Единое окно доступа к образовательным ресурсам

Русская словесность: 10-11 классы: Методические рекомендации к учебнику и сборнику задач и упражнений

Голосов: 6

Методические рекомендации подготовлены с целью помочь учителю освоить особенности преподавания предмета "Русская словесность" на завершающем, обобщающем этапе обучения (10-11 классы). В книге рассказано о планировании и содержании курса, своеобразии самого предмета, о том, как построены программа, учебник и сборник задач и упражнений; приведены конкретные советы, как следует изучать материал по всем темам и разделам.

Приведенный ниже текст получен путем автоматического извлечения из оригинального PDF-документа и предназначен для предварительного просмотра.
Изображения (картинки, формулы, графики) отсутствуют.
    УДК 372.8:811.161.1
ББК 74.268.1Pyc
    Г70

    Горшков А. И.
Г70    Русская словесность : 10—11 кл. : метод. рекомен-
    дации к учеб. и сб. задач и упражнений / А. И. Горш-
    ков. — 3-е изд. — М. : Просвещение, 2006. — 96 с. —
    ISBN 5-09-014324-2.
         Методические рекомендации подготовлены с целью помочь учи-
     телю освоить особенности преподавания предмета «Русская словес-
     ность» на завершающем, обобщающем этапе обучения (10—
     11 классы).
         В книге рассказано о планировании и содержании курса, свое-
     образии самого предмета, о том, как построены программа, учебник
     и сборник задач и упражнений; приведены конкретные советы, как
     следует изучать материал по всем темам и разделам.
                                                 УДК 372.8:811.161.1
                                                 ББК 74.268.1Рус

                              Учебное издание
                    Горшков Александр Иванович
                      РУССКАЯ СЛОВЕСНОСТЬ
                         10—11 к л а с с ы
            Методические рекомендации к учебнику
               и сборнику задач и упражнений
    Зав. редакцией В. Л. Склярова. Редактор Л. М. Рыбченкова.
Художественный редактор А. П. Присекина. Художники А. Б. Юдкин,
     А. С. Побединский. Технический редактор О. Е. Иванова.
            Корректоры Т. И. Киреенко, Н. А. Юсупова
Налоговая льгота — Общероссийский классификатор продукции ОК 005-93 —
953000. Изд. лиц. Серия ИД № 05824 от 12.09.01. Подписано к печати с ориги-
нал-макета 05.09.05. Формат 60 × 90 1/16. Бумага офсетная. Гарнитура Школьная.
          Печать офсетная. Уч.-изд. л. . Тираж       экз. Заказ №
         Открытое акционерное общество «Издательство «Просвещение».
             127521, г. Москва, 3-й проезд Марьиной рощи, д. 41




ISBN 5-09-014324-2                  © Издательство «Просвещение», 2006
                                    © Художественное оформление.
                                      Издательство «Просвещение», 2006
                                      Все права защищены


   Хотя к возрождаемой в школьном преподавании словес-
ности вполне подходит известный афоризм «Новое — это
хорошо забытое старое», всем, конечно, ясно, что механи-
чески перенести в сегодняшнюю школу то, что было в кон-
це XIX — начале XX в., невозможно. Прежний опыт, ра-
зумеется, важен, и обращаться к нему необходимо, но это
требует специальных разысканий, так как непосредствен-
ная преемственность традиций былого преподавания сло-
весности для современного поколения учителей утрачена.
В этом отношении словесность в современной шко-
ле — предмет новый, и не только по содержанию, но и по
особенностям его преподавания.
   Преподавать любой предмет «от сих до сих» — плохо.
Вспомним, что говорил Л. В. Щерба о разборе предложе-
ния: «Не нужно стремиться к тому, чтобы все в предложе-
нии, особенно в художественном тексте, разобрать по кос-
точкам. Тогда получается полочная схема. Можно все разо-
брать, можно все разложить по полочкам, но какая цена
такой схеме?»
   Если в предложении не всегда нужно все «разобрать по
косточкам» и «разложить по полочкам», то что же сказать
о тексте, особенно художественном? Уж тут-то «полочная
схема» никак не годится. Конечно, «косточки», из кото-
рых в принципе состоит текст, следует знать, как и «по-
лочки», по которым их вообще можно разложить, но вот
нужно ли это делать — в каждом конкретном случае (а та-
ких случаев великое множество) приходится решать особо.
И если любой предмет преподавать «от сих до сих» — пло-

