Единое окно доступа к образовательным ресурсам

История Тамбовского края середины ХIХ - начала ХХ веков: Учебное пособие

Голосов: 1

Рассматриваемый период - с середины ХIХ до начала ХХ веков - является логическим продолжением материала, представленного в учебном пособии "История Тамбовского края с древнейших времён до середины ХIХ века". Сохранена сквозная нумерация тем, совпадающая с программами учебных курсов "История Тамбовского края" и "История региона". Может использоваться в базовом вузовском курсе "Отечественная история", при изучении исторических и краеведческих дисциплин в средней школе. Пособие предназначено для студентов 1 - 5 курсов всех специальностей, изучающих дисциплины национально-регионального компонента "История Тамбовского края" и "История региона".

Приведенный ниже текст получен путем автоматического извлечения из оригинального PDF-документа и предназначен для предварительного просмотра.
Изображения (картинки, формулы, графики) отсутствуют.
         Министерство образования и науки Российской Федерации

ГОУ ВПО «Тамбовский государственный технический университет»




                  И.В. ДВУХЖИЛОВА


  ИСТОРИЯ ТАМБОВСКОГО КРАЯ
СЕРЕДИНЫ XIX – НАЧАЛА ХХ ВЕКОВ

            Утверждено Учёным советом университета
                   в качестве учебного пособия
                    для студентов 1 – 5 курсов
              всех специальностей и форм обучения




                           Тамбов
                      Издательство ТГТУ
                             2010


УДК 908(470.326)
ББК Т3(2Р-4Т)
    Д251



                                                      Рецензенты:
                                                   Доктор культурологии,
                                          директор Тамбовского Центра краеведения
                                                        Г.П. Пирожков
                                             Кандидат исторических наук, доцент
                                                        О.Л. Протасова
                                             Кандидат исторических наук, доцент,
                                                        С.А. Чеботарёв



           Двухжилова, И.В.
Д251       История Тамбовского края середины ХIХ – начала ХХ веков : учебное пособие / И.В. Двухжилова. – Тамбов :
       Изд-во Тамб. гос. техн. ун-та, 2010. – 104 с. – 300 экз. – ISBN 978-5-8265-0905-0.


            Рассматриваемый период – с середины ХIХ до начала ХХ веков – является логическим продолжением материала,
       представленного в учебном пособии «История Тамбовского края с древнейших времён до середины ХIХ века». Сохранена сквозная
       нумерация тем, совпадающая с программами учебных курсов «История Тамбовского края» и «История региона».
            Может использоваться в базовом вузовском курсе «Отечественная история», при изучении исторических и краеведческих
       дисциплин в средней школе.
            Предназначено для студентов 1 – 5 курсов всех специальностей, изучающих дисциплины национально-регионального
       компонента «История Тамбовского края» и «История региона».
                                                       УДК 908(470.326)
                                                       ББК Т3(2Р-4Т)




ISBN 978-5-8265-0905-0         © ГОУ ВПО «Тамбовский государственный
                                 технический университет» (ТГТУ), 2010


                         Учебное издание

             ДВУХЖИЛОВА Ирина Владимировна


   ИСТОРИЯ ТАМБОВСКОГО КРАЯ
 СЕРЕДИНЫ XIX – НАЧАЛА ХХ ВЕКОВ
                         Учебное пособие



              Редактор И.В . К ал и стр ато ва
Инженер по компьютерному макетированию М. А. Ф и ла то ва

                  Подписано в печать 16.03.2010.
  Формат 60 Ч 84 / 16. 6,04 усл. печ. л. Тираж 300 экз. Заказ № 149.

              Издательско-полиграфический центр
     Тамбовского государственного технического университета
              392000, Тамбов, Советская, 106, к. 14


                          6. ПОРЕФОРМЕННОЕ РАЗВИТИЕ ТАМБОВСКОЙ ГУБЕРНИИ

       6.1. ПРЕДЛОЖЕНИЯ ТАМБОВСКИХ ПОМЕЩИКОВ ПО ОСВОБОЖДЕНИЮ КРЕСТЬЯН. ОСОБЕННОСТИ
                       РЕАЛИЗАЦИИ КРЕСТЬЯНСКОЙ РЕФОРМЫ НА ТАМБОВЩИНЕ.
                         ЭКОНОМИКА ГУБЕРНИИ В ПОРЕФОРМЕННЫЙ ПЕРИОД

