Единое окно доступа к образовательным ресурсам

Международное сообщество и глобализация угроз безопасности. Часть 2. Международное сообщество и национальные государства в поиске ответов на новые угрозы безопасности: Сборник научных докладов

Голосов: 3

Сборник посвящен основным проблемам международной и национальной безопасности, исследованию теоретических, исторических, политологических, правовых аспектов противодействия угрозам безопасности. Представители научно-исследовательских сообществ, политические деятели, сотрудники правоохранительных органов и силовых структур России, Франции, Латвии, Эстонии, стран СНГ анализируют деятельность международного сообщества в поиске ответов на новые вызовы, взаимопонимание и взаимодействие власти и общества в борьбе с терроризмом и экстремизмом на глобальном и региональном уровнях. В отдельном разделе исследуется роль средств массовой информации, силовых структур, общественных организаций в формировании реакции общества на дестабилизирующие факторы современности. Представляет интерес для широкого круга юристов, политологов, историков, сотрудников государственных и правоохранительных организаций. Издание может быть использовано в учебном процессе в высшей школе для преподавателей, студентов и аспирантов юридических, исторических, политологических и философских специальностей. Данное издание осуществлено в рамках программы "Межрегиональные исследования в общественных науках" Российской благотворительной организации "ИНО-Центр (Информация. Наука. Образование)".

Приведенный ниже текст получен путем автоматического извлечения из оригинального PDF-документа и предназначен для предварительного просмотра.
Изображения (картинки, формулы, графики) отсутствуют.
    службы, например, до 6 месяцев. В частности, согласие обсудить со-
кращение срока службы зафиксировано в действующем Коалицион-
ном договоре20. В пользу отмены воинской службы выступал ряд по-
литиков, в том числе министр обороны, представляющий праволибе-
ральные силы. Они полагают, что современная армия с ее высокотех-
нологичным вооружением должна быть компактной и профессио-
нальной. Кроме того, профессиональная армия в наилучшей степени
соответствовала бы цели активного участия в различных операциях за
рубежом в рамках НАТО. Тем более, что качество призывного кон-
тингента далеко не идеально. Так, по информации одной из газет, сре-
ди 228 призывников, прибывших в один из учебных батальонов, 22
сразу же были комиссованы по состоянию здоровья, 9 имели судимо-
сти, 23 не владели государственным языком, 36 закончили только на-
чальную школу21. А после прохождения призывной службы резерви-
сты фатически не призываются на сборы, на что обратил внимание
общественности даже президент Эстонии Тоомас-Хендрик Ильвес:
«Мы должны понять, что, когда молодые люди заканчивают обяза-
тельную военную службу, а потом забываются государством, мы в
действительности не имеем функционирующую резервную армию»22.
Существует и пример соседней Латвии, имеющей сходное геострате-
гическое положение, уже отказавшейся от призыва.
    Однако большинство политических сил, в первую очередь пра-
вонационалистической ориентации, продолжают выступать за со-
хранение призыва, оперируя при этом следующими аргументами.
    Во-первых, призывная армия служит цели сохранения патриоти-
ческого духа и воли нации к обороне, а также является неотъемле-
мым элементом территориальной обороны. Во-вторых, важен при-
мер Финляндии, сохраняющей как призывную армию, так и принцип
тотальной территориальной обороны. Именно в финских военных
учебных заведениях прошло учебу наибольшее количество эстон-
ских военнослужащих. В-третьих, военные расходы в случае отмены
призыва, по некоторым подсчетам, возросли бы вдвое23. В-четвертых,
противоречивое влияние ситуации в области интеграции / сегрега-
ции национальных меньшинств.
    С одной стороны, служба в армии рассматривалась как один из
инструментов интеграции русскоязычного населения, в том числе
через обучение государственному языку. Последнее было тем бо-
лее актуальным, что всего десятилетие назад в один из призывов


