Единое окно доступа к образовательным ресурсам

От солдата до генерала. Воспоминания о войне. Том 8

Голосов: 17

В настоящем томе публикуются воспоминания советских участников боевых действий Второй мировой войны, подготовленные ими в рамках целевой программы Академии исторических наук. В томе представлены в авторской редакции воспоминания 50-ти ветеранов войны, проживающих в Московской, Смоленской, Тамбовской областях и в Москве. Эта книга является источником для научных исследований, бесценным материалом при подготовке новых учебных пособий и литературных произведений, а также полезной людям, интересующимся военной историей. Полный текст книги беспрепятственно доступен для чтения и копирования на сайте Академии исторических наук <a target=_blank href="http://www.ainros.ru">www.ainros.ru</a>.

Приведенный ниже текст получен путем автоматического извлечения из оригинального PDF-документа и предназначен для предварительного просмотра.
Изображения (картинки, формулы, графики) отсутствуют.
        В этой битве 2-му Украинскому фронту было приказано не
позднее 5 января 1944 года нанести главный удар на Кирово-
град, Первомайск, а вспомогательный - на Шполу, Христинов-
ку и соединиться с войсками 1-го Украинского фронта.
    На 1-м Украинском фронте (6 июля 1944 гола - 9 мая 1945
года).

            Львовско-Сандомирская операция

    81-й гвардейский авиаполк в составе 1-й гвардейской Ки-
ровоградской авиадивизии 2-го гвардейского авиакорпуса сно-
ва вошел во 2-ю воздушную армию. На 1-м Украинском фрон-
те с 6 июля 1944 года полк базировался на аэродроме Долга-
левка.
    24—26 июля шли упорные бои за Львов. В них участвова-
ла вся бомбардировочная авиация. Бомбовые удары, в том
числе и 81-го гвардейского авиаполка, были направлены по
войскам и огневым средствам противника, оборонявшим го-
род, а также по подходящим резервам. В результате согласо-
ванных действий войск и авиации 27 июля был освобожден
город Львов, важный узел дорог и крупный промышленный
центр Украины. В тот же день войска 3-й и 1-й гвардейских
танковых армий ночным штурмом взяли город и крепость Пе-
ремышль. Группа армий «Северная Украина» понесла тяже-
лые потери и была рассечена на две части с промежутком до
100 километров. Создалась выгодная обстановка для стреми-
тельного наступления к Висле, для захвата плацдарма на ее
западном берегу в районе Сандомира. В конце июля войска
фронта вышли к Висле, захватили в районе Баранова плацдарм
до 12 километров вдоль линии фронта и 8 километров в глу-
бину, продолжали его расширять, наращивая силы.
    Весь август проходил в ожесточенных боях за Сандомир-
ский плацдарм, который в ходе 30-дневных боев был расши-
рен до 75 километров по фронту и 50-60 километров в глуби-
ну. Он имел крупное оперативное значение для войск фронта
при последующем наступлении на силезском и краковском
направлениях. 29 августа немецкие войска перешли к обороне.
На этом и закончилась Львовско-Сандомирская операция. На
всем протяжении операции командиры, партийные и комсо-
мольские организации проводили большую работу, разъясняя

                         121


личному составу поставленную задачу: в кратчайший срок за-
вершить освобождение Украины и перенести боевые действия
за пределы Родины, чтобы начать освобождение союзной
Польши.
    Большое внимание было уделено мобилизации личного
состава на успешное выполнение боевых задач и на показ вы-
сокого воинского мастерства, истинного героизма, мужества и
отваги в боях за Родину.
    В Львовско-Сандомирской операции командование, поли-
торганы полка и дивизии отметили мой 100-й успешный бое-
вой вылет. Тогда я был гвардии старшим лейтенантом, замес-
тителем командира эскадрильи.
    Висло-Одерская наступательная операция, осуществлен-
ная силами 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов при
содействии войск левого крыла 2-го Белорусского и правого
крыла 4-го Украинского фронта началась 12 января 1945 года,
хотя в начале планировалась на 20 января
    Наступил апрель последнего года войны. Военные дейст-
вия охватили значительную часть Германии. 15 апреля наш
полк перебазировался с аэродрома Бриг на аэродром Заган.
Это был последний аэродром базирования полка в Великой
Отечественной войне. К этому времени на аэродроме размес-
тился штаб 1-й гвардейской бомбардировочной авиадивизии и
истребительный авиаполк под командованием подполковника
Кривякова, с которым взаимодействовал наш полк, После пе-
ребазирования полку была поставлена боевая задача на уча-
стие в массированном ударе авиакорпуса 16 апреля 1945 года

