»,


                                  4


занимают особое место в историко-литературной и теоретико-литературо-
ведческой подготовке будущего редактора и издателя. В учебном плане
специальности «Издательское дело и редактирование» на него выделено
не так много часов. Однако данный предмет исключительно важен для
профессиональной подготовки специалистов-филологов. Он не только
завершает изучение литературно-исторических дисциплин, но и подводит
студентов к определенному рубежу в формировании эстетического вкуса,
критических навыков, самостоятельности в оценке          писательских
личностей, их художественных созданий и вклада в отечественную
литературу.
      По этой причине в пособии избран особый аспект изложения
материала. Значима его концептуальная новизна: обрисовывается не
только художественное мастерство писателя, но, прежде всего, глубина
его нравственно-созидательной мысли, место в целостных духовных
процессах России. Продвигаясь в своем обзоре от мировоззрения
художника к поэтике, мы обретаем возможность судить о его творческом
методе и образной онтологии, постигать суть раздумий о судьбах своего
народа и родины.
    На первом плане – творчество самостоятельных в своем эстетико-
мировидческом развитии художников слова, причастных к сохранению
духовности России в годы гонений на культурное достояние нации, на
Православие (М. Пришвин, А. Платонов, Л. Леонов, А. Солженицын,
В. Распутин). Многие из произведений, созданных первыми тремя
авторами на протяжении всего XX столетия, вышли в свет и получили
признание     лишь в последнюю четверть века. Однако именно они
повлияли на современную русскую литературу в ее глубинных основах.
Собственно, лишь только в связи с названными выше эстетическими
феноменами (круг имен можно расширить) следует вести разговор о
литературно-философском контексте русской духовной эволюции в
новейшее время.
    В предлагаемом пособии авторы сторонились завершенных характе-
ристик и окончательных оценок. В нем предпринята попытка взглянуть на
художественный процесс второй половины XX века с точки зрения
мировоззренческой и образно-стилевой самостоятельности тех немногих
литературных явлений, о которых пойдет речь. Нами выбраны не столько
типичные или эпатажные, шокирующие читателя тексты, сколько
произведения писателей с отчетливо выраженной духовно-утверждающей
позицией. Критериями отбора здесь стали литературный дар, отчетливо
проявившиеся национальное самосознание и высота писательской мысли.
Предпочтение отдано индивидуальным судьбам и книгам, рассмотрение
которых взращивает особое мышление редактора-издателя: развивает
принципы ответственного подхода к формированию репертуара
литературно-художественных изданий. Такой подход отвечает, на наш


                                  5


взгляд, первостепенной задаче книгоиздания на современном этапе –
задаче возрождения в России духовного просвещения, культуры книги
и чтения, бытовавших в стране до 1917 года, существовавших (во многом
вопреки господствующей идеологии) и в советское время.
    Вместе с тем, выбор писательских имен и текстов диктовался пробле-
мами типологии прозы, смысловой насыщенности образного мира
произведений, новаторством поэтических принципов. Авторы пособия
стремились     избежать    излишней     фактографичности,    элементов
биографизма, длинных списков писательских имен и текстов, которые
можно найти в учебниках или словарях, библиографических указателях.
    Перед студентом-редактором – «очерк в лицах» нынешнего состояния
русской прозы, краткое обозрение современной «высокой» литературы, а
также – некоторых новейших художественных явлений, способствующее, по
представлениям авторов, выработке навыков свободного мышления о
литературном процессе, его специфике и контекстуальных связях с
кризисной эпохой российской истории.
    Научно-методическими ориентирами для авторов пособия послужили
учебники, вышедшие в Москве (Голубков М. М. Русская литература XX
века. После раскола» – 2001; Лейдерман Н. Л., Липовецкий М. Н.
Современная русская литература. В 3-х кн. – 2001), в Санкт-Петербурге
(«Русская литература XX века. Школы направления, методы творческой
работы» – 2002), сборники Саратовского университета «Мир России в
зеркале новейшей литературы» (2004) и «Изменяющаяся Россия» (2005),
а также ряд сборников научных трудов кафедры русской филологии
Вильнюсского университета «Литература», которые представляют
современное литературное развитие в России в своеобразном ракурсе –
с позиций европейской филологической науки.
    Данный выпуск открывает серию учебных изданий кафедры
филологии, издательского дела и редактирования по курсу «Современный
литературный процесс». Готовится       учебное пособие, посвященное
характеристике отечественного постмодернизма и массовой литературы.
Настоящая книга – лишь первый шаг на пути к созданию учебно-
методического комплекса по истории и теории русской словесности на ее
новейшем этапе.




                                  6


                              РАЗДЕЛ I

    ФИЛОСОФСКАЯ ПРОЗА XX ВЕКА: ОБРЕТЕНИЕ ДУХОВНО-
             ЭСТЕТИЧЕСКОГО ЕДИНСТВА.