                                                      3


хо, то преподавать «от сих до сих» словесность — невоз-
можно.
    Словесность — предмет особый, и требования к учите-
лю, его преподающему, — особые. Один из наших замеча-
тельных     методистов-словесников      В. П. Острого«рский
(1840—1902) писал: «Учитель словесности не есть в стро-
гом смысле преподаватель определенной схемы наук, как
математика, естествознание, — он <...> руководитель вку-
са; он обращает мысли к красивому, истинному и доброму,
поскольку и в каких формах выразилось оно в произведе-
ниях действительных художников. Не какой-нибудь осо-
бенный художественный талант, не особые декламатор-
ские способности нужны ему; философом должен он быть в
смысле выработки себе определенного миросозерцания;
развитой эстетический вкус должен он иметь, выработан-
ный на великих писателях-художниках общечеловеческих
и национальных, а главное, должен он иметь широкое по-
нимание значения человека как существа, воспитываемого
для добрых идеалов, которые по мере сил должен он прово-
дить в жизнь». А если к этому всему, добавляет Острогор-
ский, учитель будет видеть в учениках «воспитываемых в
указанном духе граждан», будет их любить, «захочет их
очеловечить, о, тогда это будет идеальнейший учитель».
    Сам по себе материал словесности и в плане его исто-
рии, и в плане его теории не только в массе своей легок для
усвоения, но вдобавок еще и интересен, даже увлекателен.
Однако всегда есть опасность засушить, обескровить любой
предмет, в том числе и словесность. В чем эта опасность?
В схоластике и догматизме, в стремлении работать по гото-
вым рецептам, в убеждении, что на любой вопрос есть
только о д и н правильный о т в е т, а все прочие ответы,
мнения и соображения (если вдруг они обнаружатся) долж-
ны быть отвергнуты. Все это, конечно, известно. Но что
догматизм и схоластика полностью изжиты в преподава-
нии русского языка и литературы, сказать, к сожалению,
нельзя.
    Чтобы вести курс словесности, учителю, естественно,
вполне достаточно филологических знаний, полученных в
университете или педагогическом институте. Но вот при-
менять их надо продуманно, рассчитывая прежде всего на
свой собственный научный багаж, методический опыт и
творческий потенциал. Именно на это ориентируют учите-
ля предлагаемые «Методические рекомендации к учебнику
и сборнику задач и упражнений «Русская словесность.

4


10—11 классы». Это — не методические разработки каж-
дого урока по каждой теме. Это именно рекомендации, со-
веты, как лучше, правильнее с а м о м у у ч и т е л ю по-
строить преподавание теории словесности, а н е п р е д п и-
с а н и я, решающие за учителя, как ему раскрывать ту или
иную тему, как проводить тот или иной урок.
    Методические рекомендации имеют две части. В первой
излагаются теоретические и методические основы ком-
плекта «Русская словесность. 10—11 классы», во второй
говорится об изучении материала по темам и разделам.
    Каждая из частей решает определенные задачи.
    Первая часть:
    • по возможности у т о ч н и т ь с о д е р ж а н и е к у р с а
словесности в общеобразовательных учреждениях и в свя-
зи с этим объяснить построение учебника и сборника задач
и упражнений «Русская словесность»;
    • предложить п р и м е р н о е п л а н и р о в а н и е к у р с а
теории словесности в 10—11 классах;
    • напомнить в и д ы р а б о т ы, которые могут быть ис-
пользованы в преподавании словесности.
    Вторая часть:
    • подчеркнуть с и с т е м н о с т ь и з л о ж е н и я материа-
ла в учебнике и в связи с этим выделить главные, у з л о-
в ы е п о л о ж е н и я к а ж д о й т е м ы, невнимание к кото-
рым может нарушить последовательность и связность про-
хождения курса теории словесности;
    • по каждой теме о б о з н а ч и т ь к р у г предлагаемых в
учебнике и сборнике задач и упражнений п р а к т и ч е-
с к и х р а б о т, которые могут быть выполнены учащимися
в классе и дома, в том числе и работ творческих, т. е. раз-
ного рода сочинений.
    В методических рекомендациях предложены и некото-
рые «решения» возможных заданий: работа с черновым и
окончательным вариантами текста, работа с графическими
иллюстрациями к текстам (в разделе «Виды работы»), ра-
бота по выявлению и анализу межтекстовых связей (в раз-
деле «Понятие о тексте»), работа над языковыми особенно-
стями отрывка, иллюстрирующего высокий стиль класси-
цизма (в разделе «Возможность различного словесного
выражения одной темы») и др.
    После каждого раздела в методических рекомендациях
дается список литературы. Литература по вопросам, рас-
сматриваемым в теории словесности, весьма обширна.
Предлагаемые в рекомендациях списки, разумеется, не

