Единое окно доступа к образовательным ресурсам

История русской литературы. Ч.1: Учебное пособие

Голосов: 18

Учебное пособие разработано на кафедре истории русской литературы ДВГУ. Курс "Истории русской литературы" - важное звено в подготовке студента филолога, специалиста в области русского языка и русской культуры. Этот курс охватывает временный период с 1800-го по 1917г., знаменующий начало нового периода русской литературы (послеоктябрьский). Особенности данного курса определяют характер самостоятельной работы студентов-филологов. Даны списки источников и основная научная литература по вопросу в соответствии с программой курса истории русской литературы XIX века в университетах. Учебное пособие предназначено для студентов-филологов.

Приведенный ниже текст получен путем автоматического извлечения из оригинального PDF-документа и предназначен для предварительного просмотра.
Изображения (картинки, формулы, графики) отсутствуют.
    портного. По всей вероятности, Хлестаков в этом модном костюме появился на Невском проспекте,
чтобы показать себя. Ведь Иван Александрович Хлестаков из числа тех, кто живет по принципу
«казаться, а не быть» В финале повести «Невский проспект» Гоголь писал: «Если вы на Невском
проспекте встретите господина в модном сюртуке, то не думайте, что этот господин богат, все его
состояние и может заключаться в том самом сюртуке».
        Именно этот «мираж Петербурга» и обманул городничего, такого ловкого, плута и
мошенника, который двадцать лет «сидел на службе», «мошенников над мошенниками обманывал»,
«пройдох и плутов таких, что весь свет готовы были обворовать поддевал на уду», теперь же
Сквозник-Дмухановский сам оказался обманутым. Происходит это потому, что и городничий всегда
мечтал стать большим и важным чиновником, значительным лицом.
        Мнимый ревизор сделал предложение дочери городничего, и последний видит уже себя в
Петербурге, в генеральском чине, мечтает о власти, почестях и богатстве. Как видим, градоначальник
Сквозник-Дмухановский попадает под власть «миража Петербурга», однако мираж обманет
городничего, и вскоре выяснится, что Хлестаков не «значительное лицо», а всего лишь переписчик в
одном из многочисленных департаментов города Петербурга.
        Ивану Александровичу Хлестакову именно здесь, в этом маленьком уездном городке, удалось
сыграть ту роль, о которой он мечтал всю свою жизнь. Хлестаков в какие-нибудь полчаса «прошел»
все ступени служебной лестницы. В своих мечтах Хлестаков вообразил себя не только начальником
департамента, генералом, но и тем, кто занимает высшую ступень власти: он объясняет чиновникам,
что очень похож (особенно в профиль) на самого государя. Вместе с тем Иван Хлестаков претендует
и на высшее положение в искусстве: он «с Пушкиным на дружеской ноге», он и автор известного и
очень модного тогда романа «Юрий Милославский», написанного, кстати, Загоскиным.
        В комедии «Ревизор» Гоголь показал нам мир, в котором процветает пошлость, где важнее
казаться, чем быть; мир, в котором нет жертв и нет палачей, мир мошенников и плутов. Можно ли
назвать жертвой городничего? Разумеется, нет. Можно ли назвать жертвами купцов, что приходят к
ревизору с жалобой на градоправителя, упрекая его в том, что он требует слишком многого.
Действительно, жадность Сквозника-Дмухановского не знает границ. У каждого обычного человека
один день рождения, у городничего же их два, тем самым, градоправитель дважды в год принимает
подношения от тех же купцов. Но ведь и сами купцы – мошенники и плуты: они гнилое сукно в
армию поставляют. Таким образом, единственное положительное лицо в комедии, по признанию
автора –– это смех.
        Гоголь не случайно в центр своей комедии ставит маленький уездный городок. Таких
городков в России – тысячи, он безымянен, так как является символом не только российских городов,
но и всей Российской империи.
                          Н.В. Гоголь. Поэма «Мертвые души»
        Темой поэмы «Мертвые души» стала вся современная писателю Россия. Гоголь создал
произведение о судьбе Отечества, о путях его развития. «Мертвые души» – одно из самых
загадочных творений русской литературы, тайный смысл которого пытались разгадать Белинский и
Герцен, Тургенев и Достоевский, Блок и Булгаков. И.Тургенев писал о Гоголе: «Для нас это был
более, чем писатель: он раскрыл нам самим себя».
        В «Мертвых душах» Н.В.Гоголю удалось добиться всеобщего потрясения сознания россиян,
прямого разговора с читателем, особой исповедальной близости. Поэма «Мертвые души» обращена к
состоянию души соотечественников, ко всей России, к ее прошлому, настоящему и будущему.
Николай Гоголь стремился указать путь к спасению, русское же общество видело в произведении
своеобразное откровение, слово, которое способно объяснить проблемы высшие и насущные. Гоголь,
пророчествуя дорогу России, прежде всего всматривался в русского человека, в возможность его
преображения. Поэтому в центре поэмы о России – проблема национального характера, тот самый
«средний русский человек», на котором все основано.
        Павел Иванович Чичиков во всех отношениях – «средний господин»: «не красавец, но и
недурной наружности, не стар, но и не молод, не толст, но и не тонок». Даже мечты и желания у
Павла Ивановича – это мечты и желания каждого человека: «дом, отлично устроенный, вкусные
обеды», выезд, жена-красавица, маленькие дети. Заметим, что все это мечты и желания каждого
среднего человека. Другое дело, как Чичиков будет идти к достижению своей цели: на этом пути его
никто не сможет остановить. Павел Иванович Чичиков полагает, что обрести все это благополучие он
сможет тогда, когда у него будет миллион. Чичиков – «приобретатель и предприниматель».
Неслучайно Белинский заметил, что Чичиков является «героем времени не меньше, чем Печорин». В