                               142


296 из 388 призывников неэстонской национальности не владели
эстонским языком24.
    С другой стороны, хотя из общего числа граждан русскоязычные
составляют около 15% (более половины русскоязычных сохраняют
статус лиц без гражданства, имея паспорта «неграждан Эстонии»
либо граждан России и других государств СНГ), в последнее время
наметился рост числа русскоязычных в Силах обороны, непропор-
циональный их общей доле среди граждан. Этот факт был отмечен
командующим генералом Антсом Лаанеотсом: «У русских, в прин-
ципе, долгая традиция военной службы. Это укрепилось в ментали-
тете, поэтому и ребята знают это по семье, так как все мужчины
практически служили. Они идут и знают, что это естественно и обя-
зательно. А эстонцы как привыкли увиливать в советское время от
армии разными способами, так, к сожалению, этот менталитет и пе-
ренесли на времена независимости» 25 . В действительности, как
представляется, реальной причиной, по которой русскоязычные идут
на срочную, а потом и контрактную службу, являются ограниченные
возможности карьерного роста в гражданской сфере по сравнению
со сверстниками титульной национальности, более низкие доходы и
затрудненный доступ к получению высшего образования.
    В это же самое время эстонцев мало привлекает служба в армии,
так как в материальном плане уровень доходов военнослужащих
ниже, чем в государственном или частном секторах экономики. Как
результат, наблюдается отток офицерских кадров из армии 26 . При
переходе на профессиональную армию велика вероятность того, что
доля русскоязычных в ней только увеличится. Хотя существуют
языковые ограничения для занятия офицерских должностей, уровень
языковой подготовки неэстонцев растет.
    Заявления официальных лиц о том, что нет причин сомневаться в
лояльности этой группы населения, лишь подтверждают, что в ре-
альности такие опасения есть, и это наглядно было продемонстриро-
вано событиями апреля 2007 г. в Таллине и на Северо-востоке Эсто-
нии. Социологи выражали свои осторожные сомнения, будут ли со-
отечественники воевать против потенциально опасного «восточного
соседа»27. Считается, что они находятся под воздействием широко-
масштабной пропаганды российских СМИ. Именно молодежь уст-
раивала активные протесты против вступления Эстонии в НАТО,
отражая общие настроения русскоязычной группы населения. Таким
образом, можно констатировать, что фактор наличия крупной рус-

                                143


скоязычной общины играет скорее против отмены призыва. И в
пользу укрепления моноэтничного народного ополчения Кайтселийт,
о чем уже договорилась правящая коалиция28.
    Наконец, замеры общественного мнения показывают, что боль-
шинство населения – 71% – против перехода к полностью профес-
сиональной армии, и только 23% поддерживают это29.
    Заключение. Современное военное строительство Эстонии на-
ходится под противоречивым, и зачастую разнонаправленным влия-
нием факторов истории, традиции и мифов, с одной стороны, новых
вызовов, связанных с изменением характера угроз безопасности
страны, и новых подходов к ее обеспечению – с другой стороны. Это
отражается и на тех аспектах, о которых идет речь в настоящей ста-
тье. В области военно-гражданских отношений, несмотря на очевид-
ный прогресс, сохраняются проблемы правового регулирования,
взаимного доверия и конкуренции за влияние между военными и
гражданскими органами управления обороной. В военной доктрине
не сделан окончательный выбор в пользу коллективной обороны в
рамках НАТО, и элементы тотальной территориальной обороны в
доктринальных документах присутствуют. Как следствие, сохраня-
ется и призывной принцип комплектования Сил обороны, хотя его
эффективность неочевидна, и дискуссии о реформировании призыва
продолжаются. Не последнюю роль в этой дискуссии занимает и
анализ ситуации в сфере интеграции национальных меньшинств,
очевидное неблагополучие в которой стало катализатором событий
апреля 2007 г. в Таллине и на Северо-востоке.

