Единое окно доступа к образовательным ресурсам

Российские парламентарии начала ХХ века: новые политики в новом политическом пространстве: Монография

Голосов: 1

В монографии исследуется первый опыт становления в России публичного политика. Применив междисциплинарный подход, автор предпринял попытку по-новому взглянуть на отечественный политический процесс начала ХХ века. Особое внимание уделено рождению феномена homo politicus в России, правовому и общественному статусу членов Государственной Думы и Государственного Совета, моделям парламентского поведения. В приложении к книге приведен полный список российских парламентариев начала ХХ века, содержащий краткие характеристики их депутатской и политической активности. Книга адресована историкам и политологам, а также широкому кругу читателей, интересующихся политической историей России.

Приведенный ниже текст получен путем автоматического извлечения из оригинального PDF-документа и предназначен для предварительного просмотра.
Изображения (картинки, формулы, графики) отсутствуют.
    РОЖДЕНИЕ HOMO POLITICUS В РОССИИ __________________________
                                                         71

ориентациям гласных губернских земских собраний, составляя
справки-таблицы «Сведения о принадлежности к политическим
партиям руководящего большинства гласных в земских собраниях»
и «Своды сведений о ходе выборов земских гласных» на трехлетия
1906-1909, 1909-1912 и 1912-1915 гг.1, подразделяя гласных на
«правых», «умеренных» и «левых». Чиновники, составлявшие справ-
ки, особо подчеркивали остроту партийной борьбы на земских вы-
борах 1906 г., когда в них приняли участие даже закоренелые аб-
сентеисты2.
     Новым явлением городской жизни стали «Общества обывате-
лей и избирателей». Первое общество, объединившее жителей
Нарвской части Петербурга, возникло в конце 1906 г., а к концу
1908 г. подобные организации действовали во всех частях столицы
империи. Согласно уставам, цели «Обществ обывателей и избира-
телей» включали в себя содействие городскому благоустройству,
ознакомление членов обществ между собой для более сознатель-
ного выбора гласных в городскую думу и.т.п.3 В скором времени
центральным вопросом, обсуждавшимся на собраниях обществ,
стал вопрос о необходимости изменения положения о выборах в
гласные городских дум. В марте 1909 г. сенатор Э. А. Эрштрем по
поручению общества Литейной части приступил к разработке дан-
ного положения4. Во многом подобная активность объяснялась
влиянием либеральных политиков, входивших в состав обществ Пе-
тербурга. Так, в «Обществе обывателей и избирателей Казанской
части» заместителем председателя был член Государственной Ду-

     1
        РГИА. Ф. 1288, оп. 2, 1907 г., д.2; 1909 г., д. 46. Первая подобная
справка не датирована, но В.С. Дякин, проанализировав ее данные, пришел к
выводу, что она составлена до земских выборов 1906 г. См.: Дякин В.С. Зем-
ство в третьеиюньской монархии (структура избирателей и гласных) // Исто-
рические записки. Т. 115. М., 1987. С. 113.
      2
        РГИА. Ф. 1288, оп. 2, д. 46, л. 23. О политической борьбе в губернских
земствах в 1905-1907 гг. также см.: Manning R.T. Zemstvo and Revolution: The
Onset of Gentry Reaction, 190-1907 // Politics of Rural Russia, 1905-1914 / Ed. by
L. Haimson. Bloomington; London, 1979. P. 30-66.
      3
        См.: Сухорукова А.С. Общества обывателей и избирателей Петербурга
(1906-1910) // Россия в XIX-XX вв. СПб., 1998. С. 272, 273.
      4
        Там же. С. 274.


72
_______________«РОССИЙСКИЕ ПАРЛАМЕНТАРИИ НАЧАЛА ХХ ВЕКА…»