      По численности крепостных Тамбовская губерния первенствовала в России. Душевой земельный надел крестьянина во
многих уездах едва достигал минимально необходимых 3–3,5 десятин. Некоторые помещики переводили своих крестьян на
положение дворовых, которые не имели наделов земли. В 1850-х гг. число дворовых на Тамбовщине выросло на 10 тысяч
человек. Большинство тамбовских крестьян оставались на барщине. Им не хватало времени на собственное хозяйство.
Поэтому в семьях помещичьих крестьян рано начинали работать дети и долго продолжали трудиться старики.
      Трудное положение толкало крестьян на конфликты с помещиками. Отдельные крестьянские волнения получали
большой размах и отличались упорством. Многие крепостные не хотели воли на невыгодных для них условиях. Свыше 1000
крестьян помещика Голицына (Усманский уезд) в 1857 и 1859 гг. обращались к министру внутренних дел и Александру II с
просьбой запретить увольнение их из крепостного состояния без земли.
      В 1858 г. около 1,5 тысяч крестьян помещика Бахметьева в Елатомском уезде сместили управляющего. Участились случаи
отказа выполнять барщину.
      Некоторые тамбовские дворяне выступили со своими проектами освобождения крестьян. В части проектов
предлагалось оставить землю за помещиками, а если и наделить ею крестьян, то за большой выкуп.
      Но не все тамбовские помещики при подготовке отмены крепостного права думали только о своих интересах. Члены
Тамбовского губернского комитета по крестьянским делам, как и помещики большинства губерний, предлагали при
освобождении крестьян наделить их пахотной и сенокосной землёй. Тамбовский комитет в числе немногих предложил ещё
присоединять к наделу крестьян и выгон.
      Манифест об освобождении крестьян от 19 февраля 1861 г. был доставлен в Тамбовскую губернию в начале марта и
был оглашён в помещичьих имениях. Некоторые тамбовские крестьяне так же, как жители села Бездна и сотен других сёл
России, не верили в подлинность указа об отмене крепостного права. На сходе в селе Бокино под Тамбовом крестьянин
Ефимов заявил, что мы «будем ждать новой царской воли». В село Вячка Кирсановского уезда, где бывшие крепостные
отказались работать на помещика, спешно приехал генерал из царской свиты в сопровождении солдат. Крестьяне отказались
собраться на сход. Тогда их согнали силой и на глазах у всех высекли розгами «зачинщиков» неповиновения. Многие
крестьяне Кирсановского и Моршанского уездов приняли участие в большом восстании в селе Кандеевка соседней
Пензенской губернии.
      Однако такие решительные формы протеста были единичными. Многие крестьянские общины просто отказывались
подписывать уставные грамоты. Крестьяне ожидали, что через два года, когда закончится их составление, будет объявлена
«настоящая воля». К началу 1863 г. только одна треть введённых в действие уставных грамот в Тамбовской губернии была
подписана крестьянами.
      Главным результатом реформы 1861 г. для крестьян стало получение ими личной свободы и экономической
самостоятельности. Многие недавние крепостные начали заниматься предпринимательством, переселяться в города,
пополняя не только число наёмных промышленных, торговых, транспортных рабочих, но и самостоятельных
ремесленников, торговцев, служащих различных учреждений. И в сельской местности крестьяне во многом сами могли
распределять время и силы для работы на земле и в домашних или отхожих промыслах.
      Каковы же были условия освобождения, и почему они не устроили крестьян? Основой крестьянского хозяйства
являлось надельное землевладение. Реформа 1861 г. ухудшила земельное обеспечение крестьянства: Положение 19 февраля
позволило помещикам уменьшить площадь крестьянских надельных земель в Тамбовской губернии на 13,1%, что вело к
усилению противостояния в деревне. При этом нормы наделов в Тамбовской губернии были ниже, чем в других регионах.
По условиям реформы тамбовские крестьяне в разных уездах должны были получить 3–3,5 десятины земли на одну
мужскую душу, за что платить ежегодно 8–9 рублей оброка с души или до уплаты оброка отработать каждой семейной
парой
40 мужских и 30 женских дней в год на барщине. Намеченный земельный надел, который в расчёте на средний крестьянский
двор составлял 12 – 14 десятин, был достаточным для нормального ведения сельского хозяйства в средней полосе России.
      Большая часть бывших тамбовских крепостных получила именно такие наделы. Но у части крестьян «лишние» по нормам
реформы земли были отрезаны. «Отрезки» составили около 20% дореформенных земельных наделов помещичьих крестьян.
При этом большинство крестьян не возмущались потерей земли, так как она раньше выделялась им помещиком. Протестовали
против перевода их дворов на новое место в имении, где земля и другие природно-хозяйственные условия казались крестьянам
хуже.
      В пореформенный период наблюдается рост крестьянского землевладения за счёт покупки частновладельческих земель.
В качестве покупателей выступали как отдельные домохозяйства, так и сельские общества, и товарищества крестьян. С 1883
г., когда был открыт Крестьянский поземельный банк, многие сделки по покупке земли крестьянами стали совершаться при
его посредстве с выдачей покупателям ссуд под залог приобретаемых земель.
      Крестьяне, купившие землю в товариществе или в обществе, получали её в соответствии с внесённой суммой и могли
распоряжаться землёй по своему усмотрению. Но все сделки утверждались приговорами товарищества или сельским сходом.
Случалось, что и купчую землю сход пускал в общий передел. Факты покупки земли товариществами имелись во всех
уездах.
      Решающее влияние и на крестьянское землепользование, и на социальное положение крестьянства на рубеже XIX – XX
вв. оказывали природный и демографический факторы. Именно в этот период наиболее отчетливо проявились последствия
изменений природных условий, в результате многолетней деятельности человека заметно уменьшилась площадь лесов, что в