Глава I. М. ПРИШВИН, А. ПЛАТОНОВ И Л. ЛЕОНОВ В ХУДОЖЕСТ-
       ВЕННОМ СОЗНАНИИ ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ XX ВЕКА

      Новым этапом в истории русской философской прозы XX столетия
стало творчество А. Платонова, М. Пришвина, Л. Леонова, а в последней
трети века – А. Солженицына и В. Распутина. В той или иной степени
все они пытались противостоять начавшейся секуляризации русской
духовности, создавая идейно-глубокие произведения на материале жизни
собственной страны. В результате соприкосновения с народной верой,
христианской культурой и символикой их             художественная мысль
оказалась близкой «духовному реализму» Б. Зайцева и И. Шмелева, не
порывавших с религиозно-православной традицией на всем своем
творческом пути. Опора на классиков, национальная основа творчества,
собственный художнический дар позволяют им достигать метафизических
глубин в воссоздании жизни, изображать трагизм человеческого бытия с
нравственно-философской точки зрения .
      Писатели-философы новой генерации, овладевшие законами
символического мышления, и среди них – Пришвин, Платонов, Леонов,
перебрасывают мост над пропастью, в которой очутились слово и мысль в
России после 1917 года. На их творчестве лежит отблеск того духовно
одаренного времени, когда отечественное самосознание еще не было
расколото. Глубинная синтетичность русской мысли, прерванной, казалось,
катастрофой большевизма, ожила у них в символико-реалистическом
отображении жизни. Находясь под постоянной опекой власти, эти писатели
раскрывают мир окрест себя таким, каким он виден изнутри окружающего
пространства, а не с предписываемой сверху мировоззренческой позиции.
Такое творчество – это оправдание человека в потоке истории.
      У писателя-философа способность сопереживать жизненным
трудностям человека и своего народа проявляется в глубинной целостности
образного сознания.      Преодолевая вслед за реалистами XIX века
драматические антиномии бытия, крупнейшие художники слова           ХХ
столетия выработали механизмы такого синтеза. Их художественная мысль
тесно сплетена с мировоззренческими принципами христианства. С другой
стороны устанавливается непосредственная связь творческой личности с
действительностью. Эта связь поддержана традиционными нравственными
взглядами. Синтетичности мышления служит парадоксальный, «юродивый»


                                   7


(так критика назвала стиль А. Платонова) язык мысли, поскольку он
коренится в народной философии, отразившейся в фольклоре и в
древнерусской словесности, в опыте самостоятельного мышления
славянофилов.
      Обращаясь к вопросам художественного мышления, соотносимого с
духовным опытом прошлого и развивающегося в рамках символа и мифа,
необходимо осознать их принципиальное значение для литературного
сознания рубежа XX–XXI веков. Ключ к прочтению творческого наследия
писателей-философов – культурная традиция, которая определила тип
эстетического метода. Ее коренными идеями выступают духовное
подвижничество, человеколюбие, близость к природному миру поиски
идеала в народной этике. На этой основе формировались мировоззренческие
концепции, вместившие в себя общенародные ценности, культурный опыт
человечества и      культуру Православия, что стало лоном рождения
философской прозы. Однако не только эта идейная многоликость
характеризует    литературный процесс второй половины XX столетия во
всей его целостности. Как и в русской литературе XVIII – первых трех
десятилетий XIX века, в нем актуализируется содержание «народной веры».
В течение         первых десятилетий советской эпохи происходит
«рехристианизация»     художественного     пространства.   Традиционные
религиозные представления перекрывают революционные идеи, вписываются
в искусство нового мира. Даже те писатели, которые не вступали в
противоречия с властью, сохранили универсально-творческие основы
осмысления жизни. Получается, что окончательного разрыва с веками
культурного развития не было. Преемственная связь с традиционной
эстетикой добра и красоты       на протяжении всех советских лет была
внутренним импульсом искусства слова, выходящего за пределы норма-
тивных установок социалистического реализма.
      Главным качеством, скрепляющим писателей XX века с христиан-
ской культурой, выступил символизм сознания и творчества. В этой сфере
выявляются духовно-исторические истоки их мышления. Лишь данный
контекст формирует образно-философский метод названных писателей.
Тесная связь с народной символикой и христианским символизмом, ветхо- и
новозаветным образным языком заметно выделяла их на общем литературном
фоне. Не совпадая с эпохой великих потрясений по основам своего мышления,
они опирались на назначение символа синхронно утаивать и выявлять правду о
ней. Отсюда, может быть, совсем не случайная общность художников-
мыслителей, проявляющаяся через единую образную семантику. Вот почему
волне современные идеи живут у Платонова, Пришвина, Леонова, а также
писателей, идущих вслед за ними, в традиционной предметно-понятийной
системе. Образные находки названных выше художников просвечиваются
давней культурой (той, что стояла особняком от гуманизма и рационализма),



                                    8


часто меняя свое содержание. В такой эстетической ситуации возникли и могут
быть определены феномены, к характеристике которых мы и переходим.