мы первого и второго созывов В. Д. Кузьмин-Караваев, секрета-
рем – Л. А. Велихов, будущий депутат Думы четвертого созыва, в
деятельности общества Василеостровской части активно участво-
вал бывший министр народного просвещения И. И. Толстой, став-
ший впоследствии городским головой Петербурга. Влияние оппо-
зиционных партий на деятельность аналогичных обществ в других
городах России отмечали в своих отчетах губернские должностные
лица. Так, начальник Красноярского жандармского управления не
сомневался, что учрежденное в городе «общество примет чисто по-
литический характер и займется проведением в Городскую Думу
лиц исключительно левого направления». Смоленский губернатор,
сообщая, что в состав руководства местного общества вошли лица,
«принадлежащие к так называемым прогрессивным партиям»,
предполагал с «некоторой уверенностью…, что деятельность Коми-
тета и Общества избирателей не ограничится обсуждением лишь
пользы и нужд города и перейдет на политическую почву». О «бес-
полезности» таких объединений горожан из-за их «узко-
партийного» характера рассуждал в своем отчете пензенский гу-
бернатор. Диссонансом прозвучало мнение эстляндского губерна-
тора, полагавшего, что деятельность подобных обществ была бы
полезной, если бы в них «соорганизовались… все партии»1. В
1910 г. вследствие циркуляра министерства внутренних дел дея-
тельность «Обществ обывателей и избирателей» была прекращена.
     «Второе дыхание» открылось у столичных светских салонов,
все более и более превращавшихся в политические салоны. Наи-
более влиятельными из них были салон К. Ф. Головина, участники
которого составили костяк первого правого политического союза –
«Отечественного союза», салон князя В. П. Мещерского, где «под-
бирались министерские кандидатуры и подготовлялись реакцион-
ные мероприятия»2, салон К. К. Арсеньева, превратившийся в
центр координации земских и внеземских либеральных сил3, а так-
же салоны А. А. Бобринского, А. В. Богданович, С. С. Игнатьевой,
С. Д. Шереметева.

    1
      См.: РГИА. Ф. 1288, оп. 5, 1909 г., д. 111а, л. 11-11(об), 21, 214(об), 218.
    2
      См.: Извольский А.П. Воспоминания. М., 1989. С. 163.
    3
      См.: Пирумова Н.М. Земское либеральное движение. М., 1977. С. 95.


РОЖДЕНИЕ HOMO POLITICUS В РОССИИ __________________________
                                                         73

     Достаточно подробно деятельность влиятельного в 1914-
1916 гг. политического салона Б. В. Штюрмера описал в своих по-
казаниях Чрезвычайной следственной комиссии Временного пра-
вительства бывший товарищ директора департамента полиции
С. П. Белецкий. Политический салон Штюрмера, объединявший
видных деятелей российской правой, по словам Белецкого, был
«обставлен хорошо и хозяйственно; вначале он состоял из неболь-
шого кружка его личных хороших знакомых по фракции и членов
государственного совета и некоторых сенаторов, но затем общест-
венный и политический интерес к кружку увеличился; салон… начал
приобретать значительное влияние и к его голосу стали прислуши-
ваться; число членов кружка с каждым заседанием возрастало и
иногда в зале даже не хватало места для приглашенных». Для на-
лаживания связей с провинцией Штюрмер приглашал приезжавших
в столицу губернских предводителей дворянства, губернаторов и
священнослужителей. Заседания обычно проводились в воскрес-
ные или праздничные дни. Участники салона постановили не при-
глашать в свои заседания «министров правого направления», чтобы
«не стеснять их публичным подчеркиванием влияния на них разных
решений кружка и не стеснять себя в обмене взглядов, могущих
иногда принять форму критического обзора программных действий
того или другого министра». Однако Штюрмер делал исключение
для министра внутренних дел Н. А. Маклакова, которого иногда
приглашали в числе личных знакомых жены хозяина салона, соби-
равшихся в соседней с залой гостиной. На заседаниях салона об-
суждалась роль Государственной Думы и Земгора, как «кадров об-
щественной оппозиции существовавшему государственному
строю», их связи с армией, настроения населения империи в связи
с «антидинастическим движением и правительственными меро-
приятиями», взаимоотношение военных и гражданских властей, по-
ложение в Польше, Финляндии, Галиции и т.п. Деятельность сало-
на сделала Штюрмеру имя политического деятеля, стоявшего на
страже охраны монархических устоев и в немалой степени способ-


74
_______________«РОССИЙСКИЕ ПАРЛАМЕНТАРИИ НАЧАЛА ХХ ВЕКА…»