свою очередь повлияло на распространение овражной сети. Из 12 уездов губернии в семи относительно быстро развивались
овраги. Климат становился суровее и суше, началось исчезновение источников, обмелели реки. Размещение населения
зависело от наличия водных источников. Относительной редкостью последних, особенно на юге губернии, объясняется
укрупнение сельских поселений.
      В структуре крестьянской надельной земли доля пахотных угодий оставалась практически неизменной: в 1881 г. и в
1917 г. она составляла 79,5%. Это означало, что уже в 1880-х гг. надельные земли были распаханы до предела. За 36 лет
площадь пашни на них совершенно не увеличилась. Площадь под лугами и выгонами на надельной земле также фактически
не изменилась. Однако на арендованной и купчей крестьянской земле доля пашни была выше. На купчей земле, например,
процент пахотных угодий в 1881 г. составлял 81,9%, а в 1917 г. повысился до 88,3%.
      Качество оставшихся пастбищ было низким, так как наилучшие места распахивались в первую очередь. За редким
исключением общинные пастбища кормили стада от 17 до 25 дней в году. А поскольку крестьяне были вынуждены вместо
стойлового содержания скота практиковать его пастьбу, то для этого использовался подножный корм на пашне. Ухудшение
качества пастбищ отрицательно сказывалось на состоянии крестьянского животноводства.
      В условиях существовавшей экстенсивной трёхпольной системы ведения хозяйства широкое распространение получили
арендные отношения. В аренду были вовлечены довольно значительные массы крестьян. Арендовали надельную и
вненадельную землю у своих односельчан и в соседних общинах, у помещиков, индивидуально и коллективно.
      По данным обследования, проводившегося Центральным статистическим Комитетом в 1881 г. и переписи 1880 – 1884
гг., площадь арендованной вненадельной земли в Тамбовской губернии составляла 17,5% от всей надельной и купчей
крестьянской земли. В южных степных уездах, где землеобеспеченность на 1 душу крестьянского населения была сама по
себе выше, площадь арендованной земли также была выше.
      Основными арендодателями являлись местные помещики. Причём форма аренды была полуфеодальной: крестьяне за
аренду обрабатывали и земли помещика.
      В 1890-е гг. начался процесс замены натуральных отработок денежным эквивалентом. В Тамбовской губернии в 1890-х гг.
на долю денежной аренды частновладельческих земель, по данным официальной статистики, приходилось около 60% сданной
площади. Одновременно получила распространение подесятинная аренда и аренда на один посев. Последняя особенно
способствовала хищническому разграблению богатых чернозёмов.
      Несмотря на трудности, росла товарность крестьянского хозяйства. Статистика тех лет показывает, что в период с 1880-
х гг. до начала мировой войны возрос вывоз сельскохозяйственных продуктов из губернии. Если в 1880-х гг. вывоз зерновых
составлял 11 пудов на душу крестьянского населения, то в 1910 г. – не менее 14,5 пуда, при том, что сама численность
населения выросла. Возрос вывоз свинины, птицы, сливочного масла, овощей, пеньки. Зерновые поставки помещичьих
хозяйств на рынок не превышали 36%, остальное приходилось на крестьянское производство.
      Одним из важных последствий реформы 1861 г. было то, что Тамбовская губерния относилась к одной из наиболее
густонаселенных в стране. Быстрый рост сельского населения определялся целым рядом факторов, из которых наиболее
важным, как уже отмечалось, была крестьянская реформа 1861 г. Определенную роль играли и возросшие семейные
разделы, осуществление которых было упрощено законом 1886 г.
      Самая высокая плотность населения традиционно отмечалась в северных уездах, по мере же продвижения на юг она
снижалась. Так, в 1881 – 84 гг. в Шацком уезде плотность сельского населения составила 93,8 человека на кв. версту. В
центральных лесостепных она была ниже: в Тамбовском – 73,4 человека, в Козловском – 68,4 на кв. версту. Самая низкая
плотность отмечалась в степных южных уездах. Наиболее «просторным» считался Борисоглебский уезд – 60,1 человека на
кв. версту. В последующие годы при общем увеличении плотности населения эта неравномерность в расселении
сохранялась.
      В губернии издавна бытовало переселение на новые земли. Регистрация переселенцев, направлявшихся в восточные
районы страны, началась с 1885 г., более ранние сведения страдали неполнотой, так как учитывали лишь тех, кто
переселялся казёнными палатами. Однако многие мигранты продолжали числиться крестьянами Тамбовской губернии.
      В 1869 – 1881 гг., по данным казённой палаты, из Тамбовской в другие губернии и области было перечислено 5958
ревизских душ мужского пола, в том числе 3941 человек бывших помещичьих крестьян. Из общего числа переселенцев
44,7% переехало в Сибирь, 34% – в Уфимско-Орен-бургский край, остальные в Нижневолжский край и на Северный Кавказ.
      С 1885 по 1903 г. из Тамбовской губернии выехало в Сибирь и другие районы страны 96 820 человек обоего пола.
Основной контингент переселенцев давали наиболее густонаселённые уезды: Тамбовский, Козловский, Кирсановский,
Липецкий, Лебедянский, Моршанский. Население занималось земледелием, и большая часть крестьян в прошлом была
частновладельческой. Все ресурсы для расширения пашни исчерпались, под лесами находилось лишь 14% площади, заводы
и фабрики в этих местах могли обеспечить работой не более 10 тысяч человек.
      Переселения в комплексе с другими социальными и экономическими мероприятиями были наиболее эффектным путем
преодоления аграрного перенаселения в Тамбовской губернии. Однако далеко не всякая семья могла решиться переехать на
новое место и заново строить свое хозяйство. Поэтому реальный путь выхода из положения состоял в интенсификации
аграрного производства.
      Крестьянские хозяйства тяжело страдали от неурожаев, пожаров и других бедствий. Жажда получивших свободу
крестьян быстрее улучшить свою жизнь любым путём привела к истощению богатых тамбовских чернозёмов. Крестьяне не
оставляли часть земли отдыхать под паром и не привыкли использовать удобрения, даже навоз. В итоге снизились урожаи
зерновых, стало меньше кормов для скота, что привело к сокращению поголовья. Всё это вело к разорению многих
крестьянских хозяйств.
      Немалое влияние крестьянская реформа 1861 г. оказала и на помещичьи хозяйства. Процесс разорения дворянства
наиболее активно шёл в пореформенное десятилетие. В краеведческой историографии утвердилось понятие «оскудение»,
предложенное писателем С.Н. Терпигоревым. Помещики потеряли около 40% своей земли. Сохранившиеся имения
закладывались и презакладывались с помощью Дворянского банка. В романе «Оскудение» Терпигорев отмечал: «Во всей
Тамбовской губернии едва ли наберётся десяток или два незаложенных помещичьих имений».