    Берлинская операция (16 апреля - 9 мая 1945 года)

    16 апреля 1945 года началась Берлинская наступательная
операция, проведенная войсками 1-го и 2-го Белорусских, 1-го
Украинского фронтов, частью сил Балтийского флота, авиации
дальнего действия, войск ПВО страны, Днепровской военной
флотилией и соединениями Войска Польского. По количеству
привлекаемых сил и средств, по достигнутым военно-
политическим результатам это была одна из крупнейших стра-
тегических операций Второй мировой войны. Боевые действия
развернулись в полосе от Балтийского моря до Судетских гор.
    24 апреля наш 81-й гвардейский бомбардировочный авиа-

                          122


ционный полк нанес свой первый бомбовый удар по Берлину.
К этому дню мы шли долго, об этом думали, мечтали и к это-
му готовились. Перед первым боевым вылетом в полку была
проведена большая работа, направленная на мобилизацию
личного состава для успешного выполнения поставленной
боевой задачи.
    В первом боевом вылете на Берлин участвовали две эскад-
рильи - 18 самолетов Пе-2: 2-я эскадрилья под командованием
Героя Советского Союза гвардии капитана Плотникова (он же
ведущий всей группы) и 3-я эскадрилья под командованием
гвардии капитана Мулюкина. Командир полка Герой Совет-
ского Союза гвардии подполковник Гаврилов с большим
подъемом ставил боевую задачу летному составу этих двух
эскадрилий.
    Это тоже вселяло уверенность в успехе. Нам предстояло
составом 18 самолетов Пе-2 уничтожить войска и технику на
юго-восточной окраине Берлина. Точки прицеливания (номера
целей) были обозначены на фотосхеме Берлина, которую имел
каждый экипаж. В полет нас провожал весь личный состав
полка, представители дивизии и корпуса. На старт было выне-
сено боевое Красное Знамя полка. Всё было торжественно.
Стояла ясная солнечная погода, и только изредка на горизонте
появлялись отдельные кучевые облака.
    В хорошо отработанном варианте взлета звеньями обе эс-
кадрильи произвели взлет, сбор над аэродромом и взяли курс
на Берлин. После пролета реки Нейсе впереди по курсу обо-
значились кучевые облака на высоте 1500 метров. Чем ближе
мы приближались к облакам, тем больше уменьшалась их вы-
сота. Ведущий опасался, что дальнейший полет под облаками
на малой высоте и к тому же на Берлин может плохо кончить-
ся. Ведущий принял решение выйти за облака и выполнить
бомбометание из-за облаков, используя возможные просветы.
За облаками на высоте около 4000 метров просветов не на-
блюдалось. Пришлось снижаться опять под облака, высота ко-
торых оказалась 800 метров, а впереди по курсу — Берлин.
Трудно представить наше положение и, конечно, настроение в
сложившейся обстановке. Важно было то, что при пробивании
облаков вверх и вниз все экипажи не нарушили боевой поря-
док общей группы и в заданное время точно вышли на цель,
выполнили бомбометание с высоты около 800 метров. Резуль-

                          123


таты бомбометания сфотографировали. Упорство, настойчи-
вость и мастерство в этом боевом вылете победили.
     3 мая с разрешения командования летный состав полка по-
сетил Берлин. Город еще был в дыму и развалинах. В окнах
домов были вывешены белые флаги. Мы побывали в Рейхста-
ге, в этом большом мрачном здании, расписались на его стенах
и колоннах. На площади перед Рейхстагом было много наших
солдат и офицеров, гремела музыка, танцевали, веселились.
Были тут и жители города из ближайших домов.
     После взятия Берлина в тылу наших войск продолжала
держаться сорокатысячная группировка гитлеровской армии в
городе-крепости Бреслау.
     5 мая в 13.15—13.30 74 самолета Пе-2 под командованием
командира 6-го гвардейского бомбардировочного корпуса ге-
нерала Никишина нанесли мощный бомбовый удар по войскам
и технике окруженной группировки противника в Бреслау.
После массированного удара бомбардировщиков противник
прекратил безнадежное сопротивление и капитулировал.
     С 6 мая 81-й гвардейский полк вел боевые действия на
дрезденском направлении в Пражской операции 1-го Украин-
ского фронта.
                      На параде Победы