1
    Cottey A., Edmunds T., Forster A. Civil-Military Relations and Defence Planning:
    Challenges for Eastern and Central Europe in the New Era. ESRC Working Paper 09/00.
    Sussex, 2000. P. 22. http://www.one-europe.ac.uk/pdf/w9cottey.pdf
2
    Kask A., Muurumets M., Young T. Approaching the Need for Defence Reform.
    Background and Outline of Suggested Estonian Defence Planning System. Proceeding of
    the Estonian National Defence College No. 1. 2003. Tartu, 2003. P. 5.
3
    Maigre M. Tsivil-militaarsuhted Eestis [Военно-гражданские отношения в Эстонии] //
    Diplomaatia. Novemer 2006. http: // www.diplomaatia.ee / ?archive_mode=
    article&articleid=197
4
    Это же произошло и с рядом других документов, в частности Уставом
    Кайтселиййта (добровольного ополчения, входящего в структуру Сил обороны).
5
    Organizing National Defences for NATO Membership. CESS Report. Harmonie Paper
    15. 2001. P. 24.
6
    Конституционная поправка была одобрена Парламентом, однако менее чем
    квалифицированным большинством. Согласно Конституции ЭР, поправки в
    Конституцию могут приниматься в ускоренном порядке конституционным


                                       144


     большинством либо простым большинством двумя подряд составами парламента.
     Тем самым, окончательное принятие отложено до формирования нового состава
     парламента в 2011 г.
7
     Куймет П. Закон расширит полномочия министра // Postimees Online, 08.02.2007.
8
     Переворот отменяется. Интервью с Ю. Кадаком // Молодежь Эстонии, 26.02.1999,
     02.03.1999, 05.03.1999, 09.03.1999, 12.03.1999, 16.03.1999.
9
     Cit. from: Herd G. Civil-Military Relations in Estonia, Latvia and Lithuania // Civil-
     Military Relations in Post-Cold War Europe. Sandhurst, UK: Conflict Studies Research
     Centre, December 2001. P. 62.
10
     National Military Strategy. Annex to the Government of the Republic Regulation No. 10
     from 18 January 2005 on Implementation of the National Military Strategy.
11
     Maigre M. Gender Issue and National Defence in Post-Communist Societies.
     Presentation in Columbia University, SIPA, Harriman Institute. 12 April, 2007.
     http://www.harrimaninstitute.org/MEDIA/00822.pdf
12
     Kuimet P. Joks: sojavaeluurajate tegevus oli ebaseaduslik [Деятельность военных
     разведчиков незаконна] // Postimees, 05.04.2007.
13
     Organizing National Defences for NATO Membership. CESS Report. Harmonie Paper
     15. 2001. P. 24.
14
     Куймет П. Закон расширит полномочия министра // Postimees Online. 08.02.2007.
15
     National Military Strategy. Ibid.
16
     National Security Concept of the Republic of Estonia (2004). P. 14. http://web-
     static.vm.ee/static/failid/067/National_Security_Concept_2004.pdf
17
     National Security Concept. Ibid. P. 23.
18
     National Military Strategy. Ibid.
19
     Prime-Minister A. Ansip Speech at the opening of the XIV Higher National Defence
     Courses       in     Roosta.      April     24,      2006.  http:    //www.valitsus.ee/brf
     /index.php?id=33576&tpl= 1007&external=&search=&aasta=
20
     Program of the Coalition of the Estonian Reform Party, Union of Pro Patria and Res
     Publica       and      Estonian      Social      Democratic   Party     for   2007-2011.
     http://www.valitsus.ee/?id=1468
21
     Листая эстонские газеты. Кто в армию, кто в лес // День за днем. 07.08.2006.
     http://rus.delfi.ee/archive/article.php?id=13476957
22
     President of the Republic: Estonia’s defence is based on collective defence and an initial
     defence capability. http://www.president.ee/en/duties/press_releases.php?gid=102025
23
     Быть эгоистами или мазохистами? Эстония за неделю // REGNUM. 12.01.2007.
     http://www.regnum.ru/news/766150.html
24
     Языковая политика в Эстонии – прошлое и будущее. Доклад Генерального дирек-
     тора Языковой инспекции Ильмара Томуска на конференции по языковой полити-
     ке государств Прибалтики, ноябрь 1998, Вильнюс. http://www.keeleinsp.ee
     /index.php3?id=81&lng=2&news=77&s=menu&ss=content
25
     Лаанеотс: русскоязычные солдаты – не угроза для Эстонии // Postimees Online,
     22.06.2007.
26
     Rohtla K. Esti riik saadab sotta jarjest nooremaid mehi [Эстонское государство
     посылает на войну все более молодых мужчин] // SL Ohtuleht. 24.10.2007.
     http://www.sloleht.ee/index.aspx?id=251311
27
     Павлов В. Казарменная интеграция // Молодежь Эстонии, 17.04.1999.
28
     Programme of the Coalition. Ibid.
29
     Ormisson T. Public Opinion and National Defence. Ministry of Defence, AS Turu-uuringute,
     July 2007. http://www.mod.gov.ee/static/sisu/files/ENG_NATO_report_2007_06-summary.pdf.