     Большинство помещиков сдавало землю в отработочную аренду своим временнообязанным. Кроме того, в результате
отхода части земель во владение сельским обществам пришлось менять традиционную разбивку полей, переносить или
строить заново хутора, а иногда и саму усадьбу, что было сопряжено со значительными тратами. Не все помещики морально
были готовы к переходу от бесплатного крепостного труда к частнонаёмному.
     Однако многие дворяне избежали разорения, переведя свое хозяйство на капиталистические отношения. В 1870-е гг.
«рациональные» помещики стали привлекать наемных работников, использовать машины, развивать перерабатывающую
промышленность и применять другие новшества. Одним из владельцев такого «рационального хозяйства» был В.М.
Андреевский. Его имение находилось в с. Богословка Кирсановского уезда. В своих воспоминаниях «О моём сельском
хозяйстве» он писал: «Я помню… ребенком лет 7–8, т.е. в 1865-1866 годах, я … ходил в ригу смотреть на молотьбу ржи.
Молотили бабы цепами… Это в то время был единственный способ молотьбы хлеба. Вскоре появились гужевые молотилки,
потом топчаки и, наконец, паровые локомобили со сложными молотилками. Такой же быстрый прогресс наблюдался и в
севе: от ручного сева вразброс перешли к рядовым сеялкам; и в уборке: ручная косьба и жнитво заменены конными жатками
и косилками с конными граблями. Крестьяне отставали от частных землевладельцев. Причина их отсталости была ясна:
коммунистический строй общинного землепользования беспощадно тормозил нормальное развитие всякого дела. Замечу
тут, что более быстрая молотьба хлебов паровыми молотилками произвела радикальный переворот в нашем зерновом
хозяйстве. Уж я не говорю про молотьбу цепами, которая продолжалась всю зиму, причём растрата зерна была
колоссальная, ибо хлеб в копнах с поля везли на гумно и складывали в скирды; из скирдов снопы везли в ригу, где они
молотились. Такая троекратная нагрузка, перевозка и разгрузка основательно околачивала колосья, и можно минимально
считать, что процентов тридцать зерна осыпалось и гибло по дорогам и на гумне… когда я, года два спустя … приезжал в
деревню, то по хуторам уже гудели барабаны конных молотилок. Но всё-таки без овинов ещё не могли обходиться, ибо с
молотьбой не могли управиться до осенних дождей, – приходилось хлеб сушить. Однако сушили его уже не в снопах, а в
зерне, почему и растраты его при таком способе было меньше. И только с появлением паровых молотилок стали успевать
обмолачивать весь урожай за вёдро…»
     Другим образцовым имением было Знаменское (Кариан), которое в середине XIX в. перешло к графам Строгановым.
П.С. Строганов после ухода с дипломатической службы в 1862 г. подолгу жил в имении, сделав Знаменское одним из самых
известных образцовых хозяйств России. Здесь велось четырёхпольное земледелие. К обычным озимому, яровому и паровому
полям добавилось поле для посева кормовых трав. Для разведения рысистых лошадей были построены каменные
утеплённые корпуса, что было тогда большой редкостью. В имении разводились овцы длинношерстной породы, специально
привезённые из Англии. У П.С. Строганова существовала птицеферма, где были устроены домики, флигель и гнёзда для
различных пород кур, индеек, уток и декоративных птиц – павлинов и голубей. Был тут и пчельник, который состоял из 100
ульев. В саду имения были устроены теплицы, оранжереи и грунтовый сад. В них росли пальмы, лимонные, лавровые и
вишнёвые деревья, цветы. Во фруктовой оранжерее выращивались абрикосы и виноград.
     Кроме того, на одном из окрестных хуторов было устроено хозяйство из 25 прудов. Площадь водоёмов достигала 60
десятин. В этих прудах разводили карасей. Эти пруды до сих пор пользуются славой у рыболовов.
     Рыбоводством также славилось имение Сабуро-Покровское, находившееся на территории современного
Никифоровского района и принадлежавшее известному дворянскому роду Сабуровых. Вблизи него располагалось озеро, в
котором ежегодно вылавливалось до 300 пудов специально разведённой мелкой рыбы для продажи в Тамбов. Фруктовый сад
Сабуровых приносил большой урожай яблок.
     Общероссийскую известность приобрело владение графа И.И. Воронцова-Дашкова в с. Новотомниково Шацкого уезда
(ныне Моршанского района). Оно славилось не только конным заводом, но и широким использованием новейших
сельскохозяйственных машин в земледелии, устройством искусственного орошения лугов, выработкой очень качественного
льняного волокна, грамотной разработкой лесных угодий (расчётливая рубка и восстановление леса).
     Ещё одним знаменитым имением было Черкино Моршанского уезда, принадлежавшее князю Н.Н. Челокаеву. Его
главным достоянием считался фруктовый сад, где помимо открытой посадки плодовых растений располагались большие
«грунтовые сараи», в которых росли редкие сорта груши, сливы и вишни. В усадьбе было устроено более 20 оранжерей. В
них выращивались персики, абрикосы, виноград, самые разнообразные цветы.
     Широкую предпринимательскую деятельность в области сельского хозяйства развернул дворянский род Сатиных. Его
представители владели образцовыми хозяйствами в селе Гавриловка Кирсановскою уезда, деревне Ивановка Тамбовского
уезда, конными заводами в сёлах Усть-Кензарь, Лукино, Рождественское-Подоскляй, мельницей и крупорушкой на
железнодорожной станции Казинка.
     Но большинство помещиков не смогли перейти на новый способ ведения хозяйства. В связи с разорением они
вынуждены были искать новые занятия и источники средств существования. Большинство разорившихся дворян, благодаря
хорошему образованию, становились государственными и общественными служащими, офицерами и судьями, инженерами,
врачами, учителями.
     Примером этого может служить знатный тамбовский дворянский род Салтыковых. В конце XIX – начале XX вв.
Владимир Николаевич Салтыков служил членом губернской земской управы и Тамбовской городской управы, его брат
Серей Николаевич – товарищем (заместителем) председателя Тамбовского окружного суда, Александр Фёдорович Салтыков
– членом того же суда, Дмитрий Фёдорович – врачом, Михаил Фёдорович – преподавателем музыкального училища, а
Фёдор Фёдорович – преподавателем мужской гимназии.
     Но и те, кто сохранили землю, считали, что нужно не проедать доходы с неё, а вкладывать в новые сферы жизни.
Образцом дворянина-предпринимателя служил Иван Петрович Можаров. Имея крупные земельные владения в Тамбовской и
Саратовской губерниях, он в конце XIX в. основал в них стекольный и 4 винокуренных завода, спичечную фабрику. В
начале ХX в. И.П. Можаров скупил несколько усадеб в самом центре Тамбова на Гимназической (Коммунальной),
Носовской и Базарной улицах, стал сдавать дома под жильё, торговые и другие заведения, владел в Тамбове мясной лавкой и
гостиницей.