                                               111


то же время, Н.Гоголь скажет о своем «герое»: «Подлец Чичиков». Деловые качества «приобретателя
и предпринимателя» проявились у Чичикова рано, в самые ранние годы: отец не оставил ему в
наследство ни поместья, ни состояния, но оставил духовное завещание: «копи копейку», «друг
предаст», копейка же, по мнению Чичикова-старшего, не предаст и не обманет. И Павел Иванович
неустанно будет идти к этой намеченной цели. Отец, отправляя Павлушу на учение, дал ему
«полтину». Павлуша Чичиков не только не истратил этих денег, напротив, он смог увеличить свой
маленький капитал: дружил только с детьми из богатых семей, получал угощения, приносил в класс
булочки, ватрушки и продавал их, а цена зависела от аппетита его товарищей. Павел Чичиков был
учеником средних способностей, но гимназию закончил с лучшим аттестатом, потому что во всем
угождал учителю. Прошли годы, с учителем случилась беда: он потерял место службы. Все
одноклассники Павла решили помочь своему преподавателю, отказался только Чичиков: он не
поддержал своего наставника в трудные минуты. «Подлец Чичиков», - пишет Гоголь. Началась
служба, чин был маленький, жалование мизерное, и, конечно, Павел Иванович Чичиков мечтал о
«доходном месте». Однако начальник оказался человеком строгим и не обращал никакого внимания
на старания мелкого чиновника. И вот тогда Чичиков, узнав, что у его начальника есть дочь-невеста,
«записался в женихи» и в скором времени получил выгодное место, но тут же от жениховства
отказался. Но недолгим было счастье Павла Ивановича: пришел новый начальник и прогнал
Чичикова со службы. Унывает ли он? Нет, вновь готов идти к своей цели. И на этом пути его никто
не сможет остановить. Гоголевский герой, наконец, находит такую выгодную службу – на таможне, и
сначала проявляет себя чиновником строгим, принципиальным и честным. Оказывается, Чичиков
дожидался своего часа, чтобы получить огромную взятку. Вот тогда и появились у него экипажи,
вкусные обеды, так любимые им «костюмы с искрой», но и тут всё закончилось неудачей: Павел
Иванович Чичиков лишился всего, счастлив был тому, что остался на свободе. Вот тогда-то он сел в
свою бричку, прихватив заветную шкатулочку, припрятанную на черный день, и отправился по
бесконечным дорогам России навстречу своему счастью – долгожданному миллиону.
        Чичиков придумал гениальную аферу с мертвыми душами, которая должна была принести
ему благосостояние. Перепись крестьян в России проводилась редко. По итогам переписи
составлялись списки («ревизские сказки»). Чичикова и заинтересовали эти ревизские души:
крестьяне погибали, умирали от болезней, но продолжали числиться живыми. Павел Иванович,
скупив за бесценок мертвые души, собирался заложить их в опекунском совете и по закладной
получить огромную сумму денег – свой долгожданный миллион. Манилов подарил Павлу Ивановичу
души, у помещицы Коробочки он также купил их недорого, лишь Собакевич поторговался, «заломив
по сто рублей за штуку», как за живых, но и тот в конце концов уступил. Однако «предприятие» не
удалось: «дубинноголовая» помещица Коробочка продавала всякий товар, мед, пеньку и проч., а вот
«мертвые души» ей продавать не доводилась, и она все боялась продешевить, потому и отправилась в
губернский город NN, стремясь разузнать: «почем нынче ходят мертвые души». Вот тогда по городу
поползли слухи, что Чичиков – антихрист, скупающий души человеческие. К тому же «исторический
человек» Ноздрев на балу у губернатора устроил очередной скандал, стремясь разъяснить всему
обществу, кто на самом деле такой «херсонский помещик» и «миллионщик» Павел Иванович
Чичиков. Губернскому обществу пришлось долго размышлять впоследствии над тем, зачем же
Чичикову понадобились мертвые души. Дамы города NN («дама приятная» и «дама приятная во всех
отношениях») решили, что Чичиков хотел увезти губернаторскую дочку, потому ему и понадобились
мертвые души. У чиновников были свои предположения: Чичиков, так полагали чиновники, мог быть
и ревизором, и разбойником капитаном Копейкиным, и Наполеоном («вот когда поворотится и
встанет этак боком, истинный Наполеон и есть»). Прокурор города, который прежде не знал никаких
тревог, стал думать, в конце концов даже умер от того, что думать стал. Разумеется, Павел Иванович
не был ни Наполеоном, ни разбойником капитаном Копейкиным, ни антихристом, приобретение
«мертвых душ» ему необходимо было для того, чтобы получить, наконец, свой долгожданный
миллион, следовательно, все блага с ним связанные. Гоголевский герой покидает губернский город
NN, путь ему преграждает похоронная процессия, – хоронили прокурора. Куда направляется он?
Конечно, навстречу своему счастью.
        Гоголь, во всем противопоставляя Чичикова помещикам, однако не проявляет симпатий к
нему, напротив, он его постоянно разоблачает его, как плута, мошенника и лицемера, готового ради
достижения своей цели перешагнуть через многое, нарушая нравственные законы. Вместе с тем,
Н.В.Гоголь надеялся на духовное возрождение даже того человека, как Павел Чичиков. По мысли
писателя, мир изменится тогда, когда возродится душа человеческая. И надежду на возрождение