ствовала его назначению председателем Совета министров в янва-
ре 1916 г.1
     Новым явлением столичной жизни стали политические клубы.
Инициатива создания первого такого клуба принадлежала предсе-
дателю Петербургской городской думы М. В. Красовскому2. Хода-
тайство о разрешении открытия клуба было подано в мае 1905 г., а
14 октября (т.е. еще до появления Манифеста 17 октября) устав
Клуба общественных деятелей был зарегистрирован3. Председате-
лем Совета старшин клуба был избран Красовский. Первое засе-
дание клуба состоялось 3 ноября. Согласно уставу, клуб учреждал-
ся с целью «объединить общественных деятелей и облегчить им
возможность в кругу своих членов обсуждать возникающие в госу-
дарственной жизни вопросы, а также общественные нужды и поль-
зы»4. С декабря 1905 г. обсуждение в клубе социально-
политических проблем России велось в специально организован-
ных постоянных секциях: дела окраин; внешняя политика; Государ-
ственная Дума, администрация, земства, города; крестьянский и
аграрный вопросы; рабочий вопрос; торгово-промышленные вопро-
сы; юстиция; народное просвещение; военное дело; пути сообще-
ния, почта, телеграф; текущие события и текущая пропаганда. По-
мимо предпринимателей, членами клуба являлись представители
высшей бюрократии, деятели культуры и науки, столичные журна-
листы. Руководство клуба стремилось вовлечь в орбиту своего
влияния провинциальных общественных деятелей, близких по сво-
им взглядам к Союзу 17 октября5. К марту 1906 г. число членов клу-
ба превысило 600 человек.
     Кадеты открыли свой клуб 24 апреля 1906 г. Инициатор созда-
ния клуба князь Д. И. Бебутов вспоминал, что «целью клуба пред-
     1
        См.: Падение царского режима… Ч. 4. С. 382-386.
     2
        См.: Памяти М.В. Красовского. Чернигов, 1911. С. 10-11.
      3
        См.: Красовский М., Дементьев Е. Краткий исторический очерк воз-
никновения и деятельности клуба // Отчет о деятельности С-Петербургского
клуба общественных деятелей с 1 ноября 1905 г. по 1 мая 1906 г. СПб., 1906.
С. 1-2.
      4
         Устав Санкт-Петербургского клуба общественных деятелей. СПб.,
1906. С. 3.
      5
        См.: ГАРФ. Ф. 1820, оп. 1, д. 10, л. 1.


РОЖДЕНИЕ HOMO POLITICUS В РОССИИ __________________________
                                                         75

полагалось больше сближать избирателей с депутатами, выяснять
и направлять настроение общества, иметь возможность в каждом
данном случае давать нужные мандаты своим депутатам, равно как
депутатам иметь возможность разъяснять избирателям, что дела-
ется в Думе и как происходит законодательная работа. Клуб пред-
полагался общероссийским, чтобы дать возможность всем приез-
жающим со всех концов России быть членами клуба и иметь сво-
бодный в него доступ. Клуб, хотя и кадетский, но членом клуба мог
быть всякий, левее кадетов стоящий»1. По словам члена ЦК кадет-
ской партии А. В. Тырковой-Вильямс, кадетский клуб с его непри-
хотливой обстановкой, но с хорошим и дешевым буфетом, пользо-
вался большой популярностью: «Все хлопоты доставались на долю
нескольких кадетских дам. Они вели хозяйство, принимали гостей,
находили и привозили докладчиков. Заправилами были М. А. Крас-
носельская и Л. И. Жижиленко. В устройстве еженедельных докла-
дов им помогала А. С. Милюкова. Доклады читали не только на по-
литические, но и на литературные и общие темы… В клубе рядовые
кадеты имели возможность встречаться с теми, кто вел партию, кто
отвечал за нее, чьи речи разносились по России, вокруг кого копи-
лось живое сочувствие миллионов. А полководцы общались со
своими солдатами, что тоже очень важно»2. Иначе расставил акцен-
ты в воспоминаниях о клубе В. А. Оболенский: «Кадетский клуб по-
мещался в самом аристократическом квартале, на углу Сергиев-
ской и Потемкинской улиц. Там всегда было людно, и публика,
среди которой преобладали богатые петербургские евреи, была
нарядной», что шокировало «демократических кадетов», крестьяне,
увидев эту публику, заявляли: «Господская партия» и уходили3.
Вслед за кадетами собственные клубы стали создавать и другие
политические партии, включая социал-демократов.
     Человек политический для того, чтобы быть активным субъек-
том политического процесса, нуждается в постоянном получении
новой информации по интересующим его вопросам. Важнейший

     1
       Цит. по: Старцев В.И. Князь Д.И. Бебутов и его воспоминания // Анг-
лийская набережная, 4: Ежегодник. СПб., 1997. С. 360.
     2
       Тыркова-Вильямс А. Указ. соч. С. 499-500.
     3
       Оболенский В.А. Указ. соч. С. 335.