      Помещик М.Т. Попов, работая учителем математики в Тамбовской мужской гимназии, решил на собственные средства
основать в городе ещё одну гимназию. Она получила название в честь местного святителя Питирима.
      В пореформенное десятилетие в Тамбовской губернии появились крупные фабрики и заводы. Почти все они занимались
переработкой сельскохозяйственного сырья. Были построены сахарные, винокуренные, табачные, суконные и другие
промышленные предприятия. Их основали выходцы из различных слоев общества. Например, тамбовские предприниматели,
владевшие несколькими суконными мануфактурами, братья Асеевы происходили из крестьян. Их фабрики в Рассказове и
Моршанске, на которых работали более 5 тысяч человек, были главными поставщиками сукна для российской армии.
Крупнейшую мельницу в Тамбове основали купцы Егоровы. Самое большое предприятие губернии – пороховой завод в
рабочем посёлке под Тамбовом (ныне город Котовск) – построило в годы Первой мировой войны государство. На нём
работали свыше 6 тысяч человек.
      Долгое время в промышленности губернии первенствовали винокуренные заводы, производившие несколько
миллионов вёдер хлебного вина в год. Эти заводы давали возможность жителям окрестных сёл заработать поставкой хлеба,
картофеля, перевозкой спирта и т.д. В начале XX в. на первое место вышло мукомольное производство.
      Тамбовская губерния занимала одно из первых мест в России по производству махорки. Важную роль в её производстве
играла Моршанская табачная фабрика, основанная в 1882 г. купцами Г.В. Белоусовым и Н.А. Дмитриевым.
      Тяжелая промышленность особого развития в губернии не получила. Она была представлена 15 небольшими
чугунолитейными заводами.
      Главной формой торговли оставались ярмарки, которые, как и прежде, собирались на церковные праздники. Самые
крупные ярмарки были в Тамбове, Борисоглебеке, Козлове, Лебедяни, Липецке. В губернии имелось немало торговых сёл, в
которых проходило по нескольку крупных ярмарок в год.
      Самыми ходовыми товарами на тамбовских ярмарках во второй половине XIX в. были хлеб, мясо, рыба, а также
изделия из шерсти, льна, дерева, железа, привозные одежда и обувь, сахар, соль, чай и другие отечественные и импортные
товары.
      В конце XIX – начале XX вв. в городах и крупных селах появились постоянные базары, где можно было купить
повседневные продукты питания (мясо, молоко, творог, сметану), а также сено, зерно, дрова, ягоды, грибы и многое другое.
В эти годы базарные места в городах начали застраиваться крытыми деревянными и каменными торговыми рядами и
большими складами для хранения привозимых продуктов, кирпичными и дощатыми ларьками. Многие из этих построек
сохранились до нашего времени, да и центральные рынки Тамбова, Кирсанова, Мичуринска, Моршанска остались на своих
традиционных местах.
      Во второй половине XIX в. развивалась магазинная и лавочная торговля. В магазинах обычно торговали тем, чего не
было на базарах (печёным хлебом, булками, водкой, сахаром, готовой одеждой и тканями, часами, ювелирными изделиями и
др.). В городах магазины и лавки занимали целые улицы и кварталы. В Тамбове их больше всего было на Гимназической
(ныне Коммунальной) улице. Многие здания старинных магазинов и лавок и сейчас заняты под торговые заведения.
      Цены в магазинах и лавках не могли быть высокими. Многие горожане вплоть до начала XX в. продолжали сами печь
дома хлеб, блины, пироги. Поэтому покупателей хлебных продуктов в магазинах и лавках было сравнительно немного.
Аналогичной была ситуация и с торговлей готовой одеждой, ибо в большинстве городских семей шили сами или у дешёвых
портных.
      Невысокие цены поддерживали и богатые купцы, которые ездили по ярмаркам, сёлам и городам и искали недорогие
товары. Потом они перепродавали эти товары мелким торговцам с небольшой наценкой.
      В деревне торговля ещё не получила такого развития, как в городе, и в сильную засуху мог возникнуть голод. Но уже с
конца XIX в. в губернии, как и в стране в целом, создавались продовольственные склады и общественные столовые для
помощи голодающим крестьянам.
      Большое значение для экономики края и связи его с разными территориями страны имела постройка в 1860 – 1870-х гг.
через территорию Тамбовской губернии линий железных дорог. Через северную часть губернии пролегли железные дороги
на восток России вплоть до Тихого океана.
      Железные дороги были выгодны всем. Они почти не зависели от погоды, работали круглый год. Тамбовские помещики,
продававшие хлеб, стали грузить его в большие вагоны вместо сотен подвод и быстро перевозить в Москву, Санкт-Петербург,
другие промышленные города, за границу.
      Крестьяне Тамбовской губернии также получили возможность перевозить свою продукцию в самые разные уголки
страны и продавать с наибольшей выгодой для себя. По железной дороге они добирались и на временные заработки на
шахты Донбасса, в зажиточные сёла Кубани, Дона, юга Украины, на фабрики и заводы Москвы, ежедневно ездили на
фабричную работу в близлежащие города и промышленные сёла Тамбовской и соседних губерний.
      По железной дороге в губернию в больших количествах ввозили промышленные изделия: ткани, обувь, строительные
материалы, станки и многое другое. Некоторое оборудование, например большие и тяжёлые паровые котлы для заводских
цехов, можно было привезти только железнодорожным путём.
      Братья Асеевы, чтобы подвозить сырьё и вывозить готовые сукна со своей фабрики в Рассказове, построили ветку от
фабрики до станции Платоновка. Железные дороги позволили жителям Тамбовщины чаще ездить, и не только по делам.
      Поддержание в исправности железнодорожных путей, постоянная необходимость ремонта вагонов, подготовка к работе
паровозов, сопровождение составов с грузами и пассажирами требовали большого количества работников. Железные дороги
давали заработок десяткам тысяч людей. Работа на железной дороге считалась выгодной и почётной. Железнодорожники
получали хорошую зарплату, носили специальную форму, которая выдавалась им бесплатно. На железных дорогах был
образцовый порядок. Поезда ходили точно по расписанию.