                                               112


Гоголь связывал с русским народом, с самой Россией, устремленной вперед, к достойному будущему.
Гоголь страстно верил в светлое будущее России.
        В «Мертвых душах» Гоголю удалось добиться всеобщего потрясения сознания россиян,
прямого разговора с читателем, особой исповедальной близости. Поэма «Мертвые души» обращена к
состоянию души соотечественников, ко всей России, к ее прошлому, настоящему и будущему. Гоголь
стремился указать путь к спасению, русское же общество видело в произведении своеобразное
откровение, слово, которое способно объяснить народу проблемы высшие и насущные. Гоголь,
пророчествуя дорогу России, прежде всего всматривался в русского человека, в возможность его
преображения. Поэтому в центре поэмы о России – проблема русского национального характера.
Страстно веря в лучшее будущее России, размышляя о судьбах страны, Гоголь создал в поэме
«Мертвые души» лирический образ Отечества, воплотивший идеал самого писателя. Русь,
устремленная вперед, к достойному будущему, неслучайно замыкает первый том произведения.
        Стремления России выражены Николаем Гоголем в лирических отступлениях поэмы, и
особенно в отступлении о «птице-тройке». Образ Руси-тройки появляется в поэме не внезапно. Он
тесно связан с общим течением повествования, подготовлен раскрытием темы народа на всем
протяжении поэмы. Образ народа в поэме Гоголя – собирательный. Он представлен не через
развернутые характеристики, а через краткие, но ясные зарисовки. Так, в первой главе поэмы два
русских мужика рассуждают у дверей трактира: доедет ли чичиковская бричка до Москвы или не
доедет. С юмором говорит писатель о невежестве, забитости, бестолковости Селифанов и Петрушек,
но юмор этот глубок и серьезен, наполнен, по выражению Белинского, «грустной любовью».
        В ходе повествования о народе начинает звучать в поэме трагическая нота. Например, в
размышлениях Чичикова над списком мертвых душ автор пишет о русских крестьянах как о великих
тружениках, людях широкого размаха. Здесь и богатырь Степан Пробка, плотник, который и «в
гвардию годился бы», так был высок ростом и широк в плечах. Плотник Степан Пробка исходил все
губернии с топором и сапогами на плече, «съедал на грош хлеба и на два – сушеной рыбы», а
приносил помещику большие деньги. Здесь же и Максим Телятников – чудо-сапожник («шилом
кольнет – вот тебе и сапоги»), однако судьба его трагична. Автор размышляет, что будь на месте
Максима Телятникова немец, то он быстро бы разбогател, стал владельцем собственной мастерской,
но судьба русского крестьянина иная. «Эх, русский народец! Не любит умирать своею смертью», – с
горечью замечает автор. В повествовании об Абакуме Фырове, беглом крестьянине Плюшкина,
возлюбившем вольную жизнь, звучит мысль о противоестественности рабского положения народа.
        Автор чутко уловил и нарастание народного недовольства. Так, среди чиновников и
помещиков растет тревога: они опасаются бунта крестьян, приобретенных Чичиковым. Проявление
крестьянского недовольства особенно ярко передается в рассказе о расправе мужиков села Вшивая
Спесь с заседателем земской полиции Дробежкиным, которого «мужики снесли с лица земли». В
«Мертвых душах» Н.В.Гоголь утверждает свой положительный идеал: то прекрасное и могучее, что
он видел в русском народе.
        Образ народа дается в поэме, главным образом, через лирические отступления. Лирические
отступления играют важнейшую роль в композиции «Мертвых душ»: они освещают, «оживляют
картину мрачной действительности». Именно лирические отступления проникнуты пафосом
утверждения высокого звания человека. Источником лиризма в поэме являются авторские раздумья о
служении России, о ее неисчерпаемых силах. В самом начале произведения эти отступления
представляют собой отдельное высказывание о героях, например, сравнение с Коробочкой «сестры
ее, столичной аристократки». Однако постепенно философская тема трагической судьба народа и
России углубляется. Так, в конце пятой главы автор рассуждает о талантливости русского народа, о
его «живом и бойком уме», о его «замашистом», «метком» слове. Шестая глава, повествующая о
Плюшкине («прорехе на человечестве»), открывается лирической исповедью Автора о своей юности,
с характерной для нее яркостью восприятия жизни, жадным любопытством к окружающему миру.
«О, моя юность! О, моя свежесть!» – так завершается это лирическое отступление. Образ автора
возникает в лирических отступлениях поэмы, именно здесь звучат его раздумья о долге писателя, о
служении России, о ее неисчерпаемых силах, ее народе, о пути самой России, ее избранной судьбе.
Сначала образ Автора наполнен биографическими сведениями. Об этом свидетельствуют
воспоминания о юности, сетования на бесприютную, бессемейную, одинокую жизнь - удел
сатирического писателя, которого не понимают и не принимают окружающие. Однако именно
такому писателю определено «чудной властью» «озирать всю громадно несущуюся жизнь сквозь
видный миру смех и незримые, неведомые ему слезы». Вместе с тем, нельзя отождествлять образ
Автора с человеком и писателем Гоголем. Повествователь в поэме «Мертвые души» – это средний