                                                                  5


представляют собой исчерпывающей библиографии по со-
ответствующим проблемам. Названы преимущественно
труды, которые могут быть реально использованы учите-
лем (а в некоторых случаях по его совету и учениками) в
практической работе. При этом обращается внимание на то,
чтобы рекомендуемые издания не были редкими, могли на-
ходиться не только в библиотеках крупных городов. Отсюда
внимание к энциклопедическим изданиям: «Краткой лите-
ратурной энциклопедии», энциклопедии «Русский язык»,
«Энциклопедическому словарю юного филолога (Языко-
знание)», «Энциклопедическому словарю юного литерату-
роведа», «Краткой литературной энциклопедии» и др.
   Словесность как учебный предмет находится сейчас в
стадии становления. Чтобы это становление не затянулось,
чтобы теория и история словесности быстрее заняли проч-
ное место в системе гуманитарного школьного образования,
необходимы коллективные усилия. Чем больше самостоя-
тельности, инициативы, творчества проявит каждый учи-
тель, тем скорее и лучше решим мы эту нелегкую задачу.


         Словесность как учебный предмет
   Учебник и сборник задач и упражнений «Русская сло-
весность. От слова к словесности. 10—11 классы» написа-
ны в соответствии с программой «Основы русской словес-
ности», рекомендованной Министерством образования Рос-
сийской Федерации. В объяснительной записке к этой
программе кратко сказано о словесности как учебном пред-
мете в старых гимназиях и о современном понимании
предмета словесности. Но поскольку вопрос «что такое сло-
весность?» продолжает волновать и ученых-теоретиков и
учителей-практиков, а однозначного ответа на него нет, по-
ясним здесь еще раз исходные теоретические положения
программы, учебника и сборника задач и упражнений.
   Прежде всего обратим внимание на два важнейших об-
стоятельства.
   1. Русская словесность как учебный предмет в дорево-
люционной школе н е п о г л о щ а л а, н е р а с т в о р я л а в
себе другой предмет — р у с с к и й я з ы к. Хотя они и упо-
минались всегда рядом и изучались параллельно, но одно-
го предмета не составляли. Это относится и к гимназиче-
ским программам 1890 г., определившим характер послед-
него этапа существования «старой словесности» (1890—
1923 гг. по периодизации И. А. Зарифьян; название рабо-
ты И. А. Зарифьян и выходные данные, как и названия ра-
бот других упоминаемых в методических рекомендациях
современных авторов, даются в конце раздела). Здесь, как
и во всех других программах и методических работах, при-