    Вскоре после победы пришел приказ отобрать самых луч-
ших, больше других отличившихся в боях для участия в Пара-
де Победы. Таких было много, и командование отбирало стро-
го от полка не более четырех человек.
    В Москве наш сводный полк 1-го Украинского фронта
разместился в Лифортовских казармах при кремлевском воен-
ном училище, а все тренировочные занятия по строевой под-
готовке проводились почти каждый день на плацу дивизии
КГБ имени Дзержинского.
    Я хорошо помню, как ранним утром 24 июня 1945 года нас
разбудил сигнал горниста. После сытного завтрака, одевшись
в парадное обмундирование, наш сводный полк 1-го Украин-
ского фронта выстроился на плацу, вышла рота знаменосцев, и
полк направился на Красную Площадь.
    В июне 1945 г. был удостоен звания Героя Советского
Союза.
    После войны продолжил службу в Военно-Воздушных си-

                          124


лах командиром эскадрильи.
    Издал книгу воспоминаний «Дороги победы. Боевой путь
81-го гвардейского полка бомбардировочного авиационного
полка. Книга памяти».
                                           Август 2003 г.

                           В подготовке настоящих воспо-
                       минаний оказал помощь Грязных Па-
                       вел Владимирович, студент Москов-
                       ского государственного строитель-
                       ного университета (МГСУ)




                         125


                                  Герастовский
                                  Пётр
                                  Афанасьевич




    Автоматчики вводились в бой последними
    Родился я 24 мая 1922 года в поселке Покровском, Темир-
ского района, Актюбинской области, Казахстан. Вера – христи-
анство (православие), национальность – украинец, партийность
– комсомолец, беспартийный. Папа и мама мои родом из Мол-
давии. Их привезли в Казахстан в возрасте 10 лет. Жили вместе
с бабушкой и дедушкой по отцовской линии в северном районе
Казахстана. Занимались крестьянством. Отец воевал в Красной
Армии. В 30-м году деда признали кулаком. Все отобрали и ему
с бабушкой сказали – идите, куда хотите. Отец, по настоянию
матери, чтобы не вступать в колхоз, уехал в г. Чимкент к сестре
и собирался увезти нас, но заболел и умер в том же 30-м году.
Когда я учился во втором-третьем классе, мы все же вступили в
колхоз. В пятом классе поступил учиться в Темировскую сред-
нюю школу. Там учился до 40-го года.
    Это было время перелета Чкалова через Северный полюс.
Все мечтали стать летчиками. Я хотел поступить в училище
Военно-морской авиации им. Леваневского в г. Николаеве, но
не приняли по состоянию здоровья. Осенью призвали в армию.
Привезли нас под Брест в 212-й Стрелковый полк 49-й Красно-
знаменной Стрелковой дивизии. Командующий дивизией –
Коваленко. Весь офицерский состав и младшие командиры –
участники войны в Финляндии и освобождения Западной Бело-
                            126


руссии. В основном мы строили оборонительные сооружения на
правом берегу Буга. Жили в землянках. Желающим предложили
поступать в военные училища. Я поступил в Алсуфьевскую
Военно-Авиационную школу стрелков-бомбардиров.
    Школа наша находилась между Брянском и Рославлем. За-
нятия начались 1 января 1941 года. Изучались аэронавигация,
бомбометание, воздушная стрельба и радиосвязь. С апреля к
нам на аэродром садились самолеты и по утру улетали на запад.
Становилось тревожно. Помню воскресенье 22 июня 1941 года.
Шел теплый дождик. В 12 часов объявили тревогу. “Пронырли-
вые” курсанты уже говорили о начале войны. На построении
слушали выступление Молотова. До 29 июня не было перемен.
Утром же этого дня во время завтрака столовая закачалась –
немецкие самолеты бомбили летное поле. Тогда погибло 30
человек. Бомбежки были еще несколько раз, но потерь больше
не было, т.к. были созданы укрытия. Готовились к эвакуации.
Встречали летчиков, еще недавно перелетавших через наш аэ-
родром к границе. Они рассказывали, что все самолеты погиб-
ли, причем, даже не взлетев (не было ни бензина, ни боеприпа-
сов). Эвакуировали нас в Тюмень. А там местные самолеты
садятся на воду, т.е. место для полетов было неподходящим.
Переэвакуировали нас в Славгород – Алтайский Край. Доучи-
лись – был уже январь 1942 года. Нас собрал начальник школы -
полковник Юков, начальник штаба Бесчастных. Говорят само-
летов нет, продолжаем учебу. 18 августа 1942 года бригадный
комиссар из СибВО привез приказ ВГ о переобучении на на-
земных командиров.
    Передислоцировали нас в г. Омск, во 2-е Омское пехотное
училище имени Фрунзе со сроком обучения 3 месяца. С первого
ноября занятия прекратились и до шестого ноября мы на прак-
тике изучали сооружение ротного района обороны.
    Шестого же ноября в 6 утра прозвучала тревога. Под звуки
военного оркестра шли на вокзал. Сели в эшелон и поехали на
фронт. Перед отъездом нам дали сухой паек. Ехали мы очень
быстро, почти без остановок, в товарном вагоне с 2-х этажными
нарами. Так мы добрались до Куйбышева. Оттуда ехали дальше,
но уже медленнее. На станции Ртищево Саратовской области
проходило переформирование 1-й Гвардейской армии, в кото-
рую входила 38-й Гвардейская Краснознаменная Стрелковая
дивизия, созданная на основе 4-го Воздушно-десантного корпу-