     6.2. СОЗДАНИЕ ЗЕМСКИХ ОРГАНОВ В ГУБЕРНИИ. ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ЗЕМСКИХ УЧРЕЖДЕНИЙ ГУБЕРНИИ
                                        В 1865 – 1890 ГОДАХ

     1 января 1864 г. указом правительствующего сената «Положение о губернских и уездных земских учреждениях» и
«Временные правила по делам о земских повинностях, народном продовольствии и общественном призрении» были введены
в действие в 33 губерниях Российской империи, в том числе и Тамбовской. Поэтому подготовка земских выборов началась
сразу «по получении предложения господина министра внутренних дел от 28 августа 1864 г.» Уже 9 сентября того же года
был открыт «губернский временный комитет о земских учреждениях». Его возглавил Тамбовский губернатор,
действительный статский советник К.К. Данзас.
     По распоряжению губернского комитета были открыты уездные комиссии. Они приступили к составлению списков
избирателей. Чиновниками ведомства государственных имуществ готовились списки землевладельцев, имевших не менее
200 десятин, а также мелких хозяев земли, обладавших наделами от 10 десятин. После публикации в газетах в списки
вносились исправления, обусловленные продажей земли или дарением и дополнения, если она была куплена, получена в дар
или унаследована после первой регистрации. Городские головы занимались списками горожан, имевших право на участие в
земских выборах. И в первом, и во втором случаях использовались в качестве основы уже имевшиеся сведения,
собиравшиеся для нужд налогообложения. Мировые посредники хорошо знали сельские общества своих участков. В тесном
контакте с волостными правлениями они составляли «Ведомости о числе сельских обществ и о количестве в них душ
мужского пола».
     Владельцы наделов земли от 10 до 200 десятин, иначе говоря, мелкие землевладельцы избирали своих уполномоченных
на собственных съездах. Позже эти уполномоченные принимали участие в избирательных съездах первой курии.
     Сельские общества поручали, в соответствии с «Положением», реализацию своих прав волостным сходам, которые из
своей среды назначали выборщиков на избирательные съезды третьей курии. Это было связано с обширными
территориальными размерами уездов и большим числом волостей в них. Например, в Тамбовском уезде было 43 волости, в
Козловском – 36, Кирсановском – 33, Моршанском – 43. Сельских обществ было ещё больше, так как на одну волость их
приходилось, в среднем, около семи. Предусмотренная процедура голосования (баллотировка шарами) затрудняла выборы
при большом скоплении народа, потому несколько волостей, входивших в один мировой участок, обычно собирались на
общий съезд. Число гласных, подлежащих избранию по третьей курии, распределялось между ними, исходя из числа
сельских обществ, представленных на съезде, и их численности.
     Открытые осенью 1865 г. уездные земские собрания провели выборы из числа своих гласных в уездные земские управы
и губернское собрание. Число членов управ было различным и зависело от возможности уездных земств финансировать их
деятельность. Финансирование осуществлялось за счёт земского сбора, и размер его определялся решением земского
собрания каждого уезда. Председатель уездной земской управы избирался на собрании.
     Первое губернское собрание начало свою работу 8 декабря 1866 г., когда было открыто первое его заседание. Как
отмечал в своем рапорте тамбовский жандармский штабс-офицер, это собрание «нарушило тишину губернской жизни». На
его заседании была впервые избрана губернская управа. По решению гласных, в неё вошли председатель и пять членов.
Социальный состав не отличался разнообразием: председатель и четыре члена управы имели дворянское происхождение, а
один являлся государственным крестьянином.
     В течение октября–ноября 1865 г. уездные управы приступили к своей деятельности. Ими были приняты дела у тех
присутственных мест, чьи функции целиком или частично переходили к земствам, например, по крестьянским делам. Затем
были образованы земские канцелярии для разбора документов, а также для подготовки смет на содержание управ и
распределения повинностей. Сметы и раскладки были подготовлены управами к началу губернского собрания. Однако
ограниченность во времени, загруженность в делах и отсутствие опыта не позволили качественно выполнить эту работу.
Губернатор, открывший собрание губернских гласных, объявил, что «ни одна из раскладок по земскому сбору не может
быть утверждена». Губернская земская управа начала свою деятельность 11 января 1867 г. с тех же вопросов, но в масштабе
всей губернии.
     Занятие медициной не являлось обязательным делом, но оно находилось под пристальным вниманием земских
учреждений. Большой вклад внесли земцы в заботу о народном здравии. Ими устраивались земские больницы, приёмные
покои, фельдшерские пункты. Земства организовали сеть учреждений для подготовки младшего и среднего медицинского
персонала.
     С самого начала земствам пришлось столкнуться с рядом трудностей. Главная из них состояла в том, что сеть
медицинских учреждений в России в 60-х гг. XIX в. практически не существовала. Профессиональные врачи были лишь в
уездных городах, и, как правило, по одному на уезд. Осуществлять необходимую помощь в нужном объёме на таких больших
пространствах одному, да и двум врачам было невозможно. Поэтому большинство жителей уездов, которые не могли оплатить
услуги частного доктора, обращались за помощью к фельдшерам, знахарям и даже священникам.
     В этих условиях земствам предстояло, прежде всего, создавать новую структуру медицинского обслуживания
населения, которая могла бы решить проблемы равномерного распределения фельдшерских пунктов по уезду, строительства
или устройства больниц и бесплатного лечения всех, кто платил земские сборы. Впрочем, последнее касалось в большей
степени крестьянского населения и городского податного сословия. Имущие слои населения либо платили за свое лечение,
либо обращались к уездным или частнопрактикующим врачам.
     Размеры, характер, формы врачебной помощи, жалованье медицинскому персоналу (врачам, фельдшерам,
оспопрививателям, повивальным бабкам), определялись каждым земством индивидуально, исходя из местных условий.
     Те задачи, которые ставила перед собой земская медицина, привлекали сюда молодые, талантливые кадры. Многие
земские врачи, основываясь на своем опыте, писали статьи и монографии о медицинской помощи крестьянам, их
специфических болезнях, истории медицинского обслуживания в губерниях и уездах. Примерами такого творчества могут
служить монографии тамбовских земских врачей Э.Х. Икавитца «Медикотопографическое описание Тамбовской губернии»,