                                              113


русский интеллигент, скиталец и путешественник. Именно автор рассуждает о талантливости
русского народа, о его живом и бойком уме. Рассказчик в поэме – это еще и Пророк, для которого нет
преград ни во времени, ни в пространстве, который способен обозревать пути народов и пути
человечества. Именно автор-пророк владеет истиной как высшим даром. Именно он способен указать
верный путь к спасению. Ни герою, ни соотечественнику, а автору видна вся картина бедной,
неприютной Руси, страдания которой находят отклик в его душе и сердце. Пророк обладает даром
предвидения.
        Автор-пророк, ощущая непостижимую связь с Русью, в ее могучем необъятном просторе, в ее
безграничности, сознает особый знак: слишком велики пространства России, чтобы не родиться здесь
«беспредельной мысли», «не быть богатырю», которому по плечу преодолеть все преграды, который
способен прорваться к истине и гармонии, найти свой путь. Вот потому в поэме над хлябью
российских дорог, над невыразительным бедным сереньким русским пейзажем, над «дрязгом и
сором» обыденной жизни вдруг взмывает вверх русская «необгонимая               тройка» - символ
национального самосознания, мчится вся вдохновенная Богом, и перед ней расступаются, давая ей
дорогу, другие народы и государства. В «Мертвых душах» Гоголь утверждает свой положительный
идеал, то прекрасное и могучее, что он видел в России и в простом русском народе. В необъятных
просторах России, ее шири Гоголь видел воплощение широкого размаха характера народа, его
мужество и свободолюбие. Образ Родины, возникающий в лирических отступлениях поэмы, - это
образ России народной. Образы народа и России неразрывно связаны в поэме. Неслучайно, символ
Отечества, птицу-тройку, «собрал и снарядил в дорогу» «расторопный, ярославский мужик».
          Натуральная школа и ее роль в становлении русского реализма
       Натуральная школа – одна из самых сложных проблем в истории становления русского
реализма. Несмотря на единодушное признание важности этого литературного явления и
неослабевающее внимание к нему, исследователи до сих пор не пришли к единодушному выводу о
его природе, границах, содержании. Это связано с огромным объемом, разнородностью материала
(творчество разных писателей). Исследователи В.И.Кулешов, Ю.В.Манн (ст. «Человек и среда»
(«Заметки о натуральной школе»).
       Натуральная школа – своеобразный этап становления русского реализма, его развития. Это и
сплочение писателей вокруг одного печатного органа: «Отечественных записок», а затем
«Современника»; более или менее сознательная ориентация на творчество Гоголя, не исключающая в
отдельных случаях полемику с ним; высокий уровень теоретического осмысления процессов,
происходящих в литературе: критические статьи Белинского, Некрасова, Плещеева, Майкова. Яркое
доказательство единомыслия – альманахи «Физиология Петербурга» (1845) и «Петербургский
сборник» (1846). Среди писателей, принадлежащих к натуральной школе были чрезвычайно яркие
индивидуальности, настолько непохожие друг на друга, что говорить об общности стиля или языка
их произведений не представляется возможным: Герцен и Достоевский, Тургенев и Гончаров,
Салтыков и Писемский.
       Исходя из этого, исследователь Ю.Манн указывал, что натуральная школа – строго говоря не
школа (школа, с точки зрения Манна, - общность стиля, тематики, то есть высокая степень
общности). Интересно, что Виноградов, определяя понятие «натуральная школа», объединял не
писателей, а произведения, считая, что «поэтическая индивидуальность сама в себе внешкольна, она
не укладывается в рамки той или другой школы».
       Нам интересно исследовать зарождение и развитие принципов натуральной школы в
творчестве отдельных ее представителей. Определяя состав участников, мы исходим из того, что
решающими являются не личные контакты художников, не кружковая близость, складывающаяся
вокруг Белинского, а верность определенным творческим принципам, которые возникли под
влиянием общелитературной ситуации и идейно-художественных потребностей времени.
Хронологические границы школы
       Анализ творчества писателей, несомненно связанных с натуральной школой, развивавшихся в
ее русле, а затем перераставших ее рамки, доказывает невозможность строгого ограничения времени
существования школы. С одной стороны, отдельные принципы натуральной школы начали
складываться еще в конце 30-х годов XIX века, а с другой – в начале 50-х не происходит резкого
распадения школы. В творчестве отдельных ее представителей художественные принципы
натуральной школы продолжают жить вплоть до конца 50-х годов. Такой яркий представитель как
Писемский, входит в литературу только в конце 40-х годов (хотя исследователь Кулешов утверждал,

                                               114


что Островский и Писемский – непетербуржцы – находятся за пределами натуральной школы. В
действительности, сложный процесс выработки новых подходов к жизненному материалу, новых
принципов поэтики невозможно искусственно ограничить одним десятилетием.
       Не будем претендовать на рассмотрение всего комплекса проблем, связанных с натуральной
школой. Однако выявим наиболее существенные признаки натуральной школы:
       взаимоотношение человека и среды;
       пафос социального исследования жизни, когда сама социальная структура общества является
специальным и самостоятельным объектом изображения;
       рассмотрение человека, в первую очередь, в системе его социальных связей, как типичного
представителя определенного слоя людей –
       в этом была новизна и специфика идейно-художественной позиции деятелей натуральной
школы. Поэтика натуральной школы складывалась под влиянием задачи как можно более полного
изучения и описания действительности, среды. Отсюда требование «натуральности», предельной
жизненной достоверности изображения, тяготение к неприкрашенной «прозе» жизни. Вымысел и
фантазия уступают первенство наблюдению, сбору материала, его анализу, классификации. В
творчестве В.Даля, Дружинина, Панаева, Буткова, В.Соллогуба получили первоначальное развитие
«физиологический» очерк и выросшие на их основе рассказ и нравоописательная повесть.
       С появлением произведений Тургенева, Гончарова, Герцена, Достоевского, Салтыкова,
Григоровича, Писемского, Некрасова, Островского наступает новый период в истории натуральной
школы. Ведущими жанрами становятся повесть и роман. С ними связаны основные художественные
открытия 40-50-х гг., определившие роль натуральной школы в становлении русского реализма.
Философские и эстетические основы натуральной школы
        В разном видели единство натуральной школы Виноградов, Кулешов, Манн. Важны выводы
Манна: общность ощутима и связана с закреплением в литературе 40-х гг. переворота, совершенного
Гоголем. Близка нам и другая мысль ученого: натуральная школа определяется по единой
художественной философии. Очевидно, что творчество конкретных писателей и критиков никогда не
может целиком уложиться в рамки какой-либо художественно-философской доктрины. Нас будут
интересовать доминантные тенденции их творческих устремлений в 1840-е гг. Для Белинского
натуральная школа была именно школой, направлением, хотя и в художественном плане – «широкого
типа». Само слово «школа» предполагает нечто, возникающее не произвольно, а создаваемое
сознательно, имеющее в виду какие-то заранее данные цели.
        В мировоззренческом плане – это определенная система взглядов на действительность, ее
содержание, ведущие тенденции, возможности и пути ее развития. Общность мировоззрения –
важное условие формирования литературной школы. И между тем, литературную школу объединяют
прежде всего структурно-поэтические моменты. Так, молодые писатели 40-х гг. восприняли
гоголевские приемы, но не гоголевское мировоззрение.
        По мысли Белинского, гений творит, что и когда хочет, его деятельность невозможно
прогнозировать и направить. Его произведения неисчерпаемы по количеству возможных
интерпретаций. Одна из задач беллетристики, считал Белинский, - пропаганда передовых научных
идей.
        У истоков натуральной школы стоят Белинский и Герцен, во многом воспитанные на идеях
Гегеля. Даже впоследствии, споря с ним, это поколение сохраняло гегелевскую структуру мышления,
приверженность рационализму, такие категории, как историзм, примат объективной
действительности над субъективным восприятием. Однако стоит заметить, что гегелевский историзм
и выведенная на его основе «русская идея» - отнюдь не монопольное достояние Белинского и кружка
писателей, объединившихся вокруг «Отечественных записок» в начале 40-х гг. Так, московские
славянофилы на основе тех же историко-философских посылок, что и Белинский, сделали
противоположные выводы: да, русская нация вышла на всемирно-исторические рубежи; да, история –
ключ к современности, но полное осуществление «духа» нации и грядущая великая слава – не
столько в успехах цивилизации и западного (общечеловеческого, универсального) просвещения, как
полагали Белинский и Герцен, а прежде всего в проявлении православно-византийских начал.
       Говоря о людях первой половины 40-х гг., исследователь Скабичевский справедливо
заметил: «Как славянофилы, так и западники, одинаково верили, что будущее принадлежит
России, которой суждено сказать новое слово цивилизации после Европы, но сказать его не
иначе, как в духе своей народности. Пункт же их разделения начинался с определения путей,
по которому Россия должна идти для выполнения своего исторического назначения».