                                                              7


сутствует формулировка: «Русский язык. Словесность»,
т. е. рядом, но раздельно. Другое дело, что преподавание
этих предметов было максимально сближено. (Наверно, не-
лишне будет вспомнить, что и в Академии наук существо-
вало отделение русского языка и словесности. Опять-таки:
отделение одно, но русский язык и словесность обозначены
особо.)
    2. Словесность как отрасль науки и учебный предмет
представлена в двух тесно связанных, но существенно раз-
личных разделах: т е о р и я с л о в е с н о с т и и и с т о р и я
с л о в е с н о с т и.
    Современное понимание теории и истории словесности
и их взаимоотношений с другими учебными предметами не
может, естественно, механически повторять то, что было
до последовавшего в 20-е гг. XX в. «перерыва традиции».
Но и строить «новую словесность» без учета традиции было
бы неправильно. В связи с этим нельзя не обратиться к
программам мужских гимназий и прогимназий1, утвер-
жденным 20 июля 1890 г. Здесь, в частности, говорилось:
«Русский язык. Словесность. В высших классах V, VI и VII
назначается чтение и разбор произведений русской словес-
ности, древней и новой, а именно в V кл. — чтение и раз-
бор произведений древней русской словесности книжной,
начиная с XI века, и устной народной, которая является
вторым главнейшим элементом, вошедшим в состав совре-
менного нам литературного яз.; в VI — чтение и разбор
произведений русской словесности с XVI века до времени
Карамзина; в VII — чтение и разбор произведений русской
словесности от Карамзина до Гоголя включительно. Глав-
ная цель этих занятий должна быть та же, что и в преды-
дущих классах, — изучение русского, отечественного
языка».
    Обратим внимание: ц е л ь ч т е н и я и р а з б о р а про-
изведений русской словесности — и з у ч е н и е р у с с к о г о
я з ы к а. Современным учителям это, наверное, покажется
странным. Особенно тем (слава богу, не очень многочислен-
ным), которые, преподавая в старших классах литературу,
не берут уроков русского языка. Между тем программы
1890 г. последовательно проводят и д е ю т е с н о й с в я з и

    1 Напомним, что в России, начиная с 1871 г., гимназии имели вось-
милетний курс обучения. При этом в гимназии принимали лишь после
сдачи вступительных экзаменов за курс уездного училища, т. е. тех, кто
усвоил программу начальных классов.


8


изучения русского языка и произведений
р у с с к о й с л о в е с н о с т и. После процитированного от-
рывка следует указание на различие изучения русского
языка в младших и старших классах и разъяснение требо-
ваний к разбору произведений словесности: «Различие ме-
жду изучением его в низших и высших классах состоит
в том, что в первых теоретическая часть преподавания
имеет исключительно грамматический характер, а в по-
следних грамматические сведения должны дополняться
стилистическими и историко-литературными. От учите-
ля требуется, чтобы он при чтении и разборе указанных
в программе каждого класса произведений как древней,
так и новой русской словесности не вдавался на уроках ни
в критику, ни в излишние историко-литературные подроб-
ности, а имел в виду главным образом ознакомить учени-
ков с содержанием, планом, литературною формою, основ-
ною идеею и языком читаемого и разбираемого произве-
дения».
    Программы развивали положение, что «содержание
произведения, а равно основная мысль, в нем развитая, то-
гда только становятся вполне понятны, когда приведены
в полную известность его части, как главные, так и вто-
ростепенные, и объяснено взаимное между ними отно-
шение», когда «изучается произведение со стороны язы-
ка, слога и литературной формы, другими словами, делает-
ся грамматический, стилистический и литературный
разбор. <...> Результатом вышеуказанного чтения и раз-
бора должно быть твердое усвоение учащимися прочитан-
ного и разобранного произведения со стороны его содер-
жания, плана, основной мысли, литературной формы и
языка».
    Таким образом, в V—VII классах гимназий и прогимна-
зий изучались произведения русской народной и книжной
словесности в исторической последовательности: от былин
и замечательного памятника XI в. «Слова о законе и благо-
дати» киевского митрополита Илариона «до Гоголя вклю-
чительно». (Заметьте: насколько возросло количество про-
изведений, которые включаются в современные школьные
программы по литературе!)
    В программах VIII класса предлагался обобщающий
курс теории словесности, частями которой были т е о р и я
с л о г а (стилистика), т е о р и я п р о з ы (под которой пони-
мались все нехудожественные произведения) и т е о р и я
п о э з и и (под которой понимались все — не только стихо-