§ 1. ОБРАЗНО-СИМВОЛИЧЕСКАЯ ФИЛОСОФИЯ М. ПРИШВИНА:
РАСШИРЕНИЕ ГРАНИЦ МЕМУАРНО–АВТОБИОГРАФИЧЕКОГО ЖАНРА

      Философско-автобиогрфические произведения Михаила Михай-
ловича Пришвина (1873–1954), которые печатались на протяжении
полувека, в неполном, фрагментарном виде, во многом повлияли на
эволюцию мемуарного жанра. Начатое на рубеже 1990-х годов издание
полного текста Дневника писателя∗ стало заметным явлением на общем
фоне активизации автодокументальных форм повествования. Автобиогра-
фическая проза сегодня – это десятки и сотни произведений от
традиционных воспоминаний или исторических записок до постмодер-
нистских эготекстов и онлайн-дневников. Дневники Пришвина, продол-
жившего классическую традицию русской мемуаристики, предстали одним
из самых ярких явлений личностно-исповедальной прозы. Он не только
развивал те рефлексивные возможности, которые были заложены в
мемуарно-философский жанр С. Аксаковым или Л. Толстым. В произ-
ведениях Пришвина дневниковые материалы обрастают образной
плотью с включением сюда самых малых деталей. Активным началом в их
составе является динамическое равновесие жизни и ее философско-
художественного осмысления. Существуя и думая, по словам самого
писателя-мыслителя, «в области неделимого простого человеческого» [1],
он    соотносил собственные духовно-религиозные       переживания с
прочувствованными поэтическими образами, высоким словесным
мастерством. Воссоздавая исповедальную линию русской классики,
Пришвин опирается на афористическую форму, поскольку она
соответствует жанровой цели монолога-исповеди. По слову С. Семеновой,
именно афористичность его дневниковых книг соответствует «потребности
личностно-субъективного, философически-нравственного претворения»
мира в образную ткань автобиографического произведения [2].
      Ключевым моментом художественности Пришвина выступает
лирическая избыточность. «Каждое сказанное Пришвиным слово как
бы имеет свой особенный запах, цвет и вкус» [3], – характеризуется
его поэтический язык в воспоминаниях И. С. Соколова-Микитова.
Ему вторит А. М. Ремизов, пишущий, что для русской природы
Пришвин нашел слово «гремящее, как лесной ключ, сверкающее, как
озимые росы» (3, 65).       Более того, слагаемые его таланта –
      ∗
        Дневник М. Пришвина публиковался в течение двух последних десятилетий
в журналах «Литературная учеба», «Наше наследие», «Октябрь», а с 1991 г. по насто-
ящее время издается отдельными томами.

                                        9


прирожденное        чувство      родного      языка,       естественность
повествовательного стиля и ритмика с речи – наполнены светлым
ощущением жизни – одухотворены.
      Не случайно мудрая в своей простоте проза Пришвина часто
называется поэтической. Развертыванию              личностно-творческой
основы, ее      экспликации, сопутствует у Пришвина отражение
биографических фактов с помощью символов. Вот как эта поэзия,
включавшая в себя символические смыслы,                   передается во
фрагментах повести «Крест и цвет»: «Источник радости и света
встретился мне на пути (речь идет о лесном роднике, который в
символическом сознании предстает как элемент сверхприродного
уровня. – А. Д.), я не раз встречал его в жизни и потом скоро терял.
Как же удержать мне в памяти тропинку, по которой пришел я
сегодня сюда навсегда?
      В пении последней пчелы я слышу голос: – Возьми крест и
давай любимому человеку цвет свой!» (1, 98).
      Постепенно в дневниках, а надо подчеркнуть, что дневники –
первоисточник всех сюжетов и смысловых значений образной системы
писателя, и лишь потом – в художественно оформленных текстах,
возникает метафорический ряд с широким полем религиозно-
мифологических ассоциаций. Начиная с так и не увидевшей света повести
«Крест и цвет» и ныне известного рассказа «Голубое знамя», где «идее
революции однозначно противопоставляется идея христианская, а
“новому красному времени” – голубое Христово знамя» [4], – у
Пришвина складывается цепь мыслеобразов, восходящих к христианской
символике. Так обнаруживает себя системный философско-религиозный
контекст       автобиографической прозы писателя, отражающий
действительность в опоре на мифотворящее сознание участников событий.
Синтез традиционной ассоциативной символики и собственно авторской, когда
любое событие – война, революционная «заворошка», разрушение
помещичьих усадеб и храмов – осмысливается как миф о пришествии анти-
Христа, создан на их внутреннем сходстве. На этой семантической схожести
построены у Пришвина символы образов-предметов, заимствованных из
хлыстовского ритуала (чан), православного обряда (чаша) и бытового этикета,
интерьера старой дворянской усадьбы (античная ваза). Все они обладают как
своими, первоначальными, так и самоценными, автономными для
мифопоэтической мысли автора смыслами. Правильнее будет именовать их
мифологемами ввиду структурной соотнесенности с образами-предметами
классической мифологии.
      Духовная активность художника спроецирована на других людей,
которые становятся в центр его очерков и философской прозы. «При этом
очень существенно, – пишут комментаторы дневников, – что путь
Пришвина как писателя        определяется стремлением не сочинять, а


                                    10



    
Яндекс цитирования Яндекс.Метрика