76
_______________«РОССИЙСКИЕ ПАРЛАМЕНТАРИИ НАЧАЛА ХХ ВЕКА…»

канал получения такой информации – политическая журналистика.
Поэтому рождение “homo politicus” в России не заставило долго
ожидать и появления новой разновидности отечественных журна-
листов – парламентских репортеров. Среди них почти не было жур-
налистов с состоявшимся именем – это был новый набор, и «за
одиннадцать лет думские журналисты сумели создать себе в рус-
ской прессе место и видное, и выгодное, свои заработки довели до
размеров, раньше неслыханных»1. Быстрее всего расходились
именно те газеты, которые давали наиболее полную информацию о
происходящем в Думе. Пример тому – сытинское «Русское слово»,
отводившее целые страницы информации о Государственной Думе
и побившее все рекорды своими тиражами. При Думе было аккре-
дитовано 62 российских периодических издания и 31 – иностран-
ное. Отечественные репортеры создали общество думских журна-
листов («бюро печати»), председателями которого избирались
В. В. Светловский, М. М. Федоров, А. А. Пиленко, аналогичное объ-
единение журналистов, аккредитованных при Государственном Со-
вете, возглавлял Л. М. Клячко (Львов).
     Вопрос о допущении журналистов на заседания Государст-
венной Думы весьма эмоционально обсуждался на Петергофском
совещании в июле 1905 г. Граф А. П. Игнатьев, противник публич-
ности в деятельности Думы, четко обозначил свою позицию: «Если
их допустить, то все, что будет происходить в заседаниях, тотчас
же будет оглашаться в печати». Ему возражал Н. С. Таганцев, гово-
ривший о невозможности сделать заседания совершенно неглас-
ными, если в них участвуют сотни лиц. Князь А. А. Ширинский-
Шихматов в качестве компромиссной меры предлагал предоста-
вить председателю Думы право разрешать присутствие в ее засе-
даниях «представителям лишь известных органов печати, а не
всех». Но никто из участвовавших в совещании не смог что-либо
убедительное противопоставить доводам дворцового коменданта
Д. Ф. Трепова: «С точки зрения надзора гораздо лучше разрешить
присутствие в заседаниях Думы представителям печати, нежели их
туда не пускать. Если печати не разрешить иметь своих корреспон-


    1
        Там же. С. 418.


РОЖДЕНИЕ HOMO POLITICUS В РОССИИ __________________________
                                                         77

дентов в Думе, то, несомненно, редакции газет найдут средство
иметь своих сотрудников среди членов Думы, которые будут, одна-
ко, оставаться неизвестными. Предпочтительнее допустить пред-
ставителей печати в заседания Думы, ибо тогда они станут извест-
ными, и будет известно, с кого в случае надобности взыскивать».
Подобный     полицейский    подход    полностью    удовлетворил
Николая II1.
     Политика мощно вторгалась и в культурную жизнь страны.
1905-1908 годы – период расцвета отечественной политической са-
тиры. За это время на территории Российской империи увидели
свет сатирические журналы не менее 429 наименований2. Полити-
ческие события в координатах человека политического суть эле-
менты повседневности и наряду с другими обыденными явлениями
достойны и серьезного отношения, и ироничного: «Теща и октябри-
сты, телефон и Государственная Дума, трамвай и зубная боль,
граммофон и усиленная охрана, праздничные визиты и смертная
казнь – таковы, наряду со многими другими явлениями нашей жиз-
ни, темы современной юмористики»3.