                           127


са. Командовал генерал Жадов.
     Если брать наше классное отделение, то примерно половина
его попало в первую роту автоматчиков старшего лейтенанта
Колосова 312-го Гвардейского стрелкового полка (командир
Карнаухов). Другие же попали в 3-й батальон 312-го стрелково-
го полка. Это то, что мне известно. В отделении примерно 2
человека было из воевавших, 2-3 человека из Алсуфьевской
школы и 2 из какого-то Тульского училища. Если же смотреть
со стороны, то первая автоматная рота сильно отличалась от
второй автоматной роты (в Сибири и кормили сытнее, нежели в
Туле, да и возрастом мы были на пару лет постарше). Команди-
ры взводов были не офицеры. Помнится, числа 19 ноября нас
погрузили в эшелон и довезли до Филоново. Оттуда мы пешком
добирались до переднего края (Замостья в районе Богучара).
Наши стрелковые роты сменили роты дивизии, стоявшей там в
обороне. Разместились в окопах на левом берегу Дона. На дворе
– декабрь, холодно. А автоматные роты разместились в каком-
то селе. Жители были эвакуированы. Наш первый взвод поме-
щался в одной комнате дома, во второй помещался командир
автоматной роты, политрук роты. Было голодно. Тылы дивизии
размещались в Филоново. Автотранспорта почти не было, а на
лошадях много не увезешь. Посредине села была церковь, где
находился склад пшеницы. В первую же ночь (народ-то “про-
нырливый”) обнаружили эту пшеницу, потом таскали ее, варили
в котелках. Жили почти как в вагоне.
     16 декабря пошли в наступление. Автоматные роты не про-
рывали первую линию обороны. Там действовали стрелковые
роты, автоматчики вводились в бой последними. Из деревни мы
вышли еще ночью, было еще темно. Фактически на передний
край пришли затемно.
     Причем самое интересное, что снаряды пробивают лед, а
рядом можно спокойно идти по льду - не проваливаясь. Просто
за несколько дней до этого (когда лед был еще тонким) специ-
альные саперные части посыпали лед сеном, травой, поливали
водой, таким образом наращивая лед.
     Получилось так, что мы попали под обстрел, и я в роте был
первым раненым. Было часов 11 утра. То ли разорвался снаряд,
может была мина, осколок попал под правый глаз. Перевязал
меня санитарный инструктор роты (наш же курсант) Поспелов и
говорит, поедешь, мол, домой и дал наказ, чтобы автомат и все