                                               145


        В. А. Куликов
        Исламский терроризм
        или террористический ислам –
        глобальный вопрос мирового сообщества?1




«Террористическая угроза миру» – сегодня эта страшная фраза звучит
как колокольный звон, созывая соседей на помощь, когда внезапно
нагрянувшая беда заставляет проливать слезы матерей и отцов.
    Как бороться с этим злом? Какие меры принять и не допустить
психологического воздействия актов терроризма на население мира?
Этими вопросами озадачены мировые лидеры и светила в области
борьбы с преступностью и терроризмом.
    Терроризм – явление с многовековой историей. Это социально-
политическое, криминальное явление. Развивается научно-
технический прогресс, его плоды становятся все более доступны.
Постоянно растет количество террористических акций, с ростом ин-
формационных технологий террористы используют все более изо-
щренные методы воздействия. Терроризм продолжает угрожать
мирному существованию стран. Все чаще мы слышим про био- тех-
но-, кибер-, психотерроризм и самым страшным, пожалуй, является
ядерный терроризм.


1
    ©   Куликов В. А., 2008


                              146


    В конце XVIII века слова «террор» и «терроризм» носили
положительную окраску1.
    Двойственная природа террора и терроризма и сейчас видна в
политических оценках отдельных проявлений террористического
характера и террористов, так, комиссия ООН называла террористов в
Чечне исламскими революционерами.
    Каковы мотивы, заставляющие группы людей совершать терро-
ристические акты?
    Мотивы (внутренние побуждения участников) могут быть самы-
ми разнообразными – от фундаменталистского и сектантского, рели-
гиозного и националистического фанатизма до стремления к самоут-
верждению, «прославлению» себя, мести и пр. Кроме того, в совре-
менном криминальном мире, который все теснее срастается с эконо-
микой и политикой, зачастую используются террористические мето-
ды для устрашения и устранения конкурентов в крупномасштабной
предпринимательской деятельности.
    Немаловажное значение имеет отграничение понятия терроризма
от национально-освободительной борьбы и освободительного дви-
жения.
    По мнению ряда исследователей, проявления терроризма можно
классифицировать по следующим критериям:
1. по объему (масштабу) действий;
2. по целям (направленности действий);
3. по мотивам и характеру последствий;
4. по численности и организованности участников, а также по их
    психическому здоровью;
5. по использованным орудиям, способам, финансовым средствам
    и источникам их приобретения;
6. по наличию или отсутствию связей террористов с
    официальными структурами2.
    По целям (направленности действий) терроризм разделяют на:
1. социально-политический;
2. этнический;
3. этно-сепаратистский, преследующий националистические или
сепаратистские цели, а также цели борьбы против чужеземного
господства3.
    Прокуратура Российской Федерации выделяет следующие виды
терроризма: политический, уголовный, националистический, воз-
душный, международный, идеологический, этнический, религиоз-