«Дифтерит в Тамбове в 1880 году», В.О. Горбатовского «История развития земской медицины в Козловском уезде
Тамбовской губернии» и другие.
      Другое направление в области здравоохранения – санитарная медицина. Её целью было предупреждение заболеваний и
эпидемий. На начальном этапе развития санитарной медицины отмечалось, что «самая распространенная болезнь среди
крестьян – сифилис». Уже к 1870-м гг. ряд мероприятий санитарного и лечебного характера привел к тому, что
распространение этого заболевания бытовым путем сократилось.
      Наиболее важным делом санитарной медицины была борьба с оспой. При земских управах создавался штат
оспопрививателей, которые делали детям прививки от этой тоже весьма распространённой болезни. Для прививания
использовалась телячья лимфа (детрит), которую получали из губернского телятника, специально устроенного при
Тамбовской губернской земской больнице.
      Земство готовило и собственные медицинские кадры. Земские собрания назначали для этой цели стипендии и
оплачивали учебу способных ребят из разных сословий, получивших среднее образование, в университетах Российской
империи. Однако эта сфера деятельности была распространена слабо. Большее внимание уделялось подготовке среднего
медицинского персонала, для чего на средства земства при губернской больнице была открыта в 1868 г. фельдшерская
школа.
      Развитие земской медицины шло достаточно успешно. Уже в 1872 г. ставки земских врачей появились во всех 12 уездах
губернии. В 1877 г. на медицину уездными земствами отчислялось в среднем 24% от сметы. Причём такие земства как
Елатомское, Темниковское и Шацкое выделяли на нужды здравоохранения более значительную долю от сметы, чем земства
крупных уездов, например, Тамбовского, Козловского и Моршанского.
      В 1890 г. расходы на медицинскую сферу в среднем по губернии увеличились до 27,5%. Расходы выше
среднестатистических несли земства Усманского, Кирсановского, Тамбовского, Козловского, Липецкого, Шацкого,
Лебедянского и Елатомского уездов. К 1890-м гг. практически повсеместно была внедрена смешанная форма медицинского
обслуживания. Важное место отводилось и фельдшерскому делу, профилактике эпидемий, квалифицированному
родовспоможению.
      Многое было сделано земскими учреждениями и для развития сельского хозяйства: внедрялась агрокультура,
проводились мероприятия по предотвращению падежа скота, по улучшению его породы, предпринимались меры по защите
посевов от вредителей.
      Огромное значение и перспективы развития имела земская ветеринарная служба. Обеспеченность крестьянских
хозяйств рабочим скотом снижалась, но в губернии по-прежнему занимались разведением благородных пород лошадей,
разведением крупного и мелкого рогатого скота. Для успешного развития животноводства требовалось оказание
ветеринарных услуг, борьба против распространения эпидемий и эпизоотий среди животных.
      Заниматься устройством путей сообщения земства стали с самого начала своего существования, и уже первая
губернская земская смета предусматривала на эти расходы около 55 тысяч рублей. Впрочем, не заниматься этим делом
земства не могли, так как оно входило в число обязательных и принадлежало к разряду губернских повинностей.
      В обязанности земства входила и забота о поддержании в надлежащем виде дорог, мостов и гатей уездного и
губернского значения, а также мероприятия по созданию новых. На свои капиталы земства создали сеть шоссейных и
железных дорог. Так, совместными усилиями Тамбовского и Саратовского губернских и Кирсановского уездного земств,
была построена линия железной дороги Тамбов-Саратов, действующая и поныне. Одной из первых была открыта Грязе-
Борисоглебская железная дорога. При открытии тамбовского губернского земского собрания 8 декабря 1866 г. губернатор
Н.М. Гартинг сказал: «Первою заботой тамбовского земства было облегчить сельское сословие в отправлении натуральных
повинностей – подводной и дорожной».
      Уделяли внимание налаживанию сообщения между населенными пунктами и уездные земства. Так, например, 28
сентября 1868 г. ревизионная комиссия доложила Тамбовскому уездному земскому собранию, что в период с 1867 по 1868
гг. на средства земства было построено три моста и устроен паром в Кузьминке. Но уже тогда гласные обратили внимание на
то, что содержание дорожной части обходится довольно дорого, поэтому повсеместно, не только в Тамбовском уезде,
земства брали на свое содержание только дороги уездного значения. Дороги губернского значения финансировались
губернским бюджетом, крупные тракты содержались за счёт государства. Просёлочные дороги, соединявшие несколько
деревень, переводились решением земских собраний в разряд сельских, и их содержание ложилось либо на плечи
крестьянских обществ, либо дворян-землевладельцев.
      Иногда земства могли принять на своё содержание сельские дороги, мосты, паромы или гати, но в тех случаях, когда им
требовался ремонт, на который денег у содержателей не было. Например, в 1883 г. Елатомское уездное собрание
удовлетворило заявление гласного о принятии на свой счёт устройство двух гатей и выделило для этих целей 100 рублей. А
вот Темниковское собрание в том же году отказало уездному исправнику в просьбе отремонтировать дорогу, мотивировав
тем, что именно эта дорога была переведена решением уездного собрания осенней сессии 1878 г. в разряд сельских и все
расходы на её содержание были возложены на «владельцев близлежащих дач и прилегающих сельских обществ».
      Лишив земства первоначально дарованной привилегии на бесплатную пересылку корреспонденции, правительство в
1870 г. разрешило земствам создавать собственные почты. В отличие от государственной, земская почта включила в процесс
корреспондентского общения огромные территории, ранее лишённые такой возможности. Земские почтовые станции
создавались в населенных пунктах, находящихся в отдалении от государственных почт. Они облегчили прохождение
корреспонденции на местном уровне. Участие земств в вопросе почтового сообщения было включено не просто в число
обязательных дел, а являлось государственной повинностью.
      Уездные земства также уделили большое внимание устройству почтовых станций. Почтовая повинность обсуждалась и
на уже упоминавшемся собрании сессии 1868 г. в Тамбовском уезде. Гласными были представлены проекты устройства
земской и сельской почт. Целью их создания являлось «устройство правильного сообщения внутри уезда служащих лиц и
рассыльных, а также безостановочного доставления к месту назначения правительственной корреспонденции», а причинами