                                              115


Недаром в «Былом и думах» Герцен сравнил обе партии с двуликим Янусом, имевшем, как
известно, одну голову, но два лица, обращенных в разные стороны.
       Итак, хотя гегелевские идеи были в основе «натуральной школы», не они определяли
ее своеобразие на литературном фоне эпохи 40-х гг. В самом деле, не только натуральная
школа в начале 40-х гг. обратилась в своих произведениях к так называемой реальной
действительности: пафос отражения и изучения русской жизни.
       Впервые название «натуральная школа» было употреблено Булгариным в фельетоне
«Северная пчела» от 26.01.1846г. Под пером Булгарина это слово было бранным. В устах
Белинского – знамя русской реалистической литературы. Наконец, историко-литературный
термин. И защитники, и враги, а позднее – исследователи «натуральной школы», относили к
ней творчество молодых писателей, вступивших в литературу после Пушкина и Лермонтова,
непосредственно вслед за Гоголем: Гончаров и Герцен, Достоевский и Некрасов, Тургенев и
Григорович, Соллогуб и Панаев. Белинский в годовом обзоре «Взгляд на русскую
литературу 1847 года» писал: «Натуральная школа стоит на первом плане русской
литературы». Белинский относил первые шаги натуральной школы к началу 40-х гг. Ее
конечный хронологический рубеж был позднее определен началом 50-х гг. Таким образом,
натуральная школа объемлет десятилетие русской литературы. По мысли Манна, одно из
ярчайших десятилетий, когда заявили о себе все те, кому во второй половине 19 века
суждено было составить основу русской литературы. Сейчас понятие «натуральная школа»
принадлежит к общепринятым и наиболее употребительным. Исследователи Благой, Бурсов,
Поспелов, Соколов обращались к проблеме «натуральной школы».
       Основные направления, в которых изучалась натуральная школа:
       1. наиболее распространен тематический подход
       подчеркивается, что натуральная школа начала с зарисовок города, широко изображала жизнь
чиновников, но не ограничивалась этим, а обращалась к самым обездоленным слоям населения
русской столицы: дворникам (Даль), шарманщикам (Григорович), купеческим приказчикам и
сидельцам в лавке (Островский), деклассированным обитателям петербургских трущоб
(«Петербургские углы» Некрасова), характерным героем натуральной школы был демократ-
разночинец, отстаивающий свое право на существование.
       2. жанровый
       Исследователь Цейтлин в докторской диссертации и в созданной на ее основе книге
(«Становление реализма в русской литературе (Русский физиологический очерк)» – М.: Наука, 1965)
исследует становление натуральной школы главным образом как развитие «русского
физиологического очерка». По его мнению, натуральная школа своим рождением обязана была
физиологическому очерку. С этим выводом согласен и исследователь Манн.
       А.Герцен роман «Кто виноват?»
       и традиции «натуральной школы»
       Первый роман Герцена. Первая часть романа была напечатана в 1845-1846гг. на страницах
«Отечественных записок», а полное издание – в 1847 гг. Художник-публицист, писатель-
исследователь и мыслитель, опирающийся на силу глубокой социальной и философской мысли.
Герцен обогащает искусство слова, художественные принципы реализма достижениями науки и
философии, социологии и истории. По мнению Пруцкова, Герцен является основоположником в
русской литературе художественно-публицистического романа, в котором наука и поэзия,
художественность и публицистика слились в одно целое.
       Белинский особенно подчеркивал наличие в творчестве Герцена синтеза философской мысли
и художественности. В этом синтезе он видит своеобразие писателя, силу его преимущества перед
современниками. Герцен расширил рамки искусства, открыл перед ним новые творческие
возможности. Белинский отмечает, что автор «Кто виноват?» «умел довести ум до поэзии, мысль
обратить в живые лица…». Белинский называет Герцена «натурой по преимуществу мыслящей и
сознательной».
       Роман – своеобразный синтез художественного отражения жизни с научно-философским
анализом общественных явлений и человеческих характеров. Художественная структура романа
оригинальна, она свидетельствует о смелом новаторстве писателя. Завязка первой части романа:
разночинец Дмитрий Круциферский нанимается домашним учителем в семью отставного генерала,
помещика Негрова. Но не эту симптоматическую ситуацию Герцен сделал завязкой всего романа, не

                                              116


она развернулась в основной конфликт, определяющий движение сюжета в целом. Демократизм
позиций писателя. Герцен впервые столкнул в романа плебея и дворянина, генерала, это
столкновение он сделал художественным стержнем изображения жизни в первых главах романа. За
завязкой следуют два биографических очерка: «Биография их превосходительств», «Биография
Дмитрия Яковлевича» (жизненные судьбы бедного молодого человека и богатого помещика).
       В первой части романа – три биографических очерка (Негровы, Круциферский, Бельтов).
Белинский, характеризуя жанровые особенности романа, писал: «собственно не роман, а ряд
биографий», «связанных между собою одною мыслию, но бесконечно разнообразных, глубоко
правдивых и богатых философским значением». Каждая их глав первой части романа осложнена
введением в нее других художественных биографий. Глава о Негрове включает и историю жизни
Глафиры Львовны; биография Вл.Бельтова – историю жизни его матери – Софи. Глава о
Дм.Круциферском содержит рассказ и о судьбе его отца. В первой части романа рассказана
биография Любоньки (в главах «Биография их превосходительств» и «Житье-бытье»).