     1
        См.: Петергофские совещания… С.58-59. В последующем проверкой
политической благонадежности журналистов, аккредитованных при Государ-
ственной Думе и Государственном Совете, занималось петербургское охран-
ное отделение. В декабре 1910 г. начальник отделения полковник фон-Котен
добился от товарища министра внутренних дел П.Г. Курлова распоряжения,
согласно которому уведомлять руководство Думы и Совета о нежелательности
аккредитации того или иного журналиста должен был департамент полиции.
Необходимость изменения существовавшего порядка фон-Котен обосновывал
тем, что ему приходилось самостоятельно высказывать мнение о нежелатель-
ности допуска того или иного журналиста в представительные учреждения.
Между тем, в связи с недостатком информации и неосведомленностью фон-
Котена об особых «соображениях», стали возникать недоразумения. «Благо-
приятные ответы» по-прежнему должно было готовить столичное охранное
отделение. См.: ГАРФ. Ф. 102, 4-е делопроизводство, оп. 119, 1910 г., л. 7-
7(об).
      2
        См.: Боцяновский В., Голлербах Э. Русская сатира первой революции
1905-1906 гг. Л., 1925. С. 210-222.
      3
        Кранихфельд Вл. Литературные отклики // Современный мир. 1910. №
11. С. 83.


78
_______________«РОССИЙСКИЕ ПАРЛАМЕНТАРИИ НАЧАЛА ХХ ВЕКА…»

     Жанра политической сатиры не чурались известные деятели
культуры. Активно сотрудничали с подобными изданиями художни-
ки А. Бенуа, И. Грабарь, Б. Кустодиев. Большинство шаржей зна-
менитой портретной галереи высших сановников журнала «Адская
почта» в 1906 г. было написано Б. Кустодиевым. Талантливые авто-
ры, выделив одну деталь в портрете того или иного деятеля, пре-
вращали ее в символ этого человека, и уже не требовалось изо-
бражать его лицо полностью. Наиболее ярким примером подобного
подхода является знаменитый «комикс» П. Трояновского «Бой
усов», в котором «усы кольцом» символизировали П. А. Столыпина,
а «усы торчком» - председателя Государственной Думы второго со-
зыва Ф. А. Головина. На серии картинок были запечатлены разные
моменты этого боя, намекающие на столкновение правительства с
Думой. «Бой усов» заканчивался победой «усов торчком», а «усы
кольцом» приобретали жалкое подобие мочала.
     Политические деятели становились героями и литературных
произведений. Отечественные авторы смело, правда, не столь же
талантливо, пошли по пути известного английского политического
романиста А. Троллопа, который в свои произведения, наряду с
вымышленными героями, вводил и живых политиков, использовал в
тексте цитаты из их выступлений. К числу таких произведений в
России можно отнести неоконченную пьесу М. Горького «Конститу-
ция», «романическую оперу» А. Амфитеатрова «Влюбленная Дума,
или Аскольдова могила на новый лад», роман В. П. Мещерского «У
власти», поэму в стихах В. М. Пуришкевича «Законодатели», «со-
временный роман-хроника» Н. Ерлыкова «Министр», фантазию
В. Дорошевича «Премьер: Завтрашняя быль» и др. Фантазия
В. Дорошевича, опубликованная в 1907 г., начиналась со слов:
«А. И. Гучков стал министром-президентом», а под словами героя
Дорошевича о его программе: «Акт 17 октября. Я выучил его наи-
зусть. Как “Верую”. Это вся моя программа. Все, с чем я пускаюсь в
плаванье. Мой компас. Мой метр. Мне предлагают сделать то-то, -
я примеряю: подходит к акту 17 октября. Да - отлично; нет - отвер-
гаю»1, – мог подписаться и сам лидер октябристов. В театре «Кри-
      1
          Дорошевич В.М. Премьер: Завтрашняя быль. (Фантазия). М., 1907. С.
47.