                                                              9


творные — художественные произведения, «изящная сло-
весность»): «Русский язык. Словесность. В VIII кл. прохо-
дится систематический краткий курс теории слога (сти-
листика), прозы и поэзии. Цель этого курса, с одной
стороны, — свести в известную систему те отдельные све-
дения по теории слога, прозы и поэзии, которые приобре-
тены уже учениками в предыдущих классах при разборе
произведений русской словесности; с другой стороны, осве-
жить в памяти учащихся и самые произведения, из кото-
рых извлекались при разборе вышеуказанные теоретиче-
ские сведения».
    Перечень конкретных вопросов, включенных в курс
теории словесности, был относительно невелик: «Понятие
о сочинении вообще. Состав сочинения: тема, содержание,
план и форма изложения (монологическая, диалогическая
и эпистолярная). — Слог и его роды: прозаический и по-
этический. — Свойства слога: правильность, чистота (ар-
хаизмы, неологизмы, варваризмы, провинциализмы); яс-
ность, точность (синонимы; плеоназмы, тавтология и па-
раллелизмы); изобразительность слога, тропы и фигуры.
Благозвучие слога. — Стихосложение. Виды русского сти-
хосложения. Стопы: ямб, хорей или трохей, дактиль, ам-
фибрахий и анапест. Цезура. Строфа. — Роды прозаиче-
ских сочинений: повествование и его части. Виды повест-
вования: летопись, записки, биография, характеристика,
история. Описание и его части. Виды описания: описание
ученое и художественное; путешествие. Рассуждение и его
части. Способы расположения мыслей (синтетический и
аналитический). Ораторская речь и части ее. Виды оратор-
ской речи. — Поэзия народная и искусственная. Роды по-
этических произведений: эпос, лирика и драма. — Глав-
ные виды народного эпоса: сказка, былина, песня, посло-
вица, загадка. — Главные виды искусственного эпоса:
поэма, роман, повесть, баллада, идиллия, басня. — Лири-
ка народная. Виды песен. — Виды искусственной лири-
ки: ода, гимн, песня, сатира, элегия. — Драматическая
поэзия. Составные части драматического произведения.
Главные виды драматической поэзии: трагедия, комедия,
драма».
    Итак, советская школа унаследовала от дореволюцион-
ной продуманную стройную систему взаимосвязи трех
учебных предметов: р у с с к и й я з ы к — т е о р и я р у с-
с к о й с л о в е с н о с т и — и с т о р и я р у с с к о й с л о в е с-
н о с т и. Особенно тесно связаны были русский язык и тео-

10


рия словесности. Показательно, что поздние издания попу-
лярного учебника теории словесности П. В. Смирновского
(с 1883 по 1917 г. — 20 изданий!) имеют помету «исправ-
ленное и переработанное применительно к новым програм-
мам курса р у с с к о г о я з ы к а». Однако, говоря о досто-
инствах преподавания русского языка и словесности в ста-
рых гимназиях, нельзя обойти молчанием и его заметный
недостаток, который заключался в известном отставании
школьной практики от успехов филологической теории, с
одной стороны, и от реального развития разных видов и
жанров народной и книжной, художественной и нехудоже-
ственной словесности, с другой стороны. Этот недостаток
мог быть устранен без ломки сложившейся в учебной прак-
тике системы. Но в 20-е гг. была р а з р у ш е н а именно
стройная с и с т е м а школьного изучения русского языка
и словесности.
    Название предмета «Русский язык», естественно, не из-
менилось, но изменились его содержание, дидактические
принципы и методические приемы преподавания. «В со-
ветское время, — пишет И. А. Зарифьян, — сформирова-
лась картина о д н о я з ы ч н о й д и д а к т и к и, т. е. разду-
того курса родного языка и недостаточного преподавания
иностранных языков, с одной стороны, и разрыва в препо-
давании языка и литературы, с другой стороны».
    Формирование одноязычной дидактики, в которой важ-
нейшие положения теории словесности остаются невостре-
бованными, — одна из причин разрыва в преподавании
русского языка и литературы. Вторая и, как кажется, бо-
лее важная причина этого печального явления — замена
словесности «литературой». И дело, конечно, не в измене-
нии названия (например, в учебнике Смирновского говори-
лось, что «словесность означает почти то же, что и литера-
тура», хотя и отмечалось, что первое название происходит
от славянского слово, а второе от латинского littera — бук-
вы, письмена) и не в том, что «литература» в строгом
смысле охватывает только круг письменных, книжных
произведений (а в некоторых трактовках даже только пе-
чатных) и преимущественно (или только) художественных,
а понятие «словесность» охватывает и народные устные и
книжные словесные произведения, причем не только худо-
жественные, — дело в коренном изменении с о д е р ж а-
н и я п р е п о д а в а н и я предмета.
    Отказ от понятия «словесность» позволил совершенно
выхолостить из «литературы» идею с л о в е с н о й, я з ы к о-

                                                              11



    
Яндекс цитирования Яндекс.Метрика