                                147


ный, индивидуальный, государственный, военный, корыстный, кри-
минальный и идеалистический4.
    Изучение логики развития международного терроризма
позволяет сделать следующие выводы:
    – терроризм занял лидирующее место в ряду глобальных угроз
существованию человечества, и проблема противостояния террориз-
му становится доминирующей в начале третьего тысячелетия;
    – феномен терроризма будет влиять не только на концепции и
стратегии безопасности отдельных стран, но и станет значимым фак-
тором, определяющим вектор развития международных отношений;
    – любая отдельно взятая страна не может противостоять терро-
ризму, и для ограничения масштабов проявления терроризма необ-
ходимы совместные усилия всего международного сообщества;
    – борьба с терроризмом может быть эффективной только на ос-
нове соблюдения правовых принципов и недопущения политических
уступок террористам;
    – при международном взаимодействии в борьбе с терроризмом
повышается роль международной правовой основы, согласованности
с ней национальных законодательств, интернациональных институ-
тов реализации международных правовых норм5.
    Против кого направлен современный терроризм? В отличие от
русских террористов-народовольцев, целями которых становились
по преимуществу конкретные лица из высших эшелонов власти,
современный терроризм направляет удары на больницы, метро,
жилые дома, рынки, стадионы, авиалайнеры, школы, т. е. собственно
против обычных людей.
    Идеологи современного терроризма весьма успешно наживаются
на указанных деяниях. Вовлекают невинных людей в
террористическую деятельность, используя растущие социально-
экономические трудности в арабских странах (безработица, высокая
рождаемость,     отсутствие   соответствующего       медицинского
обеспечения).
    Например, часто террористические акты исполняются
террористками-смертницами. Кто они, «жеро»-самоубийцы?
«Жеро» по-вайнахски означает «вдова», но это и социальный
термин. По горскому адату, «жеро» становится общим
достоянием, т. е. ее социальный статус резко снижается. У
овдовевших девчонок, таким образом, есть «выбор»: принять
предложение совершить самоубийство во имя торжества ислама

                             148


или стать общей собственностью. Немало примеров, когда отец
многодетного семейства, не имея возможности прокормить семью,
вынужден за деньги продать одну из дочерей для исполнения
террористических актов, заранее зная, что она погибнет. И такие
ситуации не являются единичными. Это целая индустрия
терроризма.
    Также можно отметить социальные предпосылки вероятного
развития терроризма в России. А именно:
    1. Заметное снижение жизненного уровня в сочетании с беспре-
цедентно возросшей социальной дифференциацией, которые
вызывают к жизни такие социально-психологические факторы, как
злоба, зависть, ностальгия по прошлому и т. п.
    2. Кризисное положение ряда социальных и профессиональных
групп, которые прежде находились в привилегированном
положении, а теперь частично маргинализируются (значительная
часть интеллигенции, часть военнослужащих и военных
специалистов). Потеря статуса и маргинализация, как известно,
могут стать фактором социального напряжения и экстремистской
ментальности.
    3. Рост безработицы и возникновение «зон упадка», что влечет за
собой проблемы миграции, бродяжничества и т. п.
    Конечно, все эти вышеназванные и ряд других обстоятельств не
обязательно имеют «террористический выход», однако в сочетании с
многочисленными        этнополитическими,      конфессиональными,
другими конфликтами, с постоянно проявляющейся слабостью и
беспомощностью властей и т. п. они превращаются в почву, на
которой возникновение и развитие терроризма становится весьма
вероятным6.
    Недавно принятый Федеральный закон от 6 марта 2006 года
№35-ФЗ дает, на мой взгляд, четкое определение терроризма.
    Терроризм – идеология насилия и практика воздействия на при-
нятие решения органами государственной власти, органами местно-
го самоуправления или международными организациями, связанные
с устрашением населения и (или) иными формами противоправных
насильственных действий.7
    Кроме этого, в Законе раскрыты понятия «Террористическая
деятельность», «Террористический акт», «Противодействие терро-
ризму», «Контртеррористическая операция». Надеюсь, что благодаря
данному правовому акту у государства появляется возможность за-