                                       Литература
        А.С.Пушкин Полн. Собр. соч. в 10-ти ТТ. – М.: АН СССР, 1962.
        Гоголь Н.В. Собр. соч. в 7-ми ТТ. – М., 1958. Т.4. – Т.5.
        А.С.Пушкин: pro et contra. Личность и творчество А.Пушкина в оценке русских мыслителей и
исследователей. – СПб.: РХГИ, 2000.
        Аксаков К.С. Несколько слов о поэме Гоголя: Похождения Чичикова, или Мертвые души;
Объяснение // Аксаков К.С., Аксаков И.С. Литературная критика. – М., 1981.
        Анциферов Н.П. Душа Петербурга: Очерки. – Л.: Лира, 1990. – С. 64,66.
        Архангельский А.Н. Стихотворная повесть А.С. Пушкина «Медный Всадник». – М.: Высшая
школа, 1990. – С. 8-44.
        Архангельский А.Н. Герои Пушкина. Очерки литературной характерологии: - М.: Высш. шк.,
1999. – 287с.
        Ахматова А.А. Пушкин и Невское взморье // Анна Ахматова. О Пушкине. Статьи и заметки.
Изд. 3-е, испр. и дополнен. – М.: Книга, 1989. – С. 153.
        Белинский В.Г. Несколько слов о поэме Гоголя «Похождения Чичикова, или Мертвые души;
Объяснение на объяснение по поводу поэмы Гоголя «Мертвые души» // Собр. соч. в 9-ти ТТ. Т.5. –
М., 1979.
        Белый А. Мастерство Гоголя. – М.: МАЛП, 1996. – 351 с.
        Борев Ю. Искусство интерпретации и оценки: Опыт прочтения «Медного Всадника». – М.:
Сов. писатель, 1981. – С. 289-290.
        Булгаков С.Н. Моцарт и Сальери // Пушкин в русской философской критике. Конец XIX –
первая половина XX века. – М., 1990.
        Вишневская И.Л. Гоголь и его комедия. – М., 1976.
        Гуковский Г.А. Пушкин и проблемы реалистического стиля. – М., 1957.
        Гуковский Г.А. Реализм Гоголя. – М.: Л., 1959.
        Дилакторская О.Г. Фантастическое в «Петербургских повестях» Н.В.Гоголя. –Владивосток,
1986.
        Дилакторская О.Г. Петербург и Россия в творчестве Н.В.Гоголя («Шинель», «Ревизор»,
«Мертвые души»). Пособие для учителя. – Владивосток: Изд-во ДВГУ, 1995. – с.48.
        Елистратова А.А. Гоголь и проблемы западноевропейского романа. – М., 1972.
        Ермилов В.В. Гений Гоголя. – М., 1959.
        Жирмунский В.М. Байрон и Пушкин: Пушкин и западные литературы. – Л., 1978.
        Измайлов Н.В. «Медный Всадник» А.С.Пушкина // А.С.Пушкин «Медный Всадник». – Л.:
Наука, 1978. - С. 227-242.
        История русской литературы в 4-х тт. Т. 2. – Л.: Наука, 1983. – 500 с.
        Кибальник С.А. Художественная философия Пушкина. – СПб.: Академ. наук. Petropolis,
1999. – 200 с.
        Киселева Л.Ф. Пушкин в мире русской прозы. – М.: Наследие, 1999. – 362с.
        Куприянова Е.Н. «Мертвые души» Н.В.Гоголя (замысел и его воплощение) // Рус. лит. 1971.
№3. – С.63.