– «жалобы на несвоевременную и неаккуратную доставку пакетов через земскую почту и предстоящее учреждение мировых
судов».
     К 1868 г. земские почты уже существовали во всех уездах губернии, но наиболее успешно они действовали в
Борисоглебском, Кирсановском и Козловском. Опыт их деятельности губернская управа рекомендовала за образец.
     Ещё одним важным обязательным земским делом было устройство и содержание так называемых «хлебных
магазинов», которые существовали и до появления органов местного самоуправления. Создавались они для обеспечения
крестьян посевным материалом, а в случае необходимости зерно выдавалось и на еду. Деятельность «хлебных магазинов» и
пополнение запасов выделялись в отдельный вопрос, именуемый «народным продовольствием». Сами «хлебные магазины»
представляли собой амбары, в которые крестьяне по «росписи» сдавали хлеб. Яровое и озимое зерно должны были хранить
отдельно. Зерно крестьянам выдавалось как ссуда, которую впоследствии надо было вернуть.
     Следует отметить, что дела о народном продовольствии для тамбовского земства были не самыми успешными. Если в
первые годы земской деятельности пополнение хлебных запасов шло более или менее удовлетворительно, то в 1880-е гг.,
когда губернию постигло несколько неурожайных лет подряд, хлебные запасы истощились. В 1880 г. на открытии
очередного губернского собрания губернатор барон А.А. Фредерикс отметил, что гибель урожая в результате поражения
хлебов вредными насекомыми и засухой на первое место поставила обеспечение народного продовольствия. В частности в
своей речи он сказал: «Если не во власти земства предотвратить неурожаи, то всё-таки на земстве остаётся обязанность
обеспечить народное продовольствие приведением в порядок хлебных запасных магазинов и продовольственных
капиталов». Однако и в последующие годы ситуация повторилась. Пополнение хлебных запасов было затруднено и в связи с
недоимками предшествующих лет, и с отсутствием достаточного количества зерна у населения.
     Одним из важных достижений тамбовского земства было создание в губернском центре статистического бюро. Вскоре
после начала своей деятельности бюро подготовило многотомное издание «Сборник статистических сведений по
Тамбовской губернии». На открытии очередного губернского собрания 7 декабря 1888 г. барон А.А. Фредерикс отметил
работу статистического бюро как заслуживающую «весьма большого сочувствия и признательности».
     Одну из ведущих ролей в земстве играли уездные предводители дворянства. Они являлись председателями уездных
земских собраний. Предводители дворянства, оставаясь таковыми долгое время, приобретали устойчивое влияние на
земскую деятельность. Среди них стоит выделить Ю.А. Новосильцева (Темников), М.П. Оленина и В.М. Петрово-Соловово
(Тамбов), Ю.А. Ознобишина (Козлов), В.Г Безобразова (Моршанск), Ф.А. Дурасова (Липецк). А губернский предводитель
дворянства Л.В. Вышеславцев совмещал руководство губернским земским собрание и губернской земской управой, будучи
избранным гласными на эту должность.
     Личность Льва Владимировича Вышеславцева (1830 – 1892) заслуживает особого внимания. Потомственный дворянин,
закончил филологический факультет Московского университета со степенью кандидата. Службу начал в годы Крымской
войны, в которой принял непосредственное участие. Военную карьеру закончил в чине поручика. В ходатайстве об отставке
Вышеславцев указал такую причину: «чтобы служить семейству и престарелому отцу в ведении сельского хозяйства».
     В 1861 г. при проведении в жизнь крестьянской реформы был назначен мировым посредником. Деятельность его в этой
должности была отмечена благодарностью жителей мирового участка.
     Семья Вышеславцевых была известна в губернии своей благотворительной деятельностью. В Тамбове при личном и
финансовом участии Вышеславцевых был построен Елизаветинский приют для неизлечимых больных на 100 человек. Лев
Владимирович пожертвовал на устройство приюта полученное им от Хвощинских наследство. Неоднократно оказывал
материальную помощь Лев Владимирович и Тамбовской учёной архивной комиссии (ТУАК), членом которой являлся. В
«Известиях Тамбовской учёной архивной комиссии» в отчёте за 1887 г. отмечалось: «Коллекции музея увеличились в этом
году несколькими богатыми вкладами, а именно: 1. Член комиссии Л.В. Вышеславцев пожертвовал коллекцию из старинных
конских украшений и оружия,… из числа найденных в могильнике, открытом в 1869 году, … при устройстве полотна
Тамбово-Саратовской железной дороги…». И в дальнейшем в отчётах ТУАК обозначалась материальная помощь со стороны
Льва Владимировича.
     С началом земской деятельности Л.В. Вышеславцева избрали гласным уездного, а затем и губернского земского
собрания. Как уже было сказано, в 1872 г. Вышеславцев был выбран председателем губернской управы, коим и являлся
вплоть до своей смерти в 1892 г., т.е. 20 лет. Авторитет Вышеславцева был значительным. Проработавший много лет с ним в
губернском земстве Б.Н. Чичерин так характеризовал его: «… человек вполне честный и порядочный, умеренного
либерального направления, при этом хороший хозяин, способный к труду, но довольно молчаливый, сдержанный и
недалёкого ума».
     Видимо, хозяйственность, а также личные качества других членов управы, и позволили Вышеславцеву таким образом
организовать её работу, что с 1874 г. численный и персональный состав губернской управы стал более или менее постоянным.
Членами являлись коллежский асессор А.Н. Муратов, отставной капитан М.В. Шмаров и коллежский асессор С.Н. Чичерин. В
1880 г. вместо С.Н. Чичерина, по домашним обстоятельствам оставившего все свои выборные должности, в состав управы был
избран поручик М.А. Кононов. В этом персональном составе губернская управа и работала вплоть до принятия нового
земского «Положения» в 1891 г.
     Со смертью Л.В. Вышеславцева завершилась целая эпоха в истории тамбовского губернского земства.
     Многие земские гласные Тамбовской губернии заслужили благодарность местного населения, а некоторые приобрели и
всероссийскую известность как общественные и земские деятели. Среди них князь Н.Н. Чолокаев, Ю.А. Новосильцев, Л.В.
Вышеславцев, Б.Н. Чичерин, В.И. Вернадский, А.Е. Ворнцов-Вельяминов, Г.В. Кондоиди, С.Н. Чичерин, С.М. Волконский и
др.
     В своей деятельности земские учреждения охватывали многие стороны жизни уездов и губернии. Не все земские
начинания развивались успешно и стремительно. В решении очень многих, если не всех, вопросов земские учреждения
встречали препоны либо со стороны правительства, либо со стороны провинциального обывателя. Однако во всех успехах и
неудачах земской деятельности «виновна» не столько внутренняя политика правительства и действия местной
администрации, сколько люди, составлявшие группу земских гласных. Именно они вырабатывали приоритетные



    
Яндекс цитирования Яндекс.Метрика