РОЖДЕНИЕ HOMO POLITICUS В РОССИИ __________________________
                                                         79

вое зеркало» Л. Андреев представлял сатирическую миниатюру
«Прекрасные сабинянки», направленную своим острием против не-
последовательности кадетов, а также водевиль «Конь в Сенате», в
котором с горькой иронией высмеивалась деятельность Государст-
венного Совета и Государственной Думы четвертого созыва.
     Политика не только предлагала сюжеты для театральных по-
становок, она сама все более становилась похожей на театральное
представление, обращенное к публике, более того, представление,
в которое зрители вовлекаются и становятся его участниками1. Едва
ли не нотки, характерные для театрального критика, прослежива-
ются в воспоминаниях А. В. Тырковой-Вильямс о митингах револю-
ционной поры 1905-1906 гг.: «Митинговая игра увлекала новизной,
кипеньем слов и мыслей, небывалой еще формой общения со зна-
комыми, полузнакомыми, совсем незнакомыми людьми. Русские
люди говорить любят и умеют. Но одно дело разговаривать в гос-
тиной, в студенческом кружке, на палубе волжского парохода, дру-
гое дело произносить речи с эстрады, где разговорщики, припод-
нятые даже физически над толпой, чувствуют, как она следит за их
жестами, улыбками, за выражением их лиц, а не только за их сло-
вами и мыслями. Слово, произнесенное с эстрады, иначе раздает-
ся, отражается, толкуется. От ораторов, как от актеров, льются вол-
ны, исходит эмоциональная заразительность, между ними и слуша-
телями устанавливается связь, создающая сходность мыслей и
чувств, которая может дорасти до политического созвучия. Толпа
следит за человеком на трибуне, но и он, с трибуны, следит за ней,
ловит оттенки и переходы ее настроений… Владеть толпой, дер-




     1
       Некоторые детали политических событий начала ХХ в. только усилива-
ют данное впечатление. Так, заседания второго съезда Союза 17 октября от-
крылись 6 мая 1907 г. в помещении Малого театра. Места в партере и амфи-
театре занимали делегаты съезда, а в ложах бенуара и бельэтажа размести-
лась традиционная театральная публика, среди которой было «видно много
элегантных молодых и пожилых дам и немного военного элемента». См.: Го-
лос Москвы. 1907. 8 мая.


80
_______________«РОССИЙСКИЕ ПАРЛАМЕНТАРИИ НАЧАЛА ХХ ВЕКА…»

жать в руках ее настроение, чувствовать как ваше Я накладывает
печать на этих людей, - это тонкое наслаждение»1.
     Об особенной важности слова в тогдашней политической жиз-
ни России говорили не только оппоненты власти, но и ее сторонни-
ки: «В стране, привыкшей тысячу лет молчать; в стране людей убе-
жденно косноязычных, словно боящихся звона и блеска, изящества
и красоты; в стране выработавшей себе какой-то аскетический
идеал неумения и чревоползания в речах, охотно отождествляемый
с солидностью и добродетельностью, - вдруг наступили новые, не-
ведомые дотоле условия государственной жизни. Для спасения за-
травленной власти оказалось недостаточным обычное скрипение
перьев. Потребовалась речь»2.
     Для многих современников был очевиден ораторский талант
Столыпина. После его первого выступления в Думе 9 июня 1906 г.
«в оппозиционной прессе между строк чувствовалось удивление,
что министр – и вдруг обладает даром слова и умением держать
себя на кафедре»3. Журналист А. А. Башмаков в статье, написан-
ной в день похорон председателя Совета министров, особо под-
черкивал, что тот был первым из министров, который удачно со-
вершал «государево дело» посредством слова4.
     Весьма часто парламентарии, обладавшие даром слова, удо-
стаивались от своих соратников и оппонентов соответствующих оп-
ределений, лестных и не вполне: Ф. А. Родичев – «оратор Божьей
милостью», «народный трибун», «праздный болтун»; Н. Е. Марков –
«курский соловей»; В. М. Пуришкевич – «корифей слова». А. С. Сти-

     1
        Тыркова-Вильямс А. Указ. соч. С. 390-391. Аналогичное впечатление
сложилось у французского посланника в Петербурге М. Палеолога, отметив-
шего в своем дневнике 31 января 1916 г., что «русские несравненно больше
поддаются действию живого слова, чем печати. Это потому, что, прежде все-
го, русский народ отличается впечатлительностью и легко увлекается образ-
ами: русским непременно нужно слышать и видеть тех, кто к ним обращает-
ся». См.: Палеолог М. Царская Россия накануне революции. М., 1991. С. 31-
32.
      2
        Вещий Олег. Последний витязь. СПб., 1912. С. 11.
      3
        Красильников Н. П.А. Столыпин и его деятельность в первой, второй и
третьей Государственной Думе. СПб., 1912. С. 9.
      4
        Вещий Олег. Указ. соч. С. 11.



    
Яндекс цитирования Яндекс.Метрика