                                              117


         Лотман Ю.М. Типологическая характеристика реализма позднего Пушкина // Лотман Ю.М. В
школе поэтического слова: Пушкин. Лермонтов. Гоголь. – М., 1988.
         Лотман Ю.М. Символика Петербурга и проблема семиотики города // Лотман Ю.М.
Избранные статьи: В 3 т.Т. 2. – Таллин: Александра, 1992. – С. 9-21.
         Лотман Ю.М., Минц З.Г. Образы природных стихий в русской литературе (Пушкин –
Достоевский – Блок) // Пушкин. – Санкт.-Петербург: Искусство – СПб, 1995. – С. 814-820.
         Лотман Ю.М. «Пиковая дама» и тема карт и карточной игры в русской литературе начала XIX
века // Лотман Ю.М. Избранные статьи: В 3-х т. - Таллин, 1992. Т.2. – С. 413.
         Макогоненко Г.П. Творчество А.С.Пушкина в 1830-е годы (1833-1836). – Л.: Худож.лит.,
1982. – С. 175.
         Макогоненко Г.П. Гоголь и Пушкин. – Л., 1985.
         Макогоненко Г.П. Тема Петербурга у Пушкина и Гоголя // Макогоненко Г.П. Избр. работы. –
Л., 1987.
         Маймин Е.А. Пушкин. Жизнь и творчество. – М.: Наука, 1982. – 208 с.
         Маймин Е.А. О русском романтизме. – М.: Просвещение, 1975. – 240с.
         Манн Ю.В. Поэтика Гоголя. Вариации к теме. – М., 1996. – 474 с.
         Маркович В.М. Петербургские повести Н.В. Гоголя: Монография. – Л.: Худож. лит., 1989. –
С. 105-106.
         Машинский С.И. Художественный мир Гоголя. – М., 1979.
         Мережковский Д.С. Пушкин // Мережковский Д.С. Л.Толстой и Достоевский. Вечные
спутники. – М.: Республика, 1995. – С. 487-522.
         Мережковский Д.С. М.Ю. Лермонтов. Поэт сверхчеловечества // Мережковский Д.С. В тихом
омуте. – М., 1991. – С. 312.
         Непомнящий В.С. Поэзия и судьба: Статьи и заметки о Пушкине. – М.: Сов. писатель., 1983. –
368 с.
         Осповат А.Л., Тименчик Р.Д. «Печальну повесть сохранить…»: Об авторе и читателях
«Медного Всадника». – М.: Книга, 1985. – С. 139-147.
         Отрадин М.В. Петербург в русской поэзии XVIII начала XX века // Петербург в русской
поэзии (XVIII начала XX века): Поэтическая антология. – Л.: Изд-во Ленинград ун-та, 1988.
         Паперно И. Пушкин в жизни человека Серебряного века // Современное американское
пушкиноведение. Сборник статей / Ред. У.М.Тодд III – Спб., Академич. проект, 1999. – 334 с.
         Петрунина Н.Н. Пушкин на пути к роману в прозе: «Дубровский» // Пушкин: Исследования и
материалы. – Л., 1979. Т.9.
         Петрунина Н.Н. Проза Пушкина. – Л., 1987. – С.212-222.
         Переверзев В.Ф. Гоголь. Достоевский. Исследования. – М., 1982.
         Пумпянский Л.В. «Медный Всадник» и поэтическая традиция XVIII века // Л.В. Пумпянский
Классическая традиция: Собрание трудов по истории русской литературы. – М.: Языки русской
культуры, 2000. – С. 158-196. (Впервые: Временник Пушкинской комиссии. – М. - Л., 1939. Т. 4/5. –
С. 91-124).
         Пумпянский Л.В. О «Медном Всаднике», о Петербурге, о его символе. // Л.В.Пумпянский.
Классическая традиция: Собрание трудов по истории русской литературы. – М.: Языки русской
культуры, 2000. – С.595-599.
         Пушкин и русская культура. Вып. 2. – М.: Диалог-МГУ, 1999. – 156 с.
         Пушкин в русской философской критике. – М.: Книга, 1990. – С. 362-363.
         Русский романтизм. – Л.: Наука, 1978. – 288с.
         Скатов Н.Н. Гоголь: история и современность. – М., 1985.
         Смирнова Е.А. Поэма Гоголя «Мертвые души». – Л., 1987.
         Томашевский Б.В. Поэтическое наследие Пушкина // Томашевский Б.В. Пушкин: Работы
разных лет. – М.: Книга, 1990. – С. 252.
         Тынянов Ю.Н. Пушкин и его современники. – М.: Наука, 1968. – С. 153-154.
         Устюжанин Д.Л. Маленькие трагедии. – М., 1974.
         Фейнберг И.Л. Незавершенные работы Пушкина. – М., 1979. – С. 44.
         Фейнберг И.Л. По страницам «Истории Петра» // Читая тетради Пушкина. – М., 1985. – С.
203-305.
         Франк С.Л. Этюды о Пушкине / Предисл. Д.С.Лихачева. – М.: Согласие, 1999. – 178 с.
         Фридлендер Г.М. Гоголь: истоки и свершения (статья вторая) // Рус. литература. 1995. № 2.


                                               118


        Ходасевич В.Ф. О Пушкине // Ходасевич В.Ф. Собр. соч. в 4-х тт. Т. 3. – М.: Согласие, 1996. –
С. 395-512.
        Ходасевич В.Ф. Петербургские повести Пушкина // Ходасевич В.Ф. Собр. соч.: В 4-х тт. Т. 2.
– М.: Согласие, 1996. – С. 60-63.
        Храпченко Б.М. Николай Гоголь // Собр. соч. в 4-х тт. – М., 1980. – Т.1.
        Цейтлин А.Г. Становление реализма в русской литературе (Русский физиологический очерк).
– М., 1965.
        Шкловский В.Б. Заметки о прозе Пушкина. – М., 1937.


                                        ПЕРСОНАЛИИ

                                       Василий Жуковский
                                           (1783-1852)
       Василий Жуковский родился 29 января (9 февраля) 1783 года в селе Мишенском,
село Мишенское находилось на стыке трех губерний – Орловской, Тульской и Калужской.
По рождению своему Жуковский был незаконнорожденным, его отец – богатый помещик
Афанасий Бунин, мать –пленная турчанка. Фамилию ребенку дал бедный дворянин Андрей
Жуковский, живший в доме Бунина в качестве приживала, впоследствии Бунин усыновил
мальчика. Василий Жуковский с юных лет переживал свое двойственное положение. В
четырнадцатилетнем возрасте Жуковского определяют в Благородный пансион при
Московском университете, где он изучает рисование, словесность, историю, французский и
немецкий языки, где становится одним из первых учеников. Уже в те годы Жуковский
начинает писать стихи «Майское утро» (1797), прозу, в них ощутимо влияние Карамзина, его
«Бедной Лизы». После окончания Московского Благородного пансиона в 1800 году,
Жуковский был определен чиновником в Соляную контору, но эта должность тяготила его.
Вскоре Жуковский вышел в отставку и удалился в родное имение Мишенское. В Мишенском
поэт ведет дневник, пишет стихи, здесь он полюбил Машу Протасову. Однако мать Маши
была категорически против этого брака. В 1808 году Жуковский становится редактором
журнала «Вестник Европы», занимается переводами, пишет элегии, баллады, литературно-
критические статьи, рецензии. Одно из первых произведений Жуковского, которое сделало
его имя широко известным, была элегия «Сельское кладбище» (1802), перевод
стихотворения поэта-сентименталиста Томаса Грея. Жуковский начинает писать баллады. За
период с 1808 года по 1818 год Жуковским написано более тридцати баллад, наиболее
известные «Людмила», «Лесной царь», «Светлана». В 20-х годах Жуковский пишет
стихотворения «Невыразимое», «Таинственный посетитель». Весьма много и плодотворно в
20-30-е годы Жуковский трудится над балладами и переводами, сюжеты он берет у Шиллера
и Гете, Вальтера Скотта («Рыцарь Тогенбург», «Кубок», «Рыбак», «Замок Смеагольм»).
Кроме того, в 20-х годах Жуковский переводит на современный русский язык незадолго до
того обнаруженное «Слово о полку Игореве», в 1818-1822-х гг. переводит «Шильонского
узника» Байрона, «Орлеанскую деву» Шиллера, испытывает сильное увлечение Гете, с
которым в 1821 году во время первой заграничной поездки лично знакомится. В 1841 году
Жуковский женился на дочери своего друга Елизавете Рейтерн. Жуковский живет в
Германии, в 1851 году пишет элегию «Царскосельский лебедь». Умер Жуковский 12 апреля
1852 года, был похоронен в Петербурге на кладбище Александро-Невской Лавры,
неподалеку от могилы его учителя и друга Карамзина.