                                 149


конными методами противодействовать распространению террориз-
ма на территории Российской Федерации.
    Часто в научных кругах при обсуждении этой проблемы бытует
такая точка зрения, что терроризм, как и другие виды организован-
ной преступности, не имеет религиозной направленности и не имеет
национальности. Справедливые замечания об исламской направлен-
ности терроризма не находят должного внимания, но воспринима-
ются мусульманским обществом весьма болезненно. Очевидно, что
не все люди, исповедующие ислам, – террористы, но большинство
террористов исповедуют ислам – это факт, который является в на-
стоящее время неопровержимым. Если эту истину продолжать за-
малчивать и бездействовать, не выявлять истоки и причины ислам-
ского терроризма – это означает уход от решения проблемы сейчас и
оставление ее нашим детям и, не дай бог, внукам.
    Специфика исламского терроризма во многом определяется
особенностями ислама как религии. Коран проповедует мир среди
«уверовавших» (т. е. мусульман), допускает мирное сосуществова-
ние с неверными, но оправдывает истребление последних, если они
выступают «врагами Аллаха и мусульман».
    Исламисты относятся враждебно к таким странам, как США и
Израиль – по известным причинам (Ирак, Иран, Палестина), Индия
(причина – Кашмир), Россия (Чечня и Северный Кавказ), Сербия
(из-за Боснии), очевидно, что эти страны являются реальными или
потенциальными мишенями для террористических атак.
    Характерной чертой идеологии исламского терроризма является
оправдание убийства мирных жителей (в том числе женщин и де-
тей), так как они платят налоги, являются потенциальными солдата-
ми и «вовлечены в военное время во вспомогательные виды дея-
тельности».
    Теоретическое обоснование экстремизма в исламе сводится к
тому, что мусульманское общество утратило свой первоначальный,
истинно мусульманский характер. Исламисты пытаются наполнить
мусульманское движение философской и политической силой преж-
де всего потому, что оно мобилизует религиозное учение и верую-
щих в интересах национального спасения, «возрождения» ислама и
возможного создания совершенных условий существования челове-
ческого общества. И как следствие – установление исламского госу-
дарства и приход к власти истинных мусульман; введение в практи-


                             150


ку норм шариата; восстановление халифата как условия достижения
единства мусульманского сообщества8.
    Десять веков тому назад ислам был самой жизнеспособной кон-
фессией и доминирующей религиозной силой в мире. Мусульман-
ские страны значительно превосходили христианский мир в разви-
тии точных и естественных наук, искусстве, культуре, в них была
создана образовательная система, значительно опередившая свое
время. Несколько последних столетий сильно изменили это соотно-
шение – сейчас земли ислама испытывают все возрастающее поли-
тическое, экономическое и военное влияние западных стран и, в пер-
вую очередь, США. Европейские культурные, общественные и тех-
нические достижения затмили прежнее величие мусульманского ми-
ра и подрывают сами основы исламской веры9.
    Искаженное толкование Корана и следование экстремистским ис-
ламистским догмам приводили к отказу от собственных научных и
культурных достижений и уничтожению ряда научных библиотек и
закрытию неисламских университетов, гонению на преподавателей
светских дисциплин, причем этот процесс продолжается до сих пор10.
    Как осуществляется духовное воспитание представителей ислам-
ской религии в России? Этот вопрос весьма неоднозначен. При нали-
чии духовных муфтиев в регионах отсутствует единая школа и единая
трактовка Корана. После изучения событий в Кабардино-Балкарии в
октябре 2005 года можно заметить, что участники этой акции, напу-
гавшие мирный Нальчик, являются отнюдь не отбросами общества,
многие из нормальных семей, некоторые имели образование. Для чего
в Кабардино-Балкарии в каждом селе по две, а то и три мечети? Ду-
ховные лидеры Кавказа, ведущие проповеди, прошли и продолжают
проходить обучение религиозным основам в Саудовской Аравии, где
ваххабизм 11 и в настоящее время продолжает оставаться основой
официальной идеологии. Последователи ваххабизма распространи-
лись в ряде эмиратов Персидского залива, в некоторых странах Азии и
Африки и продолжают свое движение на Северном Кавказе.
    Для ваххабизма характерны крайний фанатизм в вопросах веры и
экстремизм в практике борьбы со своими политическим противни-
ками. Чуть ли не все мусульмане за пределами ваххабитских общин
рассматриваются как многобожники и вероотступники, с которыми
следует поступать соответственно их грехопадению.12



                                 151



    
Яндекс цитирования Яндекс.Метрика