                            128


диски обязательно донес до санитарного поста на берегу Дона.
Если не донесешь, перевязку делать не будут. Донес. Сделали
мне перевязку. Сказали идти в какую-то деревню, где лежало
много раненых. Погрузили в машину и привезли в Калач-
Воронежский, там погрузили в эшелон и привезли в Тамбов, где
был госпиталь ЭГ-1981. В госпитале два отделения – “ухо-
горло-нос” и “глазное”. Меня лечил начальник госпиталя майор
Ростовцев. Пролежал до марта 1943 года. Я там был “самый
счастливый раненый”, т.к. глаз мой был цел, а были абсолютно
незрячие, без одного глаза.
    После госпиталя отправили на военно-врачебную комис-
сию. Есть такая статья - 98В-Г-1 – годен к нестроевой службе в
тылу. Слово же “тыл” понимается по-разному. Он может быть
вне фронта и на фронте. В одной книге говорится, для того, кто
находится на переднем крае, место, где находится командир
роты – уже тыл. Попал я в госпиталь. Санитаром. Он относился
к 40-й армии. Командующий – Москаленко. Размещался на
южном скате Курской дуги в районе Обояни. В это время, гово-
рят, вышел приказ, авиаторов вернуть в авиационные части. Со
мной разговаривать на эту тему не стали, сказав, что летать не
годен. Госпиталь ППГ-635. Причем госпиталь был не для ране-
ных. Терапевтический. Тиф, другие инфекционные болезни.
    Есть такие камеры – перевозятся на телеге, метра 2 в высо-
ту, оборудована печкой. Предназначена для обработки вещей –
“вошебойка”. Однажды сгорела камера. Или износилась, или
что-то я неосторожно сделал. Направили на Пересыльный пункт
(ПП) отдела комплектования войск 40-й армии. Начальник от-
дела – полковник Сигульев. Начальник ПП – капитан Кох. Здесь
мне предложили остаться на ПП, т.е. вводить пополнение на
передний край.
    В отделе комплектования личного состава есть пересыль-
ный пункт и запасной полк. Из запасного полка вводят крупные
формирования: роты и т.д. На ПП поступают люди из полевых
госпиталей – легко раненые. Когда набирается человек 10-15,
дают группу, и я должен был отвести их на фронт. Как правило,
приходишь в дивизию и сдаешь документы на людей. Оттуда в
полк, из полка в батальон, а может даже и в роту. ПП движется
вслед за армией. Так я водил пополнения на фронт на Курскую
дугу, затем через Белгород, Харьков, Киев, Белую Церковь,
Винницу, Каменец-Подольский, Брычаны, Липканы (это уже

                            129


Молдавия). И тут уже граница с Румынией. Это уже апрель
1944 г.
    Задачей ПП было вводить бывших раненых на передний
край, а когда начали освобождать Украину, там было много
солдат и мужчин, годных к военной службе (скрывавшихся от
немцев и подросших). ПП проводил их мобилизацию.
    Когда дошли до границы, ПП был ликвидирован. А я вместе
с другими попал в 240-ю Стрелковую дивизию Тараса Уманско-
го, полк майора Богданова, 9 роту 3-го батальона, которым ко-
мандовал старший лейтенант Кочерга П.Е. Мы находились в
предгорье Карпат недалеко от Ботошан и Кымпулунга. Сплош-
ного фронта не было. За местом дислокации начинались горы.
Нейтральная полоса была 5 километров или больше. Внизу
речушка, потом перевал пустой, а немцы располагались на сле-
дующем за ним перевале. Через день ходили в “боевое охране-
ние” (располагается впереди переднего края - может быть в 200-
300 метрах, там вырываются окопы. Все это создается для того,
чтобы раньше предупредить о появлении противника).
    Здесь переформировали дивизию в горно-стрелковую. В
горно-стрелковой дивизии очень увеличивается численность
разведки, где-то до 1/3 ее состава. Спросили, кто хочет добро-
вольно в разведку. Я вызвался. Наш 3-й взвод 9-й роты был как
раз разведывательным. Прослужил здесь месяца 3. Почти каж-
дый день (редко через день) ходили в разведку по нейтральной
полосе. Необходимо было знать расположение немцев. Давался
наказ: “Возвращаться всем – живыми или мертвыми – неважно.
Если теряется хотя бы один, то лучше не возвращаться всем”.
Часто зам. командира полка по оперативной части майор Ор-
лянский ходил с нами. Только один раз вместе с нами ходил и
его взвод полковой разведки, а все остальное время мы ходили
одни.
    Был апрель-май 1944 года. Как раз все расцвело. В лесу, как
сейчас говорят в Чечне – “зеленка”. Разведчики ходят парами.
Один идет впереди и смотрит только вперед, а тот, кто сзади –
по бокам. Однажды майор Орлянский подходит и говорит: “Се-
годня пойдешь со мной”. Самое интересное, не спросив ни мое-
го имени, ни фамилии. Но я ему до сих пор благодарен, что он
выбрал именно меня. С этого времени я начал ходить с ним в
паре. Когда идем домой, наши возвращаются в наш батальон, а
мы вдвоем в расположение штаба полка. Обычно он давал мне

                            130



    
Яндекс цитирования Яндекс.Метрика