                                          Александр Грибоедов
                                        (1795-1829)
       «Грибоедов принадлежит к самым могучим проявлениям русского духа», - сказал Белинский.
Глубокий ум, талант, широкая образованность, разнообразие интересов были отличительными
чертами Грибоедова.

                                                119


        Александр Сергеевич Грибоедов принадлежал к старинному дворянскому роду, он родился в
Москве. Домашним воспитанием его занимались гувернеры-иностранцы и профессора университета,
большое внимание уделялось изучению иностранных языков. Грибоедов, одаренный большими
способностями, рано овладел латинским, греческим, французским, немецким, английским языками, а
позднее – итальянским, персидским, арабским. Прекрасно играл на фортепьяно. Учился в
Московском Благородном пансионе при Московском университете, а потом и в самом университете,
куда поступил в 1806 году, отроду ему было 11 лет. В университете он получил образование на трех
факультетах: словесный, юридический, естественно-математический. Грибоедов был одним из
образованнейших людей своего времени. В 1812 году Грибоедов поступил добровольцем в
формировавшийся гусарский полк, вышел затем в отставку в 1817 году и был принят на службу в
Коллегию иностранных дел. До сентября 1818 года Грибоедов живет в Петербурге. Именно в этот
период зарождаются тайные политические организации («Северное общество»). Имя Грибоедова
напрямую связывали с декабристами (Нечкина «Грибоедов и декабристы»). Знакомые и близкие
друзья Грибоедова были членами «Союза спасения», «Союза благоденствия»: Бегичев, Чаадаев,
Кюхельбекер и др. В 1817 году Грибоедов познакомился с Пушкиным. Грибоедов живо
интересовался театром, литературой, часто бывал в доме известного драматурга А.Шаховского.
Замысел комедии «Горе от ума» зародился у Грибоедова именно в это время. Грибоедов как участник
дуэли (секундант) был отправлен служить на Кавказ, а затем в Персию. В 1819-1821 годах Грибоедов
живет в Персии, сначала в Тегеране, потом в Тавризе, изучает персидский и арабский языки, работает
над комедией «Горе от ума». В 1822 году Грибоедову удается перевестись на службу в Тифлис к
главнокомандующему Ермолову секретарем по иностранным делам. В 1823 году Грибоедов приехал
в Москву, тогда у него были написаны два первых акта комедии, продолжал работать над комедией и
читал «Горе от ума» во многих московских домах. Летом 1824 года Грибоедов уехал в Петербург,
здесь Грибоедов с большим успехом читает свою пьесу, цензура не пропустила пьесу в печать.
Особый успех пьеса имела в кругах декабристов. В Петербурге Грибоедов заводит новые знакомства
среди декабристов, знакомится с Рылеевым, Бестужевым-Марлинским и другими членами тайного
общества – «Северного общества» декабристов. Весной 1825 года Грибоедов возвращается к месту
службы на Кавказ, путь его лежит через Украину и Крым. В Киеве он встретился с членами «Южного
общества» - Муравьевым, Бестужевым-Рюминым. В конце 1825 года Грибоедов прибыл на Кавказ.
Когда Ермолов отправился в поход в Чечню, Грибоедов поехал с ним и в конце января прибыл в
крепость Грозную.
       14 декабря 1825 года в Петербурге произошло восстание декабристов. 22 января 1826 года
Грибоедов был арестован, его привезли в Петербург, около трех месяцев он провел под арестом, на
допросах отрицал свою принадлежность к тайному дворянскому обществу. В начале июня 1826 года
Александр Грибоедов был освобожден и вернулся в Тифлис. В это время шла война России с
Персией, когда в 1828 году война закончилась, Грибоедов вл переговоры о мире. Опытный дипломат,
Грибоедов много сделал для выработки выгодных для России условий мира. Назначенный послом,
Грибоедов вновь должен был ехать в Персию. В начале сентября 1828 года русская миссия выехала в
Персию, два месяца Грибоедов провел в Тавризе в переговорах о выполнении условий заключенного
договора. Переговоры затягивались, необходимо было ехать в Тегеран, столицу Персии. В Тегеране
Грибоедов был убит 30 января 1829 года. Останки Грибоедова перевезли в Тифлис, прах был
похоронен, по завещанию поэта, в монастыре святого Давида. На памятнике, поставленном на могиле
Грибоедова, надпись, составленная его женой Ниной Чавчавадзе: «Ум и дела твои бессмертны в
памяти русских, но для чего пережила тебя любовь моя?»

                                       Александр Пушкин
                                          (1799-1837)
       «Ни один поэт не имел на русскую литературу такого многостороннего, сильного и
плодотворного влияния», - писал Белинский.
       По справедливому утверждению Аполлона Григорьева, «Пушкин наше все».
       Александр Пушкин родился 26 мая 1799 года в Москве, принадлежал к старинному,
но обедневшему дворянскому роду. Его мать – Надежда Осиповна – была внучкой Ибрагима,
«арапа Петра Великого». Отец поэта живо интересовался литературой, в доме была
прекрасная библиотека, дядя Василий Львович был литератором. В доме бывали известные
литераторы – Карамзин, Жуковский, Батюшков. На формирование Александра Пушкина
большое влияние оказала бабушка - М.А.Ганнибал и няня Арина Родионовна, которая была

                                               120



    
Яндекс цитирования Яндекс.Метрика